Вокзал мечты
Конечно, фонд Юрия Башмета занимается и чистой благотворительностью, помогая и музыкально одаренным детям. Помимо ежегодной стипендии юным дарованиям предоставляется возможность жить и учиться в Москве. Стипендиатами фонда стали талантливые пианисты Костя Шамрай и Мирослав Култышев, скрипачка Юстина Аполлонская. История знакомства с Юстиной покажется невероятной. Однажды я получил письмо из Кимр от восьмилетней девочки; письмо попало ко мне совершенно случайно. Оказывается, оно пролежало в консерватории около трех месяцев. Прочитав его, я понял, что Юстина просто одержима музыкой. Потом были звонки, прослушивания и, наконец, приглашение в Москву. Сейчас она успешно учится в специальной Музыкальной школе имени Гнесиных, подает большие надежды.
Но главное, безусловно, – музыкальное просветительство, пропаганда классической музыки путем устройства высочайшего уровня концертов с билетами по самым низким ценам, доступным малоимущим любителям музыки. Скажем, на один-единственный концерт Анни Софи Муттер самый дорогой билет стоил сто пятьдесят рублей.
На этом концерте в зале зааплодировали после первой части сонаты Бетховена, и, вручая ей премию, я сказал:
– Если смотреть на жизнь оптимистически, то, быть может, это совсем неплохо, значит, к нам приходит новая публика.
Музыканты всего мира часто жалуются на то, что аудитория классических концертов стареет, и, если ничего не предпринимать, сегодняшняя публика рано или поздно, увы, перейдет в лучший мир, а артисты останутся без работы. Однако похоже, что по крайней мере проблемы такого рода России сегодня не угрожают.
Недавно я испытал "прилив патриотического восторга" – меня пригласили встретиться с учениками Музыкальной школы Галины Вишневской, о существовании которой я и не подозревал.
Вышли тридцать детей от пяти до одиннадцати лет, "белый верх, черный низ", синхронно поклонились, потом начался маленький концерт. Их превосходно учат, я это вижу по постановке рук. И из этих тридцати двое, мальчик десяти лет и пятилетняя девочка-виолончелистка, просто потрясающие. Их педагоги нуждаются. Но удивительное ощущение, что, несмотря на все происходящее, это искусство живо!
И вот после всего я – в приподнятом настроении – спрашиваю:
– Чем я могу вам помочь, в чем была идея нашей встречи?
И знаете, что они ответили?
– Мы хотели вам сыграть. Показать наш уровень. Вот и все. У нас была цель, и мы ее достигли. Теперь мы счастливы!
Послесловие
Однажды, на один из моих дней рождения, Игорь Чистяков подарил мне ящик водки "Башметовка". Оказывается, можно официально заказать на заводе наклейки, которые налепят на готовую продукцию, и получится своеобразный сувенир. Так вот: на этикетках этой "Башметовки" были отражены основные вехи моей биографии: рождение, поступление в консерваторию, женитьба, победа на первом конкурсе… Я тогда задумался: а будь у меня право выбора, какие события я назвал бы знаковыми?
Иногда мне кажется, что все это происходило давно и недавно, что все эти события – как вспышки в окне мчащегося куда-то экспресса, который странным, причудливым, почти мистическим образом минует часовые пояса, климатические зоны, континенты и полушарии. Организм мой запутался окончательно, потерял ориентацию в пространстве и времени.
В детстве я умел "заказывать" сны, как фильмы в видеотеке. О чем думал – то и снилось… Сейчас, правда, сплошной недосып, добираюсь до подушки и проваливаюсь. Функционирую на каком-то немыслимом автопилоте. Но как бы ни было некомфортно, понимаешь, что в моей жизни есть главное – радость творчества.
Я верю в судьбу. Кроме генов, которые передаются от родителей, существует некая космическая данность, которая от родителей не зависит. Это комплекс событий, в которых раскрывается наше предназначение в жизни. Если человек чувствует это предназначение свыше, верит в него и трудится, то и от Бога приложится.
Я верю в то, что все мои мечты и творческие планы сбудутся. Все. И те, что я давно ношу в себе, но не решаюсь исполнить, как, например, Шестую симфонию Чайковского и Фантастическую симфонию Берлиоза. Есть еще симфонии Брамса, Рахманинова. Где взять столько времени и сил?
Иногда я говорю себе: "Может, пора уже успокоиться? Разве ты мало сделал? Альт теперь всемирно признанный сольный инструмент наравне со скрипкой и виолончелью. Твое творчество обрело признание.
Прибавляют ли награды популярности? Не знаю. Но совершенно точно знаю, что некоторых коллег это раздражает. Вообще, когда артиста отмечают какой-либо наградой, это означает лишь то, что его общественное признание получило какой-то официальный статус. Это совершенно не удешевляет его дух, если он понимает, что на самом деле он служит своему Богу. А его Бог – это музыка.
Вот, кажется, и все. И сказаны заключительные слова. Но нет радости и облегчения. И нарастает тревога в ожидании обид. Не упреков, а именно затаенных обид. Ведь столько замечательных людей даже не упомянуто в тексте. Не от беспамятства или от нежелания. Просто не получилось так построить свой рассказ, чтобы вспомнить каждого, кому обязан в жизни хотя бы малым.
Спасибо вам всем!