Убежище (ЛП)

Сейчас она могла бороться с этим стремлением. Но уже не могла его игнорировать, как делала со страхом, который много лет жил в ней. Она не могла делать вид, что случившееся было сном. Вернее, ночным кошмаром. Она больше не могла блокировать все это. Пятнадцать лет она поступала именно так, и в итоге осталась с проблемами и шрамами, которые не позволяли вести нормальную жизнь.
Она даже не была уверена, что знала тогда, пятнадцать лет назад, от чего бежит. Потому что ясно помнила только одно — необходимость скрыться, уехать.
— Черт. Что я здесь делаю? — Собственный голос поразил ее, но не вопрос. Именно это она спрашивала у себя во время поездки.
Дело было не в наследстве, Эмма могла оставить все себе. Видит бог, она заслужила его, оставаясь здесь.
Джесси вдохнула и медленно выдохнула. Скоро они обо всем поговорят, если этого захочет Эмма. А это большой вопрос, поскольку они не были близки в детстве, и сестре было всего пятнадцать, когда Джесси уехала. Ни с кем не попрощавшись.
Но вся эта поездка была для того… чтобы закрыть дверь в прошлое. Сбросить ношу и продолжить жить дальше. Спать без кошмаров и спокойно работать.
И она сделает все необходимое для этого. Должна сделать. Потому что сейчас она довольна своей жизнью. Любимая работа, которая обеспечила ей место в мире, которым она гордилась. Все это стоило риска, попытки вернуться в город, где она прожила семнадцать лет, и разобраться с прошлым.
Она глубоко вдохнула и закрыла глаза, сосредотачиваясь. Изо всех сил попыталась опустить защиту, чтобы не просто посмотреть на местность, а прочувствовать ее.
Но…ничего. И она знала, почему.
Она не желала чувствовать то, что обязательно почувствует здесь. Не хотела вспоминать то, что должна. Вот почему она была полностью закрыта и ничего не ощутила.
По крайней мере, пока.
Она посмотрела вниз на людный центр городка и снова глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться. Выбора нет никакого. Она уже здесь. И проехала долгий путь.
И чего бояться? Она уже не была напуганной беззащитной семнадцатилетней девушкой.
Что бы ни прогнало ее из города, сейчас она точно сможет с этим справиться.
Джесси наклонилась к сумке и достала сотовый, который хранился в специально разработанном чехле, защищающем от паранормальной энергии. Пусть сейчас ей и не надо беспокоиться об этом. Она была настолько закрыта и замкнута, что, скорей всего, даже не просматривалась ее аура. Она нажала на кнопку быстрого набора и практически сразу получила ответ:
— На месте, так быстро?
— Я практически не останавливалась, — ответила Джесси начальнице. — Мэгги, ты уверена, что это необходимо? Я про постоянные доклады. Я не веду расследование, это просто отпуск в маленьком южном городке. Уровень преступности здесь практически на нуле. Я даже не уверена, был ли здесь хотя бы один случай хулиганства.
— Сделай мне приятное, ладно? Просто короткий ежедневный звонок, и я буду знать, что ты в порядке. Возвращение домой — порой самый сложный поступок, особенно когда мы пытаемся обрести воспоминания. Ты же знаешь меня. Я беспокоюсь.
— Хорошо-хорошо. — Джесси подумала о кошмарах, которые она никак не могла вспомнить. Поэтому она нарочито легкомысленным тоном проговорила: — Я буду звонить. Обещаю.
— Это все, о чем я прошу.
Джесси положила трубку и кинула телефон обратно в сумку. Она потянулась к передаче и замерла, уставившись на руку. На одно лишь мгновение, такое мимолетное… будто она сама это вообразила… на обратной стороне ладони Джесси увидела смутные очертания цветка.
Роза.
Она уставилась на ладонь, поднимая ее к глазам, чтобы изучить уже чистую кожу. Но она была уверена в том, что видела. Почти уверена.
— Роза, — пробормотала Джесси.
И она не имела ни малейшего представления, что все это значит.
Глава 2
Джесси завела машину и отъехала от обочины. Оставалось всего два небольших квартала до Рейберн-Хауса, построенного еще в те времена, когда на Центральной улице стояло лишь несколько больших домов, принадлежащих состоятельным жителям города.
 
