Последняя охота на ведьм. Дело Анны Гельди (СИ)

  
Последняя охота на ведьм. Дело Анны Гельди
 
Протокол дела Анны Гельди. Первый акт.
Обвиняемая Анна Гельди уроженка Зеннвальда, приведенная к присяге и спрошенная о своем происхождении, местожительстве, родителях, их смерти, своем воспитании и своем круге знакомых, ответила, что она не причастна к отравлению иглами Анны Марии Чуди. Будучи опрошена о случае перемены местожительства, о причинах к этому, она дала ответ, что переехала в Гларус для работы горничной пятнадцать лет назад и более переездов не совершала. На вопрос о том, верит ли она в существование ведьм и их способность производить грозы и наводить порчу на животных и на людей, она ответила отрицательно. Да будет известно судье, что обычно ведьмы отрицают во время первого допроса всякую вину, что еще больше возбуждает против них подозрения.
Глава 1 Никогда не упускайте представленных возможностей.
У каждого человека есть талант. Я в этом уверена, и никто не сможет убедить меня в обратном. Спорт, музыка, искусство, литература и наука — лишь вершина айсберга, талант не обязательно должен быть связан с этими понятиями. Я видела людей, которые потрясающе умеют стоять в очередях и выбивать справки у бюрократов, видела тех, кто виртуозно играет на нервах мужского или женского пола, даже видела восхитительных укладчиков плитки и настройщиков света.
На вопрос «Какой же талант у тебя?», с гордостью отвечу «Информация». Способность найти любую необходимую информацию, по любым ресурсам, а потом обработать, почистить и преподнести вам в том виде, в котором вы хотите — вот мой талант. Я не только нахожу информацию, как свинья трюфели, я умею превратить короткий, казалось бы, ничего не значащий факт в увлекательную историю. Мой талант открылся довольно внезапно, когда мой незадачливый сокурсник прошляпил все сроки сдачи курсовой работы. На тот момент, я была как кошка влюблена в его карие глаза, и готова была бежать за ним по битому стеклу. Естественно, информацию я нашла. Сделала все выписки из необходимых книг, копии документов в архивах. Его задачей осталось собрать воедино разрозненные куски и получить высший балл. Помощь он мою оценил, но лишние десять килограмм при росте 160 не добавляют привлекательности, и его благодарность ограничилась походом в кафе и вымученным свиданием в кино.
С того дня прошло без малого семь лет. Я перестала красить волосы в жуткий черный цвет и дала отрасти им до лопаток натуральными каштановыми волнами. Лишние килограммы пропали, лицо похудело и похорошело, в серых глазах появился флер загадочности от постоянного недосыпа.
Мой отец всегда любил цитировать А. П. Чехова “В человеке все должно быть прекрасно: и лицо, и одежда, и душа, и мысли”. В этом плане Андрей Колесников не ошибался. После того, как моя физическая оболочка стала гармонировать с душевной, жизнь пошла гораздо проще. До недавнего времени…
Я крутилась на стуле в своем кабинете и размышляла, зачем, мне, собственно, этот кабинет сдался, ведь в офисе на Кузнецком мосту я едва ли провожу две недели в год. Офис симпатичный, выбитый у обанкротившегося турагенства, поэтому на стенах до сих пор висели радужные постеры с видами моря, пальм и других экзотических красот. Уже два года мне обещают ремонт, но пальмы так и остаются на своих местах.
В дверь постучались. Александр Ильич — мой непосредственный начальник являл собой еще один вид таланта. Управление бизнесом — задача не простая и требующая внимания, умения подбирать кадры, умасливать клиентов, бороться с конкурентами. Ильич выглядит как типичный учитель физики в общеобразовательной школе, добродушная улыбка и располагающая залысина моментально вызывают симпатию, а мутное прошлое и связи в государственных структурах обеспечивают нам сниженное налогообложение и доступ к тем документам, до которых простым смертным путь заказан.
— Диночка, поздравляю! — он улыбнулся и протянул мне пухлый конверт, — Клиент очень доволен проделанной работой.
 
