Лед и пламя 1-2

Глава 6
На утро Хьюстон убедила себя, что ни при каких обстоятельствах не может выйти за мистера Таггерта. Ее мать за завтраком не переставала всхлипывать и повторять: «Мои прекрасные дочери, что с вами будет?», а Блейр и Дункан спорили, кто кому разрушил жизнь. Хотя вряд ли это можно было назвать спором, потому что у обоих была одна и та же точка зрения.
Хьюстон решила было вмешаться в разговор в тот момент, когда кто-то сказал, что Кейн Таггерт будет наказанием, которому Хьюстон сама себя подвергает за то, что потеряла Лиандера. Но ее, казалось, никто не услышал – Блейр так увлеклась своими страданиями и переживаниями за свою сестру, что уже ничего не замечала вокруг – и Хьюстон просто перестала прислушиваться к их разговору. Но будучи причиной всех этих рыданий, она решила, что не сможет выйти замуж за мистера Таггерта.
Сразу же после завтрака к ним стали заходить знакомые.
– Я задумала испечь яблочный пирог. Знаю, как ты его любишь. Опал, так что сделала специально для тебя еще один и вот принесла. Как там поживают сестрички?
Скоро дом был полон еды и гостей. Мистер Гейтс ушел на пивоваренный завод и попросил горничную принести ему ланч туда, а потому все нападки гостей пришлось отражать Хьюстон, Блейр и Опал.
– Хьюстон, ты что, правда влюбилась в мистера Таггерта?
– Съешьте еще пирога, миссис Триздэйл, – ответила Хьюстон.
В одиннадцать Блейр удалось улизнуть, и Хьюстон с Опал пришлось справляться с наплывом гостей вдвоем. Блейр вернулась только в три часа.
– Они все еще здесь, – поразилась она, увидев толпу на лужайке.
В половине четвертого к дому Чандлеров подъехал экипаж, красивее которого никто из жителей города ни разу в жизни не видел. Он был белым, с белыми колесами, кремовым откидным верхом и блестящей бронзовой отделкой. Переднее сиденье, было обтянуто красной кожей, а сзади было сделано сиденье для лакея.
Люди, находящиеся на лужайке, на веранде и в саду, перестали разговаривать и вытаращили глаза от изумления.
Из экипажа вышел пестро одетый мужчина и направился прямо в гущу толпы.
– Кто" здесь мисс Хьюстон Чандлер? – спросил он.
– Я, – выступила вперед Хьюстон. Мужчина полез в карман, достал листок бумаги и начал читать:
«Этот вот экипаж дарит Вам человек, за которого Вы собираетесь выйти замуж, мистер Кейн Таггерт. Это специальный дамский фаэтон, да и лошадь недурна».
Он свернул листок, положил обратно в кардан и уже собирался уходить, как вдруг что-то вспомнил.
– Да, мистер Таггерт посылает вам еще вот это, – он бросил ей небольшой сверток в коричневой бумаге, который Хьюстон удалось поймать.
Мужчина, насвистывая, спустился по тропинке. Все смотрели ему вслед, пока он не скрылся за углом.
– Ну же, Хьюстон, – сказала Тайя. – Ты не хочешь посмотреть, что тебе подарили?, Хьюстон сомневалась, стоит ли разворачивать сверток. Она знала, что там внутри. Если она примет его кольцо, это будет означать, что она принимает и его предложение.
В коробочке лежал невероятного размера бриллиант, окруженный девятью квадратными изумрудами.
Женщины одновременно издали вздох изумления.
Хьюстон решительно захлопнула голубую бархатную коробочку и направилась прямо к экипажу. Не колеблясь и не отвечая на вопросы, которые посыпались на нее со всех сторон, она взяла вожжи, и великолепная пегая лошадь тронулась с места.
Она поехала по улице Шэлдон, пересекла по мосту реку Тайджерас, отделяющую северную часть города от южной, и по обрыву поднялась к дому Таггерта. Она постучала, но никто не ответил. Тогда она вошла внутрь, повернула налево и остановилась в дверях кабинета Кейна.
Он сидел, согнувшись над столом, курил какую-то отвратительную сигару, делал заметки и отдавал короткие распоряжения Эдену, который развалился в кресле, положив ноги на стол" и курил такую же огромную сигару.
Эден заметил ее первым. Крупный светловолосый мужчина мгновенно вскочил с кресла и толкнув Кейна в плечо.
Кейн недовольно поднял голову.
– Вы, должно быть, Эден, – сказала Хьюстон, входя в комнату и протягивая ему руку. Она не была уверена, слуга он или друг Кейна. – Я Хьюстон Чандлер.
 
– Здравствуйте, Хьюстон, – сказал он. Нет, он не был слугой – слишком уверен в себе.
– Я хочу поговорить с вами, – повернулась Хьюстон к Кейну.
– Если это насчет свадьбы, я сейчас очень занят. Если вам нужны деньги, скажите Эдену, он выпишет вам чек.
Отмахиваясь от дыма, она подошла к окну и распахнула его.
– Не стоит сидеть в таком дыму. Это вредно.
Кейн холодно взглянул на нее:
– Кто вы такая, чтобы отдавать мне распоряжения? То, что вы выходите за меня замуж, еще не значит…
– Насколько я помню, я еще не дала своего согласия стать вашей женой, и, если вы не можете выкроить время на то, чтобы поговорить со мной наедине, не думаю, что я ею стану. До свидания, мистер Таггерт. До свидания, Эден.
– До свидания, Хьюстон, – сказал Эден с едва заметной улыбкой.
– Ох уж эти женщины! – сказал Кейн ей в спину. – Только и делают, что отнимают время. Он догнал ее у дверей.
– Я немного вспылил, – признался он. – Просто не люблю, когда мне мешают работать. Привыкайте.
– Я бы не стала вас беспокоить, если бы это не было очень важно, – холодно ответила она.
– Хорошо. Пошли поговорим, – он кивнул в сторону пустой библиотеки. – Я бы предложил вам сесть, но единственные стулья, которые здесь есть, стоят у меня в спальне. Хотите подняться? – он вожделенно ухмыльнулся.
– Разумеется, нет. Я хотела поговорить с вами о том, серьезно ли вы настроены относительно предложения мне руки и сердца.
– Вы что, думаете, я бы тратил время на ухаживания, если б я относился к этому несерьезно?
– -Ухаживания? – переспросила она. – Под ухаживанием вы, наверное, подразумеваете воскресное утро. Я бы хотела задать вам один вопрос, сэр. Вы когда-нибудь совершали убийство или нанимали кого-нибудь, чтобы убить человека?
Кейн открыл рот от удивления, его глаза гневно засверкали, но уже через несколько секунд он, казалось, даже развеселился.
– Нет, я в жизни никого не убивал. Что еще вы хотите обо мне знать?