В мою смену не умирают. Том I (СИ)

Люсиль сосредоточенно свела брови и поджала губы, затем резко повернула голову и уставилась туда, где высились наши домики.
Эх, не передавил ли я? Не поторопился ли? Хотел же пока не вешать ни на кого эту мерзкую ношу. Однако Люси сама заговорила о гоблинах, и я решил воспользоваться моментом. Все-таки если мои монстрики будут вести себя как дети малые, и рядом с ними поселится кто-то хитрый и сообразительный, они даже не поймут, что их используют. Конечно, и моих агентов внутренней безопасности тоже могут обмануть, однако без них мы совсем будем беззащитны. Один я все не потяну. Вот и приходится идти на непопулярные меры.
Я не заметил, в какой момент Люси вновь стала смотреть в мою сторону. Однако, когда наши взгляды встретились, она решительно кивнула:
– Я справлюсь, Эйн. Я принимаю это задание.
Мне было ее жалко. И, поддавшись чувствам, я, протянув руку, коснулся щеки девушки.
– Прости, что тебе приходится это делать.
– Нет, Эйн, – покраснела она, – не извиняйся.
– И пожалуйста, – продолжил я, – ни в коем случае не вини себя. Ты защищаешь наш дом. И поступаешь правильно. Пойми, противники могут быть не только явными и видимыми. Они могут не только нападать открыто. Они могут и затаится.
– Я поняла, Эйн, – произнесла девушка со всей серьезностью в голосе.
– И еще. Поговори с Мохой, когда мы вернемся. Она будет твоей помощницей. Никто не должен знать об этой вашей миссии. Я назову вас отделом тайной полиции. Никто не должен знать о существовании этого отдела. Как Смотритель, ты будешь охранять нашу культуру и выстраивать быт. Делать это открыто. А как глава отдела тайной полиции ты станешь следить за тем, чтобы никто из жителей поселка не предал нас. И не навредил поселку.
Я потратил несколько минут, чтобы пояснить, на что именно в поведении товарищей стоит обращать внимание. Так как мои знания в государственной безопасности ограничивались лишь несколькими посредственными сериалами и выводами на основании логики, многого я сказать не мог. Лишь банальщину в духе: надолго покидает поселение без уважительной причины, поднимает странные темы для разговоров, часто осматривает склады с припасами, кладку зданий. Сказал, как разумный может навредить открыто: отравление, подстрекательства, воровство ну и прочая гадость. Понесло меня знатно. Я уже и раньше размышлял о внутренней безопасности поселения, но не думал, что займусь ей так рано.
С другой стороны, поселение скоро вырастет. Лишним уж точно не будет. А пускать Люсиль «на задание», толком не объяснив, чего вообще можно ожидать от потенциального противника, точно не рационально.
Надо будет позже и не тайную полицию организовать. Хех, явную…
Когда мы вернулись с Люси домой, уже закончилось время нашего крохотного послезавтрачного перерыва. Пришла пора выдвигаться в путь. За новыми товарищами.
 Глава 29. Пополнение 
 
— Один гнолл слева от нас, – остановившись, настороженно произнесла Моха и повернула голову. Повела носом, задумалась.
Рёва в это время тоже принюхался и, похоже, принял задумчивость зверодевушки за сомнения. Потому как, обратившись к Мохе, он произнес:
— Я тоже чую запах ее паленой шер-р-р-рсти. Скор-р-р-р-рей всего на гр-р-р-р-руппу гноллов напал Дух Огня, и гр-р-р-р-руппа р-р-р-разбежалась в р-р-р-разные стор-р-р-роны.
— Дух Огня… — просмаковал эти два слова Шмыгз. Я скосил в его сторону взгляд. Не терпелось узнать, что же дальше скажет гоблин. – Было бы здорово заручиться поддержкой еще одного такого бойца, – улыбнувшись, он развел руки в сторону. – Надеюсь, повезет наткнуться на него и пробудить его Разум.
– Надеюсь, повезет наткнуться на Духа Огня, когда у нас будет достаточно маны для битвы с ним, – ворчливым тоном поправила Шмыгза Моха.
– Ну да, ну да, согласен, – закивал ее ушастый собеседник, всем своим демонстрируя, что признает ошибку. – Не хотелось бы столкнуться с Духом Огня, когда мы будем уставшими и обессиленными. Но не будем сейчас об этом, нужно помочь гноллу. Верно, Эйн?
 
