VIP (СИ)
С этими словами Игорь размахнулся и метнул бутылку, как гранату, в сверкающий зеркальный стеллаж за стойкой бара. Зазвенели стекла, по полкам полилось содержимое драгоценной коллекции. Бармен юркнул под стойку, юнги прыснули кто куда, посетители бара испуганно вскочили с мест. Игорь обернулся к Морису:
- Исполняйте свой долг, инспектор.
- Вы, русские, психи! Руки! - рявкнул Фернан.
На запястьях Игоря защелкнулись наручники, и уже к вечеру этого дня после тягомотных процедур оформления, фотографирования, дактилоскопирования, медосмотра и санобработки хмурый контролёр провёл его по коридорам тюрьмы Сент-Анн и втолкнул в камеру, по которой затравленным молодым зверем метался Хасан Эль-Мюрид.
VII
При появлении нового заключенного араб забился в угол и настороженно смотрел оттуда большими влажными глазами цвета зрелой маслины. Не обращая на него внимания, Игорь разложил на койке тюфяк, застелил простыни, которые выдали ему скрепленными пломбой, как в российских плацкартах, умылся в туалете, отделенном от камеры прозрачной шторой, вежливо сказал: "Бон суар". С наслаждением растянулся на койке и неожиданно для себя сразу заснул здоровым сном человека, которому выпал длинный нелегкий день.
Проснулся от того, что кто-то тряс его за плечо. Камера была освещена тусклым синим светом, над ним нависало темное лицо араба.
- Проснись, приятель, - повторял он. - Проснись, нужно поговорить.
- Какого черта? - возмутился Игорь. - Завтра поговорим.
- Не успеем. За что тебя взяли?
- Тебе какое дело? Перебрал, устроил дебош в баре.
- Вот! Выпустят до суда под залог. Ты не француз, французы так не говорят. Итальянец? Испанец?
- Русский.
- Это хорошо, - почему-то обрадовался араб. - Ты меня поймёшь.
Игорь сел на койке, недовольно кивнул:
- Давай, говори.
- Ты кого-нибудь любил?
- Ты что, шутишь? Нашел когда говорить о любви!
- Не шучу. Для меня это очень важно. Ты когда-нибудь любил - до безумия, до потери себя? Так, что тебя нет, а есть только она?
- Парень, у тебя поехала крыша.
- Что значит поехала крыша?
- Так у нас говорят. Ты спятил.
- Да-да, спятил. И счастлив. Я никогда не был таким счастливым. И никогда не был таким несчастным.
- Ну-ну, продолжай. Почему?
- Я не смог выполнить её просьбу. Очень простую. Она попросила меня серьезно поговорить с человеком, который её доставал, Чтобы он оставил её в покое. А я облажался, затеял с ним драку.
- Хватит вешать мне лапшу на уши, - оборвал Игорь. - Ты хотел ограбить какого-то малого, а он оказался проворней тебя. Мне об этом рассказали в канцелярии тюрьмы.
- Я говорю правду! - запротестовал араб. - Клянусь Аллахом!
- Тебя как звать?
- Хасан.
- Вот что, Хасан. Если ты нуждаешься в отпущении грехов, тебе нужен мулла. А я православный. И на роль муллы не гожусь.
- Мне нужен ты. Только ты можешь мне помочь.
- Приятель, ты меня достал. Говори толком или иди к чёрту. Что нужно сделать?
- Скажи ей, что я люблю её больше жизни. Как только выйду отсюда, убью этого подонка. Так и скажи.
- Ты выйдешь отсюда лет через пять.
- Пусть! Всё равно выполню её просьбу.
- Она твоя любовница?
- Нет, что ты! - ужаснулся Хасан. - Я об этом даже подумать не могу! Она святая. У меня было много женщин, но я даже представить себе не мог, что такие бывают!
- Давай-ка по порядку. Когда вы познакомились?
- Две недели назад.
- Где?
- На пляже Прадо. Она только посмотрела на меня и я понял: всё, я пропал. Ты бы видел её глаза. Огромные зеленые озера, в них можно утонуть.
- Давай без лирики. Как ты узнал, кого нужно замочить?
- Она мне его показала. Издали. Он часто бывал в баре Le Grand Marin.
- Как её найти?
- Она живёт в отеле Холидей Инн, это возле Старого порта.
- Имя?
Араб замялся.
- Звать-то её как? - повторил Игорь.
- Нет, не могу сказать. Ты случайно проговоришься, попадёт в газеты.
- Как же я её узнаю?
- Это очень просто, - оживился Хасан. - Она по утрам спускается в холл. Ты её сразу узнаешь. Золотые волосы, зеленые глаза...