CITY

— Серьезно?
— Избавляет от перхоти.
— Перхоти у меня нет, слава богу.
— Обязательно появится, если будете есть беарнский соус.
— Но я его не ем.
— Да, но вы моете им голову.
— Я?
— Ну да, это видно по фену.
— Какому еще фену?
— Который вы повесили у двери.
— Я не вешал его у двери.
— Подумайте как следует. Когда улетела микроволновка на четыре скорости.
— Улетела откуда?
— Из морозильника.
— Из морозильника?
— В воскресенье. Разве не помните?
— Это шутка?
— Я похожа на того, кто шутит?
— Нет.
— Правильно. Вы выиграли пятьсот литров воздушных шариков, вам доставят их в виде чизбургеров, увидимся, пока.
— Не понимаю.
— Неважно. Увидимся как-нибудь.
— Ваш шарик.
— Возьми шарик, Гульд.
— Тебе красный или синий?
— Мальчик слепой.
— О-о, извините.
— Неважно. И такое бывает.
— Тогда берите вы.
— Нет, пусть мальчик. Он слепой, а не тупой.
— Так вам красный или синий?
— А рвотного цвета нет?
— Нет.
— Как интересно.
— Только красные и синие.
— Ладно, пускай красный.
— Держите.
— Возьми красный шарик, Гульд.
— На, держи.
— Скажи спасибо, Гульд.
— Спасибо.
— Не за что.
— А что вы забыли сказать?
— Простите?
— Нет, ничего. До свидания.
— Ни пуха, ни пера в воскресенье!
— К черту.
Они вышли из забегаловки. Воздух был прозрачным и морозным. Настоящая зима.
— Что за дерьмовая планета, — тихо сказала Шатци.
Гульд так и стоял неподвижно посреди тротуара с красным шариком в руке. На шарике было написано: Я ЕМ ГАМБУРГЕРЫ.
— Я хочу есть, — сообщил он.