Хроники. Блондинки атаманши Солнечного острова (СИ)

   - Могла бы и не спрашивать, к чему вопросы? - Кларисса засмеялась и вытерла тыльной стороной ладони губы.
   - Не вытирай, я хочу почувствовать вкус жареной рыбы на твоих губах, - Наоми накрыла своими губами губы Клариссы.
   Жаркий поцелуй длился бесконечно долго, почти до вечера.
   - Я спросила, потому что Розали твоя подружка, - Наоми с припухшими губами отстранилась от Клариссы.
   - Розали получила солнечный удар и отдыхает.
   Обморок перешел в сладкий сон! - Кларисса с любовью поправила листья на бедрах Розали. - И не подружка она мне.
   Розали спрашивала - не дочери ли мы друг дружке, и не матери ли.
   Я сомневаюсь. - Кларисса облизнула губы.
   Наоми восприняла облизывание, как сигнал, последовал долгий очередной поцелуй.
   - Пока мы целовались погода изменилась на лучшую, - Наоми засмеялась.
   Она поднялась, продемонстрировала Клариссе великолепие своей точеной фигуры. - Хотя лучше некуда, но бывает, что лучше и куда.
   В прошлую ночь мне снился кошмарный сон из прошлых цивилизаций.
   Будто я на вонючем автомобиле въезжаю в огромный зал приемов.
   В зале танцуют роботы, все бесстыдно обнаженные, опасные, потому что без защитных кожухов.
   Газы автомобиля смешиваются с электрическими разрядами в грудях роботов.
   Ко мне подходит девушка в белом прозрачном свадебном платье и говорит нежно:
   - Наоми, исполни три моих желания, и я тогда исполню в благодарность одно твое желание.
   Очень выгодное предложение, и я на него сразу попалась.
   Возможно, что у девушки противоположное мнение, но в те древние века все были странные.
   Мы сели играть в карты - это было первое желание Эстреллы.
   На руках у меня оказались все козыри, поэтому я выиграла.
   Первое желание Эстреллы исполнила, за ним следовало не менее коварное другое желание.
   С гримаской боли Эстрелла подписала бумаги, что ее вилла переходит в мое владение.
   Но во сне мне не нужны виллы и усадьбы, и даже наяву не нужны.
   Вся земля принадлежит нам, так зачем же это еще доказывать через бумаги.
   Но с представительницами древних цивилизаций не шутят, потому что они давно вымерли.
   Все же, вдруг, люди из прошлого продолжают жить, но только в наших снах, как призраки.
 
   Когда Эстрелла подписала ненужные мне бумаги, у нее задрожали колени.
   Дрожь передалась ее великолепным грудям.
   - Этот сон миллионы лет принадлежит только мне, - Эстрелла поднялась, затем прилегла на стол. - Я в этом сне живу, встречаюсь, существую, хотя в реальности давно уже исчезла. - Слова Эстреллы подтвердили, что некоторые древние спаслись и продолжают жить в чужих снах.
   Они будут существовать до тех пор, пока люди спят.
   Если же мы перестанем спать, то и сны с Эстреллой, и ее сон, пропадут.
   Так исчезнут остатки древних цивилизаций.
   - В последние десять лет я только и предавалась любви на этом карточном столе, - голос Эстреллы стал хриплый в ее и в моем сне. - Даже во сне стол стирается от долгого применения.
   Возможно, что он скоро исчезнет, и мне придется веселиться на полу, на полу же и играть в карты.
   Попробуй меня, Наоми, может быть, через меня и через этот стол ты достучишься до сокровищ нашего исчезнувшего мира, - Эстрелла озвучила свое третье желание.
   Я не ответила девушке из прошлого, из ее и моего сна, что мне совершенно неинтересны знания, тем более - ушедших цивилизаций.
   Я не какой-нибудь древний ученый, который за флэшку с ценными данными отдаст жизнь или еще хуже - мяч.
   Но я не хотела расстраивать подружку во сне, и попробовала ее.
   Возможно, что Эстрелла давно ни с кем не встречалась даже во сне, либо в снах все чувства обостряются, но мы вытворяли огого! - На лице Наоми появилась счастливая улыбка. - Я думала, что дальше некуда, но Эстрелла отбросила стол, он сразу исчез, и мы понеслись на спортивном автомобиле кругами по бесконечному залу.
   Наши игры продолжались на бешеной скорости машины.
   Автомобиль сбивал роботов, проносился по компьютерам, а мы пировали.
   Ноги Эстреллы длинные, и они выходили за рамки автомобиля.
   Мои ножки тоже длинные, - Наоми подождала, пока Кларисса исследует ее ноги взглядом и пальцами, - но я их из машины не высовывала.
   В течение часа мы впивались губами в губы, будто клещами, несколько раз разбивались в автомобиле.
   Но во сне легко снова оживали и упорно сталкивались языками.
 
   Мы раскалялись, пока не воспламенились.
   В пламени размахивали руками и ногами.