Я спешно схватила конверт и засунула в объемную сумку. Летняя жара уже неделю господствовала в столице, и если я не куплю кондиционер, то сварюсь заживо в своей хрущевке.
— Мне в этот раз повезло. Предками Попова оказались мелкие дворяне, и часть дальних родственников до сих пор живет во Франции, в Париже. Сомневаюсь, что он бы так радовался, если бы его пра-пра-прадед был простым ремесленником.
Ильич усмехнулся:
— Знаю, знаю. Попов засел за изучение французского и уже готовиться к встрече с семьей. Ты ему сообщила, что они долгое время жили в Алджире и несут в себе куда больше жаркой африканской крови, чем русской?
— Думаю, он сам скоро это увидит.
Восемьдесят процентов моей работы заключалось в составлении генеалогических деревьев. Из-за революции многие из нас потеряли свои корни и теперь хотели их обрести, пусть за немалые деньги. Поначалу я работала честно и полностью восстанавливала максимум информации, но потом поняла, что люди не хотят знать о своих родственниках, осужденных за кражу картошки в колхозах, всем подавай героическое прошлое. Певцы, актеры, политические деятели хотели верить, что их исключительность передавалась по семейному древу, а еще лучше — обнаружить, что они давние потомки Романовых или, на худой конец, князей Долгоруких. Поэтому к древу я прилагала несколько историй, они могли быть частично надуманными, но основанными на фактах. Сочинительство было моей сильной стороной: я умела придумывать душещипательные истории с погонями, любовью, неравными браками. Клиент уходил довольный, я получала гонорар.
Обычно Ильич, не смотря на свой солидный возраст, метался как метеор между офисами, но сейчас он остановился в дверях и сверлил меня взглядом:
— Как у тебя с загранпаспортом и знанием немецкого?
— Загранпаспорт есть, немецкий разговорный, — Я не стала преувеличивать по поводу своих знаний, потому что врать Ильичу было невозможно, он ложь носом чуял. И если Ильич учуял, что ты ему врешь, шанс остаться при работе становится весьма призрачным.
— Перевод сможешь сделать с немецкого на русский? Качественный, детальный.
Ответом стал мой кивок. Ильич так и продолжал смотреть на меня, размышляя, стоит ли давать мне заказ. Пока он не решит, что заказ мой, не скажет не одной детали дела. Ну ничего, посижу, подожду, все-равно неохота домой в час пик ехать и толкаться с потными и злыми офисными служащими. Спустя несколько мгновений, он вздохнул:
— Только строго между нами.
— А разве может быть иначе? — глаза мои загорелись, скорее всего мне сейчас достанется заказ кого-нибудь из VIP клиентов. А VIP это двойная ставка и возможность бесплатно сгонять заграницу.
— Помнишь, ты интересовалась, куда делся Сашка Антонов? — еще бы я не помнила, этот бровястый жук мне денег должен. Вместо озвучивания вслух своих измышлений, я просто кивнула.
— Неделю назад нам поступил заказ от Полины Ромашковой. Она пишет роман об охотниках на ведьм и затрагивает дело Анны Гельди.
Я кивнула. Все знают Полину Ромашкову: писательницу фантастики, детективной мистики и любовных романов. На мой взгляд такое потрясающее говно надо еще постараться написать, но муж-депутат и неограниченные вложения в рекламу сделали из нее звезду на наших просторах. Недавно Ромашкова объявила во всеуслышанье, что пишет бестселлер, историю женщин, обвиненных в колдовстве. Венцом ее творения должно было стать дело Анны Гельди казненной в Швейцарии в конце восемнадцатого века. У меня до сих пор в голове не укладывалось, что в одной из самых продвинутых стран мира был совершен последний процесс над «ведьмой», закончившийся смертным приговором.
 
— Поскольку Ромашкова ни слова не говорит по-немецки, она обратилась к нам за сбором материала. Оказывается наши услуги со сборами на визу, авиаперелет и гостиницу стоят дешевле, чем швейцарский специалист со знанием русского.
Я устремила взгляд на стол, чтобы блеск в глазах не выдал моей радости. Судя по словам Ильича, меня ждет незабываемое путешествие в Швейцарию, вот только причем тут Антонов?