Невеста в бегах (СИ)
Она сунула мне в руку чашку с чем-то горячим и терпко пахнущим.
— Что это? — поморщилась я. Незнакомый напиток был темно-коричневого цвета.
— Настой бравуры. Очень бодрит. Буквально пару глотков, и глаза сами откроются. Он немного горчит, но ты уж потерпи. Пей, — Белла настойчиво подтолкнула мою руку.
Что ж, травить она меня вряд ли станет. Я решила довериться опыту бывалой смотрительницы и сделала глоток. Горло обожгло горячим настоем, и я закашлялась. Действительно горький. И не немного, а очень даже. Но есть в этой горечи что-то приятное — жгучие нотки, будоражащие кровь.
Я сама не заметила, как выпила всю чашку, а потом с удовольствием потянулась. Белла не обманула: я чувствовала себя намного лучше. Так, будто сладко спала всю ночь.
— Откуда эта бравура? — спросила я, вставая с кровати. — Я раньше о ней не слышала.
— Она с моей родины, с границ мертвых земель.
Я поежилась при упоминании пустыни, оставшейся после вспышки антимагии. У нас не принято о ней говорить, это считается дурным знаком, но меня разбирало любопытство. Оказывается, Белла жила неподалеку. Наверное, она видела пустыню.
— Какие они — мертвые земли? — шепотом спросила я.
— Безжизненные, — пожала плечами Белла. Но, увидев разочарование на моем лице, добавила: — Там повсюду черный песок. Как будто все, что там раньше было, сгорело и превратилось в пепел. Ни одно живое существо не продержится в этих землях дольше суток.
— А антимагия? — я понизила голос до едва различимого шелеста. — Она еще там?
— Да. Если ночью подойти к границе мертвых земель, можно увидеть всполохи в небе. Они похожи на разноцветные огни. Яркие, манящие и смертельно опасные.
Я сглотнула ком в горле. Антимагия крайне опасна. Она уничтожает все, до чего дотрагивается. Вот почему миссия нарите так важна. Мы — хранительницы мира. Без нашей помощи он обречен на гибель. Очень своевременное напоминание о том ради чего я здесь.
— Давай я расчешу тебе волосы, — сменила тему Белла, и я устроилась на пуфике у зеркала.
Нарите не положено кушать перед обрядом. Вживление магии — сложный и опасный процесс. Лучше проводить его на голодный желудок, а не то еще стошнит, чего доброго.
Белла отлично знала свое дело. Она уложила мои волосы мягкими волнами и помогла одеться. Платье сидело даже лучше, чем я ожидала. Оно было не просто подобрано по размеру, а пошито по индивидуальным меркам. Неужели князь их специально узнавал? Ни за что не поверю, что платье заказала княгиня. Будь ее воля, я бы носила рубище.
Сказочный наряд преобразил мою внешность. Глаза засияли ярче, кожа и та как будто светилась изнутри.
— Прямо-таки звездочка, упавшая с небес, — умилилась Белла.
Я улыбнулась ей в ответ. Впервые искренне. Кажется, она не так ужасна, как я думала поначалу. Я совершила распространенную ошибку — судила человека по внешности. Это неправильно. У Беллы добрая душа, а это самое главное.
— Пора, — кивнула мне смотрительница.
Сердце загрохотало в груди и забилось о ребра, как таран в ворота осажденного замка. Белла пошла вперед, открыла дверь, но почему-то застыла на пороге.
За ее широкой спиной я не видела, что или кто ее задержал. Но в следующее мгновение услышала знакомый мужской голос:
— Я пришел пожелать удачи своей нарите.
Мой сердечный ритм достиг пика и оборвался на самой высокой ноте. Не может этого быть! Князь? Здесь? Но так не принято. Маги не провожают нарите на обряд, не желают им удачи. Все это неправильно… и опять же приятно. Странное ощущение.
— Позволите? — в голосе Высшего звучала насмешка. Он прекрасно знал, что никто не посмеет ему что-то запретить. Даже смотрительница, заботящаяся о своей подопечной.
Белла склонила голову и отошла в сторону, открывая мне обзор. Даже в этот ранний час Высший выглядел идеально. Не знаю, сколько он спал, но вид у него был свежий и отдохнувший. Волосы еще немного влажные, как будто он только что вышел из купальни. Уголки губ приподняты в улыбке, а вокруг глаз залегли лукавые морщинки похожие на лучи солнца.
Я вздохнула и отвела взгляд. Не знаю, в чем дело. Не могу на него смотреть и все тут. В груди сразу становится тесно, а на сердце — неуютно. Как будто должно случиться что-то невероятное. Или уже случилось?
Пока я глядела в пол, Высший изучал меня, не стесняясь. В отличие от меня, его ничего не смущало. Скорее это он мог смутить кого угодно. Меня так точно. Князь даже не пытался скрыть восхищение, которое вызвал у него мой внешний вид.
— Ты кажешься мне смелой и сильной девушкой, — сказал он. — Уверен, обряд пройдет хорошо, и все у нас получится.
Я кивнула. Надеюсь, что так. От успеха в прямом смысле зависит моя жизнь.
— Позволишь коснуться тебя?
Я вздрогнула. Когда он успел подойти так близко? Казалось, только стоял у двери и вот уже совсем рядом — на расстоянии меньше шага.
Я протянула Высшему руку. Он взял мою ладонь в свою, наклонился и дотронулся губами до кожи. Я невольно дернулась. Это было намного больше, чем обычное прикосновение. Чересчур интимное и горячее. Дыхание Высшего согрело мою руку, и это тепло прокатилось по всему телу, воспламеняя и будоража кровь.
В голову тут же полезли неподобающие мысли. Магическое зачатие — лишь первый этап. Через два месяца после него придет черед физического зачатия. Целую ночь я проведу в объятиях Высшего, он будет касаться меня как пожелает. Куда более страстно и откровенно, чем сейчас. На одну ночь я буду целиком и полностью принадлежать Илаю Марлоу, он станет моим первым мужчиной.
Вот о чем я думала, пока Высший держал меня за руку. А о чем были его мысли? Я отважилась заглянуть князю в глаза и потерялась в черноте его расширенных зрачков. На меня никогда так не смотрели. С таким восхищением и желанием. Вот и ответ — Илай Марлоу думал обо мне.
Глава 11. Об обряде магического зачатия
Высший вскоре ушел. Белла проводила его недовольным взглядом и поторопила меня. Нам тоже пора, Преподобный наверняка заждался.
— Если княгиня узнает об этом визите, тебе несдобровать, — ворчала Белла всю дорогу. — Князю-то ничего не будет, а вот ты хлебнешь бед. Тебе еще жить одиннадцать месяцев в этом доме, и они могут превратиться в кошмар. Уж поверь мне, я всякого повидала.
— Я не могла выставить его из покоев, — пожала я плечами. — В конце концов, это его дом.
— Верно. Но будь осторожнее. Не забывай про дистанцию. Это не твой мужчина. Никогда им не был и никогда не будет.
Неприятное, но своевременное напоминание. Не мой мужчина… я вздохнула. И дом чужой, и ребенок будет не моим, и даже платье мне не принадлежит, а я сама — общественная собственность.