Сейчас богатые семьи предпочитали тихие улицы с большими участками земли. Свои особняки они возводили на склонах гор, чтобы сверху открывался вид на весь городок. А старые дома на Центральной улице превратились в рабочие помещения, и лишь некоторые оказались поделенными на апартаменты и кондоминиумы.
Джесси въехала на подъездную аллею дома, который теперь больше походил на гостиницу, нежели на жилой дом. Видимо, идея Эммы превратить Рейберн-Хаус в деловое предприятие себя оправдала. Судя по парковке, дела у гостиницы шли неплохо, в эти выходные уж точно.
На въезде висел знак «Услуги парковщика», поэтому Джесси оставила ключи в замке зажигания и вышла из машины.
На широком длинном крыльце стояло несколько кресел-качалок и столиков, за одним из которых сидела пара средних лет. Они наслаждались летним утром, попивая ледяной чай и смакуя печенье.
Они вежливо кивнули и поздоровались, и Джесси ответила им тем же. Погода стояла теплая, но не жаркая, и большие двойные двери оставались открытыми. Сетчатая дверь, которая выполняла как декоративную роль, так и практическую, защищала гостей от насекомых Именно ее открыл и придержал для Джесси мужчина в джинсах и белой рубашке. На его бейдже стояло имя Дэвид.
— Я принесу ваш багаж, мэм, — обходительно проговорил он. — И припаркую автомобиль.
— Спасибо. — Ответив, Джесси мрачно подумала, что оставила сумку в машине не в ожидании помощи, а потому что продолжала бороться с желанием уехать.
Она вошла в двери и оказалась в Рейберн-Хаусе, ощущая, как дико стучит ее сердце.
— Здравствуйте. Добро пожаловать в…
Приблизившись к стойке регистрации, Джесси заметила удивление сидящей там женщины.
— Добрый день, — ответила она. — Меня зовут Джесси Рейберн.
Женщина за стойкой была примерно одного с ней возраста, с темными глазами и волосами. Она была милой, пусть и ничем не примечательной. Теплая улыбка и дружелюбный голос делали ее идеальным администратором.
— Да. — Она прочистила горло и приняла извиняющийся вид. — Простите, мисс Рейберн. Меня застала врасплох ваша схожесть с сестрой. Конечно, ваши волосы светлые, а Эммы — темные, но в остальном…
— День и ночь, — легкомысленно проговорила Джесси. — Нас всегда так называли. Я говорила с сестрой несколько дней назад, предупредила о своем визите, поэтому…
— Да, конечно. Меня зовут Пенни Уиллис. Я работаю здесь администратором. Мы ждали вас; комната готова. Дэвид поднимет ваши вещи сразу же после того, как припаркует автомобиль.
— Спасибо.
— Ваша комната, конечно, на семейном этаже, — теплым и дружелюбным тоном сказала Пенни. Она обошла стол и направилась в сторону лестницы. — Эмма хотела сама встретить вас, но сейчас ее нет. Утром и вечером она гуляет в парке с собакой. Я позвоню ей…
— Нет, не беспокойте ее. — Джесси смягчила слова легкой улыбкой. — Я пока размещусь. Позже у нас будет много времени пообщаться.
Джесси проследовала за Пенни вверх по извилистой лестнице, размышляя о том, насколько показательно отсутствие Эммы. Ведь она точно знала, когда сестра приезжает в Рейберн-Хаус. И Джесси не опоздала ни на минуту.
Когда он впервые услышал о возвращении Джесси Рейберн, ему и в голову не пришло, что могут возникнуть какие-то проблемы. С чего бы? Пусть тогда он повел себя как неуклюжее животное, да и все пошло не по плану, но это случилось много лет назад. И он позаботился, чтобы ее воспоминания были сбивчивыми.
 
Если она вообще не забыла обо всем произошедшем, похоронив те события глубоко в сознании.
Насколько он помнил, именно так она обычно и поступала: игнорировала то, с чем не хотела разбираться. Делала вид, что ничего не случилось. А если не срабатывало, просто убегала. Вот почему, будучи ребенком, она несколько раз сбегала из дома.