— Конечно, Шмыгз, – кивнул я.
Мы разделились и окружили нашу цель. Я шел прямо на нее, слева от меня Моха, справа Малгз. Второй гоблин и Рёва заходили с тыла.
Гнолл заметил нас далеко не сразу. Даже я — доппель в человеческом обличии, мог уже его почуять, а он так и не двигался. И ведь гноллье обоняние гораздо острее моего. Стало быть, цель действительно без сил и ранена.
Примерно так я рассуждал, приближаясь к гноллу. И с каждым шагом понимал, что немного ошибся. Даже когда я был уже близко, гнолл оставался на месте. Так что, возможно, он заметил нас давно, однако просто физически не мог убежать.
Вскоре я увидел ее. Да, это оказалась гноллиха, а не гнолл. Обожженная, затравленная, но, похоже, еще готовая бороться за жизнь. Она стояла на задних лапах и тихо скалилась, плавно водя головой из стороны в сторону. Почему не пытается убежать? Ищет лучший момент?
Я вышел из-за дерева, и мы встретились с ней глазами.
-- Успокойся, – произнес я, выставив перед собой руку. – Мы не желаем тебе зла, мы здесь, чтобы помочь.
Зверодевушка бросилась на меня. Должно быть, собиралась протаранить и пуститься наутёк. Но не успела. Сорвавшаяся с кончиков моих пальцев золотая пыльца, забившись в ее ноздри и распахнутую пасть, остановили этот побег.
– Подчини свои животные инстинкты, встань над ними и пройди по пути Разума, – спокойно проговорил я.
Все прошло как по маслу. Осознав это, я прекратил тратить ману на золотую пыльцу и тут же направил на зверодевушку золотой луч. Мои товарищи уже спешили ко мне. Скоро они были рядом. К тому моменту я немного подлатал пациентку и уселся на траву перед ней.
– Она обессилена и р-ранена, – отметила очевидное Моха, остановившаяся рядом со мной и, как и все мы, разглядывающая новоявленную разумную, которая сейчас стояла, опустив голову и руки. Она походила на статую, призванную показать смесь усталости, отчаяния и безысходности. Если подумать, вот так, сгорбившись, свесив голову и руки, я сам когда-то каждый вечер возвращался домой. Я «любил» работать сверх меры и сверх рабочего времени. А работодатель любил эту мою черту.
Хех, как правило, все, на ком я использую Пробуждение Разума, сразу после его применения замирают в одинаковой позе. Перед своим настоящим пробуждением они напоминают статуи отчаяния. А вот потом… ничего – бегают, веселятся и радуются жизни.
– Мы не можем таскать ее с собой по лесу, – продолжала Моха. – К тому же, не факт, что она скор-ро пр-роснется.
– Что предлагаешь? – улыбнувшись, спросил я нашу зверодевушку.
На миг она удивилась, встретившись со мной взглядом. А затем вытянулась и решительно произнесла:
– Эйн, я считаю, что новенькую нужно доставить к нам домой и оставить под наблюдением. Я могу сделать это, а потом при-рисоединиться к вам, если зар-ранее обсудим место встр-речи.
– Эйн, я пр-р-р-ротив этого пр-р-р-редложения, – тут же произнес Рёва и, посмотрев на нашу Мохнатку, коротко кивнул. – Пр-р-р-рости, Моха. Но никому из нас не стоит пер-р-р-редвигаться малыми гр-р-р-рупами в такой дали от дома. Даже если в одиночку ты сможешь убежать от потенциального вр-р-р-рага, с ношей эту будет затр-р-р-руднительно.
Я смотрел на Рёву, не скрывая уважения во взгляде. Он стал таким рассудительным, а его речь местами похожа на мою. Правда, я бы сказал «потенциального противника»…
– Согласен с Рёвой! – подняв руку, проговорил я. – Берите новенькую и возвращаемся домой все вместе. Сдадим ее с рук на руки и снова в лес.
 
Собственно, так мы и поступили. Лишенную чувств зверодевушку на своей спине нес Рёва, и мы за час с небольшим добрались до нашего дома.
Встречали нас Горо, Люси, Пипин и Пян. Все четверо, даже Дух Огня, казались встревоженными.
– Что-то случилось? – подалась вперед Люси. – Вы так рано вернулись!
Объяснив, что произошло, мы успокоили товарищей и передали новенькую с рук на руки Пипину и Пяну.