Ключ к Ируниуму
Марджи улыбнулась ему через плечо, пока они шли к автомобилю.
— Да, — подтвердила она своим легким, уверенным голосом.
— Других машин нет.
Они разместились в автомобиле, таком уютном, что Престайну захотелось сразу же смежить веки. Он с трудом заставил себя бодрствовать, пока они под тихое мурлыканье двигателя кружили по узким улочкам, плавно сворачивая то туда, то сюда, тихо шурша по мостовой шинами с суперсцеплением.
Алек сидел сзади, рядом с ним, тогда как Маклин, уставший, должно быть, не меньше других, сел впереди, рядом с Марджи.
— Почему ты не взяла белый автомобиль, Марджи? — с чувством осведомился Алек. — Белые машины — последний крик моды.
Та в ответ засмеялась с ласковым укором.
— Был когда-то последний, Алек, ты хочешь сказать. Мне нравится этот шафрановый цвет, вот я и перекрасила машину в него из белой, элф. В смысле моды этот цвет то же самое, что четверка лошадей.
Фамильярное словечко «элф» тотчас отозвалось в памяти Престайна мучительной горечью. Мысли его разбрелись; он тоже знал мнение аристократии о повозке, запряженной четырьмя лошадьми. Эта девушка, эта Марджи Липтон, должна быть той еще штучкой.
— Мне это нравится, — произнес он.
Автомобиль, поплутав, миновал пригороды Рима, пользуясь пока как ведущей одной парой колес. Наконец они повернули на юг.
Перед ними, словно обещание солнца, развертывалась белая автострада, ведущая в ароматные земли юга. Когда солнце вспыхнуло над холмами слева от них и пролило вниз свое чистое золотое сияние, заставлявшее вспомнить эпоху Возрождения, Марджи откинула верх автомобиля и они стали покрывать милю за милей.
Разговор в машине поначалу вертелся вокруг пустяков и Престайн, сам того не желая, клонил голову все ниже и ниже. Боль в основании шеи вынудила его, вздрогнув, проснуться, несколько выведенного из равновесия, но преисполненного решимости не засыпать, пока эти загадочные люди не ответят на несколько вопросов.
Солнечный свет лился сверху, яркий и почти осязаемый. Автомобиль тихо мурлыкал, а вокруг раскинулась равнина южной Италии. По встречным полосам пролетали другие машины, но ни одна не обогнала их, следуя в южном направлении. Марджи, как заметил Престайн, заглядывая ей через плечо, ровно поддерживала скорость на семидесяти. Смышленая девушка. Затем Престайн взглянул на часы, оценил положение солнца и почувствовал пустоту внутри.
Одиннадцать часов.
Быть не может.
Однако Маклин, с улыбкой оборачиваясь к нему, осведомился:
— Неплохо вздремнули, Боб? Молодец.
Затекшая спина вынудила Престайна потянуться.
— Поосторожней, приятель, — буркнул Алек, ворочаясь, точно медведь в углу клетки, в которого ткнули палкой.
— Извини.
Престайн сохранил уважительное отношение к способности этого детины творить внезапные разрушения; конечно, не то, чтобы он мог перешибить Престайна пополам выстрелом из ружья, но любой человек, способный это сделать, да еще так небрежно, заслуживает осторожного обращения.
— Вскорости сделаем остановку, — в улыбке Маклина появился оттенок скрытой иронии, озадачивший на миг Престайна. — Следовало бы остановиться пораньше, да мы не хотели вас будить, Боб.
— Премного благодарен, — Престайн вспомнил о Фрицци. — Вы налетели на меня, как ураган, и теперь, я полагаю, должны ответить на кое-какие вопросы. Вы упоминали, будто можете помочь мне найти Фрицци в Ирун... как бишь там его?
— Ируниум. Да, можем. Но нет особого проку наскакивать на нас, как бык на ворота. Сядьте поудобнее, постарайтесь расслабиться, наслаждайтесь пейзажем. Вы ведь мчитесь по автостраде в роскошнейшем, мощнейшем, дорогостоящем шафрановом автомобиле, направляясь навстречу вину и солнцу. Дайте себе немножечко вкусить жизни.
Только присутствие Марджи Липтон, с небрежной уверенностью ведущей автомобиль, вынудило Престайна сдержать рвущиеся с языка ругательства и разжать кулаки. Он сглотнул.
— Клянусь богом, Маклин! Лучше вам хорошенько все объяснить, иначе я вам все зубы загоню в глотку!
