Свет иных дней

Бобби походил по комнате, перешагивая через горы бумаг и книг.
– Отлично. Ты страдаешь. Ты пользуешься заумной физикой в качестве самолечения. А как же семья? Ты хоть когда-то о нас вспоминаешь?
Давид зажмурился.
– Расскажи. Пожалуйста.
Бобби сделал глубокий вдох.
– Что ж… Хайрем стал еще старательнее от всех прятаться. Но планирует извлечь еще больше прибыли из прогнозов погоды – а эти прогнозы будут отличаться высочайшей точностью, поскольку они будут основаны на четких данных столетней давности – спасибо червокамере. Он считает, что, скорее всего, удастся даже разработать системы управления климатом на основе нашего нового понимания долгосрочных климатических сдвигов.
– Хайрем – это… – Давид запнулся в поисках подходящего слова. – Это явление. Есть ли предел у его капиталистического воображения? А о Кейт какие новости?
– Присяжные совещаются.
– А я считал, что улики исключительно косвенные.
– Так и есть. Но увидеть, что она действительно находилась за терминалом в то время, когда было совершено преступление, увидеть, что у нее была такая возможность… думаю, из-за этого поколебались многие присяжные.
– Что будешь делать, если ее признают виновной?
– Я еще не решил.
Так оно и было. Окончание процесса было черной дырой, жаждавшей поглотить будущее Бобби, – такой же неотвратимой и нежеланной, как смерть. Поэтому он предпочитал об этом не думать.
– Я видел Хетер, – сказал он. – Она неплохо держится, несмотря ни на что. Опубликовала подлинную биографию Линкольна.
– Отличная работа. А репортажи о войне в регионе Аральского моря просто блестящие. – Давид пытливо посмотрел на Бобби. – Ты должен гордиться ею – своей матерью.
Бобби задумался.
– Наверное, должен. Но я даже не знаю, какие чувства должен к ней испытывать. Знаешь, я видел ее с Мэри. Какие бы ни были между ними трения, между ними существует связь. А я ничего такого не чувствую. Наверное, это моя вина…
– Говоришь, видел? В прошедшем времени?
Бобби повернулся к нему.
– Похоже, ты ничего не слышал. Мэри ушла из дома.
– О… Как жаль.
– Они в последний раз переругались из-за того, как Мэри пользуется червокамерой. Хетер просто с ума сходит от тревоги.
– Но почему она не выследит, не разыщет Мэри?
– Она пыталась. 
Давид фыркнул.
– Глупости. Как хоть кто-то из нас может спрятаться от червокамеры?
– Значит, наверное, есть какие-то способы… Послушай, Давид, не пора ли тебе возвратиться к людям?
Давид сцепил пальцы. Этот великан был ужасно расстроен.
– Но это просто невыносимо, – проговорил он. – Именно поэтому Мэри и убежала. Я пытался, не забывай. Я пытался найти способ все исправить – склеить разбитое прошлое. И обнаружил, что относительно истории ни у кого из нас выбора нет. Даже у Бога. У меня есть экспериментальное доказательство. Понимаешь? Смотреть на всю эту кровь, насилие, убийства, грабеж… Если бы я мог отвести в сторону хоть один меч крестоносца, спасти жизнь хотя бы одного аравакского ребенка…
– Поэтому ты нашел убежище в замороченной физике.
– А ты мне что предлагаешь?
– Прошлого не исправишь. Но зато можно исправить себя. Вернись в проект «Двенадцать тысяч дней».
– Я тебе уже говорил.
– Я тебе помогу. Я буду рядом. Сделай это, Давид. Ступай, найди Иисуса. – Бобби улыбнулся. – Ты сделаешь это.
Давид долго молчал, а потом улыбнулся.
 
/21/
СЕ ЧЕЛОВЕК! [43]
«12 000 дней». Введение. Автор – Давид Керзон. Отрывок. Предварительный комментарий. Редакторы – С. П. Козлов и Г. Риша. Рим, 2040 г.
