(Не)святая (СИ)

На секунду меня охватила паника. Меня настигло ощущение, как было перед тем, как я оказалась в этом мире. Меня распылила на атомы, а потом собрала обратно неизвестная сила. Но все быстро закончилось, и страх прошел, когда я оказалась в уже знакомой мне комнате.
​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​
Портал? Это был портал? Или я схожу с ума?
Но подумать мне не дал жуткий вой, который издал малыш. Он, почуяв мой страх и поняв, что меня нет на месте, где он меня оставил, взъярился. Мне пришлось пару минут успокаивать его и убеждать, что со мной все хорошо. Но он не успокоился, пока не приполз ко мне и не убедился в этом лично.
Змей-то успокоился, а вот прибежавшая за ним стража, которая, видимо, решила, что он взбесился, долго не могла прийти в себя то ли от недолгого буйства моего монстрика, то ли от моего вида в неглиже.
Моим сопровождающим с трудом удалось выставить отряд мужчин из моей комнаты.
После такой суматохи мне выдали какую-то простыню, чтобы я смогла вытереться, хотя прошло уже столько времени с момента принятия мной душа, что этого уже и не требовалось. Полотно ткани я использовала вместо одежды, завернулась в него, создавая что-то типа тоги и с укоризной начала смотреть на переговаривающихся о чем-то мужчин.
Очень надеялась, что они решали, где достать одежду нужного размера, а не обсуждали какую-то совсем другую тему.
После разговора молодой человек ненадолго удалился, и до его возвращения мы с воином просто сидели и рассматривали друг друга.
Он был очень привлекательным мужчиной лет сорока. Все его черты лица, манеры и жесты говорили о том, что он не просто уверенный в себе человек, но и руководитель. Его заинтересованный голодный взгляд заставил меня подумать о том, что, скорее всего, он одинок, и я ему нравлюсь. Кроме того, внушительные мышцы и некоторые повадки намекали на то, что он, если не военный, то где-то близко к этому.
Его товарищ вернулся довольно быстро, неся в руках объемный сверток, из которого быстро достал и кинул на кровать нечто... розовое.
Я даже не знаю, как описать то, что мне предлагали надеть.
Это было платье. Наверное. Оно было сплошь в рюшах, бантиках и стразиках. И все! Абсолютно розового цвета. Только если бантики были нежно-розовые, то само платье было яркое, ближе к цвету фуксии.
Я с ужасом рассматривала это. А мужчины радостно начали его пихать мне.
Я отталкивала и качала головой. Даже за штаны схватила воина, показывая, что хочу такую же одежду.
Мужчины только недоуменно переглядывались. Мне показалось, они думали, что я хочу их раздеть. И я действительно захотела!
Впихнула в руки старшему из них дурацкое платье, и пока он не начал сопротивляться, быстро потянула за веревочки, затянутые на талии и не дающие брюкам упасть.
Представители сильного пола застыли в ступоре, наблюдая за моими действиями.
Как ни в чем не бывало, я присела перед воином на корточки и спустила штаны. А что тут такого? Все, что можно было увидеть, уже в душе я увидела...
В этот момент кто-то заглянул в комнату, но дверь тут же захлопнулась, видимо, этот кто-то, увидев разворачивающееся действо, передумал сюда заходить.
Я же аккуратненько, как ребенку, подняла сначала одну ногу мужчины, освобождая ее от штанины, а потом вторую. Таким образом, в моем распоряжении оказались штаны, которые, пользуясь возможностью, а точнее, ступором присутствующих, я быстро натянула на себя.
Мне показалось, что в этот момент мужчины выдохнули. И начали о чем-то щебетать, показывая на платье. Я только сложила руки, показав крест.
Они, видимо, поняли, что я не готова выглядеть, как розовое пирожное из взбитых сливок, и старший показал на свою куртку, вопросительно глядя на меня. Я на это утвердительно кивнула, надеясь, что меня поймут правильно.
Еще порция мимики и жестов, как я поняла, с призывом вернуть штаны хозяину.
Тут я отказалась напрочь. В пеленке и штанах лучше, чем в одной пеленке.
Мужчины быстро смирились. И молодой опять удалился.
 
