Крайний этап (СИ)

[Да им просто нечем было воевать. Одного выросшего гриба в любой ядерной державе хватит, чтобы устроить обмен ракетами.]
— Повторяю, незачем взваливать всё на свои плечи. Там и без нас разберутся. Твоя задача жить полноценной жизнью в человеческом теле, как ты и хотел. Зачем усложнять? Ну погибнет мир в ядерной войне, ничего страшного, откручу время назад и исправлю это.
[То есть ты доверяешь главам государств?]
— Определенно нет. Там же одни дураки сидят. Просто мне хочется в них верить. А если точнее, я не желаю ломать голову над тем, что должны контролировать они. Это их работа — сохранять международный мир, вот пусть и пашут.
[Слишком у тебя всё просто.]
— А зачем усложнять? Смайл, ты теперь можешь стать человеком и прожить человеческую жизнь, используя свои знания как хочешь. Зачем сражаться за мир, когда он уже есть? Воевать за ещё больший мир?
[А почему бы и да? Вот скажи мне, ты можешь воскрешать людей? Восстанавливать тело и возвращать им сознание?]
— Ну да. Могу. Это допустимо системой.
[Значит в этом мире репликация возможна?]
— Забудь об этом. Если хочешь победить смерть, подарив всем вечную жизнь, то не прокатит. Это будут копии, а не оригиналы.
[Такие же копии, как и ты.]
— Верно. Как я.
[Найкрас, главным остаётся только одно. Это мой родной мир, и я способен сделать его лучше. Как и ты. В твоём случае возможности и вовсе безграничны. Единственное, чтобы стараться, я должен знать, что мир не сломается под ядерным пеплом из-за каких-то ослепнувших от собственной гордыни недоумков. Поэтому я тебя и прошу: разберись с ядерным арсеналом. Не нужно ему существовать.]
— Убедительно стелешь. И что мне с ним делать?
[Развоплоти. Сотри. Что угодно, но он должен исчезнуть.]
— Ладно, я тебя услышал. Ты жрать будешь?
[Ну да, услышал он… Ладно, что в меню? Ты еду так же создаёшь?]
— Нет, любой объект, подключенный к системе эволюции, я не способен создать. То есть даже гнилое мясо система не даст воссоздать. Впрочем, послабления и там есть, некоторые. Правда, поляну накрыть не смогу.
[М-да, паршиво. Значит поехали в центр, затаримся. А то у тебя тут и жрать-то нечего.]
— И то верно…
Мы вышли во двор, на улице уже был вечер. Осмотревшись в поисках подглядывающих и не отыскав таких, создал очень дорогую машину. То есть в ней больше понтов чем функционала. Хотя и последнего в достатке.
[Ну и на кой пемброк тебе этот пепелац сдался? Ты его хоть вести-то сможешь?]
— А чего там сложного? Это же не механика, тут скорее водитель мешает ехать машине, чем он сам ей управляет.
[А роскошь-то тебе зачем? Не мог чего попроще воткнуть? Мы же в глуши, тут такие не ездят.]
— Ездят. Это хоть и глушь, но тут много крутых перцев бродит. А машину я для внимания и сообразил. Мне нужно чтобы на нас косились, всё же Халита падка на богатеньких. Будем ловить рыбку на её предпочтениях.
[Тогда исправь рожу и приоденься прилично. Испугается девочка, и сбежит чего доброго.]
— А вот моя внешность как раз соответствует её истинному характеру, так что я всё учёл. Ну а если мой план не сработает, то это третьи лица залажали, а не я.
[Ну-ну… Ладно, поехали.]
Машина завелась так, словно там под капотом табун лошадей требуют простора. Вот уж точно — тачка-пушка. Правда, толку от неё немного на деревенских ухабах. Тут ландшафту категорически плевать, что каждое колесо этой чудо-колесницы стоит как полугодовая средняя зарплата водителя столицы. К счастью, пневмоподвеска спасает ситуацию. И я понятия не имею, откуда у меня это знание, но все элементы управления пепелаца были знакомы.
Тронулись мы тихо, преодолевая дорогу что имела многочисленные награды за вандализм всяко-разного колёсного транспорта и не менее титулованный список за диверсионную деятельность против здоровья местного населения. Словом, злая дорога, безжалостная. Она вообще не знает, что существует такие понятия как цивилизованный мир и асфальт.
Когда же я добрался до нормальной дороги дело пошло легче, правда всегда казалось, что стою на месте, а не еду. Странное чувство, хотя вроде как всё проносится мимо довольно шустро. И всё же внимания я привлекал очень много. Нет, не так. Я привлекал внимание всех!
 