«Международный научный проект, известный широкой публике под названием "Двенадцать тысяч дней", достиг завершения первой фазы. Я был одним из членов команды (вернее, все же чуть больше, чем просто членом команды), состоявшей из двенадцати тысяч наблюдателей со всего мира, которым было поручено изучить историческую жизнь и то время, в которое жил человек, известный своим современникам под именем Иешо Бен Пантера, а последующим поколениям – как Иисус Христос. Для меня большая честь написать это предисловие…
Мы всегда осознавали, что, встречаясь с Иисусом в Евангелиях, мы видим Его глазами евангелистов. К примеру, Матфей верил в то, что Мессия родится в Вифлееме, как это было предсказано в Ветхом Завете пророком Михеем [44]; поэтому он и сообщает, что Иисус родился в Вифлееме (хотя Иисус родился в Галилее).
Мы понимаем это. Мы делаем скидку на это. Но как много христиан на протяжении веков мечтали увидеть Иисуса собственными глазами через беспристрастное око видеокамеры или фотоаппарата, а еще лучше – воочию, лицом к лицу? И кто бы мог поверить, что мы станем первым поколением в истории, для кого такая встреча будет возможна?
Но именно это произошло.
Каждому из двенадцати тысяч наблюдателей был поручен один день из короткой жизни Иисуса: день, который нам предстояло наблюдать с помощью червокамеры – в реальном времени, от полуночи до полуночи. Таким образом предполагалось быстро составить первый набросок "истинной" биографии Иисуса.
Визуальная биография и приложенные к ней сообщения – не более чем черновик: это просто наблюдения, изложение событий трагически короткой жизни Иисуса. Предстоит провести еще множество дополнительных исследований. Например, нужно уточнить личности четырнадцати (а не двенадцати!) апостолов, а о судьбе Его братьев, сестер, жены и ребенка известно лишь вскользь. Затем настанет черед сравнения реальных фактов главной для человечества истории с различными упоминаниями – как каноническими, так и апокрифическими, говорящими нам об Иисусе и Его миссии.
И тогда, конечно, вспыхнут настоящие споры: споры о значении Иисуса и Его миссии, и этим спорам суждено продлиться столько времени, сколько будет жить человечество.
Первая встреча оказалась нелегкой. Но истинный свет из Галилеи уже успел спалить много лжи».
Давид лежал на диване и проверял системы: аппаратуру для виртуальной реальности, капельницы для введения внутривенных питательных растворов, катетеры. Все это предназначалось для заботы о его теле – чтобы он не голодал, чтобы не образовались пролежни, что-бы он при желании мог очистить организм от шлаков, будто больной-коматозник.
Рядом с ним сидел Бобби. В комнате было тихо и темно, и на лице Бобби играли разные цвета, исходящие от софт-скрина.
Посреди всей этой горы оборудования Давид чувствовал себя глупо, он казался себе астронавтом, готовящимся к полету в космос. Но день в далеком прошлом, утонувший во времени, будто мошка в янтаре, неизменный и яркий, ждал его, и он решился.
Давид взял обруч «Ока разума» и надел его на голову. Обруч сразу же туго обхватил виски.
Он боролся со страхом. Подумать только: люди всё это терпели только ради развлечения!
… И вокруг него вспыхнул свет, жестокий и яркий [45].
«Он родился в Назарете, маленьком, но богатом галилейском городе посреди гор. Его появление на свет было обычным – для того времени. Его на самом деле родила Мария, и она была девственницей – девственницей при Храме.
По мнению современников, Иисус Христос был незаконнорожденным сыном римского легионера, иллирийца по прозвищу Пантера.
Принуждения не было, была любовь, хотя Мария на ту пору была обручена с Иосифом, богатым и искусным строителем, вдовцом. Но Пантеру отправили служить в другой город именно тогда, когда беременность Марии стала заметна. К чести Иосифа, он все же женился на Марии, а мальчика вырастил как собственного сына.
Тем не менее Иисус не стыдился своего происхождения и потом называл себя Иешо Бен Пантера, то есть Иисус, сын Пантеры.
Вот, вкратце, таковы исторические факты относительно рождения Иисуса. Ни одной червокамере не удалось проникнуть в более глубокие тайны.