— Так-то лучше, Боб, — Маклин ни в малейшей степени не был выведен из равновесия. — Подкачай в кровь немного адреналина. Он тебе понадобится.
— Приехали, — сказала Марджи.
Весь кипя от гнева, сдерживая резкие, язвительные слова, Престайн посмотрел на обочину и увидел аккуратный бело-зеленый придорожный ресторанчик, заведение в современном вкусе, предназначенное для обслуживания туристов, направляющихся вкусить южного солнца.
Престайн обмяк на сиденье. Весь его гнев был вызван лишь чувством собственной вины. Если он действительно мог заставлять вещи исчезать, а не просто клал их не туда, куда нужно, как полагал всю жизнь, то это действительно объясняло исчезновение Фрицци, не так ли? Безумие, повторял он себе, безумие. Невозможно так вот просто взять и заставить человека исчезнуть...
Но Фрицци ведь куда-то пропала, и Маклин утверждает, что она теперь находится в месте под названием Ируниум. Машина вдруг резко рванулась вперед, вдавив его еще глубже в обшивку сиденья. Престайн с трудом выпрямился. Марджи гнала автомобиль по дороге, а Алек рядом с ним тянулся к длинной коробке у себя под ногами и доставал оттуда автоматическую винтовку.
— Что такое? — вопросил Престайн.
Маклин обернулся к нему и перегнулся через спинку сиденья с серьезным выражением лица.
— У нас пуленепробиваемое заднее стекло и сиденья с бронированными спинками, но ведь всегда могут попасть в шины, даже при опущенных заслонках.
— Заслонки опущены, — бросила Марджи, потянув одновременно за рычаг на приборной доске.
— Да в чем дело? — воскликнул Престайн. Он обернулся и поглядел в заднее окно.
Все, что он увидел на длинной, прямой, белой дороге был еще один автомобиль, кроваво-красная «Ланция», несущаяся ярдах в пятистах или около того позади.
— Видишь эту «Ланцию»? Это графиня ди Монтеварчи, и при ней ее труги. Они гонятся за нами.
Глава 4
Двигатель «Крайслер V-8» завывал под крышкой капота, словно целая корзина голодных котят. Если открыть крышку, эти котята превратились бы в тигров. Престайн заметил, что у Марджи была установлена вместо автоматической системы трансмиссий четырехскоростная коробка передач — решение, с которым он был полностью согласен.
— Я вожусь с этим двигателем и перестраиваю его без конца, — весело заметила девушка. — Ребята с «Крайслера» его бы не признали.
— Ты только обставь эту «Ланцию», девочка моя, — отозвался Маклин. Голос у него не был встревоженным. Престайн потел.
Алек принялся собирать автоматическую винтовку, методично и уверенно соединяя отливающие синевой смазанные стальные детали, явно наслаждаясь тем, что н делает, между тем как угроза преследует по пятам.
Престайн сглотнул и утер лоб носовым платком. Он снова обернулся к заднему окну, чтобы проследить взгляд Маклина. «Лансия» держалась у них на хвосте — может, чуть-чуть отстала, может, чуть-чуть приблизилась.
— У Фердитты теперь ведь «Лансия Флавия», так, что ли? — спросила Марджи, не обращаясь ни к кому в особенности. — Довольно специфические вкусы для женщины, которая столько шумит о своей культуре и положении в обществе. Престайн узнал знакомые симптомы — то, что графиня была названа по имени и сравнение автомобилей — и вежливо заметил:
— Кажется, у старушки «Флавии» стоит система топливных инжекторов «Кугельфишер», повышающая на выходе количество лошадиных сил? Я не так уж хорошо разбираюсь в автомобилях, моя специализация — самолеты.
— Да, — коротко отозвалась Марджи. — Но она делала всякие штучки со своей «Лансией», так же, как и я со своим «Дженсеном». Уж эта мне кошка! — закончила она и в ней самой мелькнуло на секунду что-то кошачье.
Маклин сухо хихикнул:
— Ты справишься, Марджи.
— Кто-нибудь посмотрел на карту? — веско обронил Алек. — Мы должны все провернуть как следует. Графиня никогда не попадется на глупую старую удочку с разлитым по дороге маслом. Атмосфера заговора сгустилась в машине еще сильней. Маклин пошарил в отделении для перчаток и вытащил карту, развернув ее на изображении запутанной системы дорог, ведущих в южном направлении.