Охраняемое сердце (ЛП)

 — Фиолетовые?
 — Ага! Фиолетовый — мой любимый.
 — И мой тоже. А моя сестра любит розовый, — Эйла теребила свое платье. — Меня заставили надеть это.
 — Ох, как ужасно с их стороны. А знаешь что? Я думаю, ты будешь лучше смотреться в моих очках. Хочешь их примерить?
 — Конечно!
 Я вытащила очки из сумочки и протянула ей.
 — Держи.
 Эйла нацепила их и сверкнула беззубой улыбкой.
 — Ух ты! Спасибо!
 Папины ответы бубнили на заднем плане, пока я болтал с Эйлой, шестилетней девочкой с острым лимфоцитарным лейкозом. Мои глаза горели, когда она рассказывала о своих надеждах и мечтах (вылечится от рака и стать принцессой в замке).
 — Тебе не нужна корона, чтобы быть принцессой, милая, — я ущипнула ее за щеку.
 — Ты навестишь меня?
 — Если твоя мама разрешит.
 Эйла подпрыгнула и бросилась к ногам матери. Глаза женщины расширились.
 — Мама, ты меня не слушаешь!
 Внезапно воздух наполнился энергией.
 Закричал какой-то мужчина.
 Я резко обернулась.
 Это было похоже на драку. Овцы Монтгомери больше не были послушными. Люди толкались и спотыкались. Они выкрикивали ругательства, отряхивая одежду. Кто-то прорвался через шнур, идущий от микрофонной стойки, она упала и раздался резкий пищащий звук.
 Я зажала уши и поморщилась, поискала глазами папу, но охрана уже подтолкнула его к внедорожнику.
 Почему он уезжает? Разве он не должен прекратить драку?
 Я заметила краем глаза какое-то резкое движение над головой. Это был какой-то шар, он взорвался, забрызгав меня водой. Кто его бросил?
 Я оглядела толпу, пока папин внедорожник отъезжал от парковки. Сильный удар пришелся мне в висок. Шар лопнул, залив мои волосы густой жидкостью, которая растеклась по бетону.
 — Ты в порядке? — крикнула Эйла.
 — В порядке, — я заломила руки, вдыхая металлический запах.
 Сильная рука оторвала меня от Эйлы.
 Кассиан тащил меня в больницу, пока с меня что-то капало.
 — Ты ранена?
 Кроме короткого удара, я не почувствовала ничего, кроме отвращения к едкому запаху.
 
 — Я думаю, это краска.
 Больничный персонал и ассистенты роились вокруг меня, пока я смотрела на растущую лужу вокруг себя. Кто-то протянул мне полотенце, и я обернула его вокруг головы.
 Больничный охранник взглянул на меня и сказал:
 — Какого черта?
 — Это сделал протестующий, — проворчал Кассиан. — Полиция, надеюсь, уже задерживает его.
 — Кассиан, отведи меня домой. Я хочу переодеться.
 — Подожди, — он проверил меня на наличие травм, сморщив нос от запаха.
 Удовлетворенно, он прорычал приказы в рацию.
 — Мы готовы идти.
 — А папа собирается домой? — спросила я его.
 — Даже не знаю, — он вытащил меня из толпы помощников.
 Я последовала за ним в противоположный конец здания. Слава богу, здесь не было фургонов прессы. Лексус был припаркован у обочины.
 — Подожди, я испорчу сиденья, — я остановилась.
 — Ты думаешь, мне есть до этого дело? — Кассиан рывком распахнул дверь. — Садись в машину.
 Я скользнула внутрь, поморщившись, когда ярко-красный цвет запачкал кожу.
 Кассиан нырнул на пассажирское сиденье и рявкнул на водителя:
 — Домой.
 — Что случилось? — я вытерла руки о злополучное платье. — Боже…
 — Подросток пришел на мероприятие с шарами, — напряжение исчезло со лба Кассиана, когда мы двинулись прочь от этого места. — Маленький придурок.
 — Зачем?
 — Он хотел ударить твоего отца, — равнодушно пожал плечами Кассиан. — Этим займется полиция.
 — Ох, и это все? — я опустилась на спинку. — Нам не нужно было уезжать. Это просто краска.
 — Безопасность была поставлена под угрозу, — Кассиан оживился, улыбаясь в зеркало заднего вида. — Кроме того, фотосессия бы не состоялась.
 Он казался слишком счастливым, но я закрыла рот, потому что не хотела раздражать своего единственного телохранителя.
 — Наше первое появление без Кью, и оно провалилось. Совпадение?
 
 — Нет, — буркнул Кассиан.
 Квентин собрал свои вещи и уехал еще до того, как мы вернулись в Калифорнию. Я писала ему, но его ответы были скудными.