[Это успех, Найкрас.]
— Я прямо чувствую плотность сарказма в твоих словах.
[Ты забыл, что мастера способны чувствовать игроков? Ты уверен, что стоит с ними иметь дела?]
— В этом регионе их только трое и они не представляют угрозы. Не считая меня, в этой области ты самое могущественное существо. А через три-четыре часа станешь таким же во всём мире. К чему это волнение? Ты бы лучше себе тело подыскал.
[Мне не нравится, что ты хочешь просто украсть чужую жизнь. Предлагаю поискать кого-нибудь кто уже на пороге смерти. Клиническая смерть и всё такое будет лучшим решением.]
— Ага, учитывая, что в моих силах излечить его, ты и на это не согласишься.
[Верно, тогда нужно поймать момент катастрофы, или нечто подобное. Гибель, подходящая под естественный отбор, подходит.]
— Проще всего отнять. Зачем всё усложнять, Смайл? Игра в благородство — это стезя Дира, не наша.
[А вот хочу!]
— Кусок ты шерстяного идиота, — спорить с ним бесполезно. Понятное дело пёс не хочет жалеть всю оставшуюся жизнь, что ради своей мечты испортил жизнь невинного. И это всё усложняет.
В магазине мы затарились капитально. Если бы не мои задранные параметры, то может быть, я прогнулся бы под весом сумок. Но настоящее испытание началось, когда грузили всё это в машину. Багажник там декоративный, всё же транспорт предназначен возить задницы, но никак не груз, поэтому вмещали всё с трудом. И ведь в салоне места тоже не много.
Помучавшись, в итоге сообразили, что Смайл вроде как собака и ему не нужно место для ног. А там места для них куда больше, чем в багажнике. Тот самый случай, когда хорошо, что Смайл — это собака.
[Ты заметил?]
— Ага, странно, что они к нам не подошли, — мастера, те самые которых я встречал в прошлый раз, почувствовали наше присутствие, но подходить не решились. Что я, что Смайл — от обоих идёт ощущение громадной силы.
[Думаю, они сперва проверят нас по базе и только после этого перейдут к действиям.]
— Плевать на них. Из всех этих людей мне только двое пришлись по душе. Так что я не хочу с ними сейчас общаться. Поехали домой, мне ещё истинных истреблять. Хочу это делать сытым.
Пока ехали по нормальной дороге, проблем не было, а вот съехав на ту самую, безжалостную, начались трудности. И самое забавное, главным препятствием стали не ухабы, а узкое пространство из-за чего двум машинам невозможно разъехаться. Проблема бы решилась проще простого, джипу впереди меня нужно сдать назад, и я нырну в свой двор, однако он совершенно не понимал моих знаков. И выходя из машины я надеялся, что водитель просто не понимает ситуации.
Я вышел из машины и неспеша пошел к джипу, только вот уже стало ясно каких людей мне подбросила судьба. Это были старые знакомые, причем с Халитой на борту. Ну разве я не везунчик?
Обойти их машину нормально не получилось, она дернулась вперёд, словно водитель случайно нажал на газ. Доказать, что он сделал это намеренно невозможно, любое его оправдание сработает, а вот то, что я дернусь, сильно поубавило бы мне уверенности в себе. Этакая, психологическая атака перед разговором.
К его сожалению, общаться с ним у меня не было никакого желания. Я не стучался в окно, а просто пробил его рукой и вышвырнул мудака из машины, бросив его в канаву. Все его пассажиры только рты открыли от удивления. Они сейчас даже поверить не могли в то, что увидели.
 
— Привет, Халита. Как жизнь? — поприветствовал я девушку своей жуткой улыбкой. После чего сел в машину и включив заднюю передачу отогнал её назад, освобождая себе проезд. Ключи от их транспорта забрал с собой, а то сильно в салоне несло алкоголем.
Выйдя на улицу, с удивлением увидел, как чепуха из канавы направляет на меня вполне себе боевой пистолет. И он выстрелил! Точнее попытался, ибо предохранитель не дал пистолету произвести выстрел.