Оставшийся попытался завязать бессловесную беседу. Но почему-то мы плохо понимали друг друга. Точнее, я вообще не понимала, чего он хочет.
В какой-то момент он сдался, и опять повисло молчание.
Почему-то мне показалось это каким-то неловким. Будто я пришла на свидание к парню, и мне не о чем с ним поговорить.
Но долго мне терпеть такое неудобство не позволили. Вернулся молодой человек со стопкой одежды.
Это были простая рубаха и штаны, в которых, как я поняла, тут ходили почти все, кроме стражи в карауле.
Вернув воину его имущество в виде штанов, я быстро переоделась, повернувшись к присутствующим спиной. Да и они, как оказалось, тоже сочли нужным отвернуться. Хотя зачем? Вроде уже в душе были вместе и все видели...
После моего облачения мужчины удовлетворенно кивнули и удалились, оставив меня одну.
Я понадеялась, что они догадаются принести мне еду, но прождав минут тридцать и не дождавшись, решила добыть ее сама.
Для начала решила пройтись по лагерю. Хотелось отыскать кухню, если она тут есть.
Лагерь расположился в руинах огромного храма, точнее, даже в одной, практически целой его части. Наверное, когда-то тут располагались кельи монахов.
А снаружи стояли еще несколько палаток непонятного назначения. Вряд ли там ночевали люди, так как пустых комнат вроде было в достатке.
Тут вообще много чего было странного. Например, мне казалось, что этот лагерь какой-то опустевший. Что еще недавно тут было больше народу, и кипела жизнь. А сейчас здесь только лениво прохаживались немногочисленные стражники.
Место, где тут готовят еду, увы, я не нашла, но каким-то образом забрела в центральную часть строения, практически разрушенную. В этом помещении загадочным образом уцелела единственная стена, вся испещрённая символами. И как оказалось, эти символы были мне знакомы. Очень похожие я видела на плите в пепельной пустыне, которую нашла, следуя на зеленоватое свечение.
Внимательно приглядевшись, я поняла, что знаки вроде те же, но расположены как-то по-другому, не так, как в пустыне.
Да и там, как мне помнится, они находились на сохранившейся части пола, а тут стена. Пол в помещении, в котором я сейчас находилась, был тоже каменный, но без всяких символов.
Я не придала этому факту значения, может, разные храмы, разные порядки, а может, и разные боги. Но почему-то запомнила это несоответствие.
Желудок заурчал от голода, напоминая, что с утра у меня маковой росинки в нем не было, поэтому я прекратила свои изыскания в храме.
Я решила отправиться на охоту. Хоть уже было темно, но с моим зрением, а тем более, со зрением моего змея - это не помеха.
А усталость заставляла меня поторопиться. Хотелось быстрее насытиться и лечь спать, тем более, что почивать мне сегодня впервые предстояло на кровати, и я уже предвкушала, как буду наслаждаться этим незатейливым удобством.
Я подозвала малыша и взобралась на него. Сил идти пешком у меня не было, а мой питомец успел немного отдохнуть с тех пор, как мы прибыли в этот лагерь. Поэтому он стал моим средством передвижения.
Сначала я хотела поохотиться в лесу, но потом подумала, что змей преодолеет расстояния до границы с пустыней быстро. А там проще найти какую-нибудь съедобную тварюшку. Живности на квадратный километр там явно больше, поймать ее легче, учитывая, что солдаты из лагеря, наверняка, распугали всех лесных обитателей в округе.
Поэтому воткнув в уши наушники и врубив музыку на полную катушку для бодрости, я направила свое животное в пустыню. Как я и предполагала, доехали, точнее, доползли, мы быстро и еду нашли сразу.
 
Она, завидев нас начала убегать.
"... За шумною толпой
Бежал огромный страшный зверь...",  - песня КиШ про оборотня, но эти строки как нельзя лучше подходили к ситуации.
Стая бежала от моего зверя, подвывая от страха, а я наслаждалась скоростью и песней.