Правила для любовницы

— Пожалуйста, потише, мой лорд! — он прошептал. — Роуз знает все об этом. Мы сбежим сегодня вечером, после бала.
— Действительно, — холодно сказал Бенедикт. — А что станет с девушкой, которую вы оставите?
Уэстлендс нахмурился.
— Роуз сбежит с Дэном, конечно. Четверо из нас собираются сбежать вместе.
— Кто, к дьяволу, Дэн? — Бенедикт потребовал.
— Дэн, — уточнил Уэстландс. — Данте Вон. Вы знаете, брат Кози!
Бенедикт уставился на него.
— Я думал, что парень был в Индии.
Уэстлендс ухмыльнулся.
— Он должен был вернуться за своей девушкой, не так ли?
 Глава 22 
Уложив мать и сестру спать, Кози пошла в свою комнату, чтобы переодеться. Она уже сожалела о том, что пообещала Бену встретиться в парке. Она села на кровать и поставила свечу на стол рядом. Потянувшись, она отстегнула светлый парик и сняла его. Ее кожа на голове зудела, и она почесалась, продираясь ногтями сквозь короткие рыжие пряди.
Словарный запас ни в коем случае не был сильной стороной лейтенанта Данте Вона.
— Что во имя Бога ты сделала с собой, женщина? — вскрикнул он, выходя из тени.
Козима удивленно ахнула, вскочила на ноги и обернулась, сталкиваясь со своим братом. В следующий момент молодой человек схватил ее в медвежьи объятия и поднял в воздух.
— Боже, у меня чуть не выскочило сердце! — пожаловалась Кози, когда он снова поставил ее на ноги. Она тщательно его осмотрела. Вроде, все в порядке. Зеленые глаза. Копна светлых волос. Нос, который был сломан в девять лет. Кривая ухмылка с необъяснимым, но смертельным обаянием и сколотым передним зубом. На нем не было формы.
— Что ты здесь делаешь, Дэн? — потребовалa она. — Ты должен быть в Индии с остальной частью полка. Тебя выгнали, не так ли? Что ты натворил?
— Я добрался до Гибралтара, — ответил он. — Меня не выгнали. Меня укусила обезьяна. Это была не моя вина! — добавил он, смеясь, когда она ударила его по руке.
— Не рассказывай мне истории Мюнхгаузена, — сурово сказала она.
Его зеленые глаза расширились.
— Что?
— Ничего! За дезертирство расстреливают, ты случайно не знал об этом, Дэн?
— Я не чертов дезертир, — сказал он сердито. — Я в самоволке, вот и все. Даже если они не поверят, что меня укусила обезьяна, я офицер и меня не могут выпороть.
— О, Дэн!
Он хмуро посмотрел на нее.
— Так что же ты сделала со своими волосами? Заболела или что?
— Что? — Неловко ее руки легли на волосы. — Покаяние.
Данте тихо присвистнул.
— Ты беременна? — строго спросил он. — Вот почему Маркус так чертовски хочет жениться на тебе?
— О чем ты говоришь? — сказала она сердито. — Маркус помолвлен.
Данте густо покраснел.
— Я знал, что так и будет, когда уеду. Эта чертова тетка ненавидела меня. Сначала она сказала, что я могу танцевать с Роуз, потому что я кузен лорда Уэстлендса, но потом передумала. Она заставила Роуз танцевать с каким-то чертовски древним чудаком и почему? Потому что у него есть деньги. Ну, по крайней мере, у меня обе чертовы руки целы в отличие от него!
Ноги Козимы отказались ее держать, и она тяжело опустилась на кровать.
— Мне противно думать, что старый ублюдок кладет свои холодные, потрепанные руки на мою Роуз, говорю тебе. Вернее, руку, должен сказать, потому что у него только одна рука и при этом левая.
— Ты влюблен в нее, Дэн? — тихо спросила она.
Он фыркнул.
— Я не угомонюсь, — ответил он. — Ты знаешь, я не верю во все это дерьмо. Не больше, чем ты. У нее есть деньги, у этой девушки. Она мне подходит.
— Дэн!
— Когда я лежал на больничной койке в Гибралтаре, — сказал он. — я задумался, какого класса женщин я могу найти в Индии. Девушки и женщины, непригодные для брака в Англии, поэтому их родители в отчаянии отправляют их туда. Я подумал про себя: «Дэн, ты заслуживаешь лучшего. Почему бы тебе не обзавестись богатой и прекрасной молодой женой?» Ты видела ее, Кози? Леди Роуз Фицвильям? Конечно, я не могу дождаться, когда смогу положить ноги на всю эту красоту.
— Ты отвратителен, — возмутилась его сестра, но Данте только рассмеялся.
— Итак, мы сбегаем этой ночью, — сказал он невозмутимо. — Маркус привезет Роуз, чтобы встретить нас в Батском аббатстве. Мы едем в Бристоль. Маркус нашел священника, который поженит за нас за пять фунтов. Собирай свои вещи, женщина. Ты едешь с нами.
— Ты всерьез думаешь, что я приму участие в вашей затее?
Он посмеялся.
— Примешь. Я собираюсь жениться на Роуз и ее прекрасном приданом, а ты выйдешь за Маркуса. Однажды ты станешь графиней, счастливая стерва, когда умрет старик. Этот мальчик по уши влюблен в тебя. Трогательно, правда. Он думает, что ты ангел, и я не мог сказать ему правду, бедному, жалкому ублюдку.
— Я не собираюсь бежать с Маркусом, — твердо заявила Козима.
— А, брось, — сказал он, сжимая ее руку. — Это будет грандиозно. Удивительно! Фантастично! Двойное бегство! Ты ждешь большой светской свадьбы в Вестминстерском аббатстве? Ты католик, так что хватай, что можешь.
— Я не собираюсь выходить замуж за Маркуса. И уж точно не собираюсь сбегать! Я не люблю его, Дэн.
— Ты изменилась, а не просто отрезала волосы, — заметил он. — Что это за безумные разговоры о любви? Ты любишь кого-то другого?
— Да, — сказала она яростно.
— Ты, черт возьми, дура! С твоим лицом ты можешь выбрать, кого пожелаешь! Нет, я рад за тебя, Кози, правда, — быстро добавил он, когда она посмотрела на него. — Он хороший человек?
— Нет, — гордо ответила она. — Он холодный, бессердечный ублюдок.
Дэн улыбнулся ей.
— Конечно, от хорошего человека — никакой пользы. Тебе, со всей этой красотой, нужен дракон, который защитит тебя от всех змей в жизни.
— Забавно, — холодно сказала она. — Я как раз подумала то же самое о леди Роуз!
Он легко рассмеялся.
— Я присмотрю за ней, не сомневайся. Уверена, что не едешь?
— Конечно, нет.
Брат пожал плечами.
— Как хочешь. Все, что мне надо, это жемчуга бабушки Вон, чтобы подарить девушке. Мне больше нечего ей подарить, и я первый женюсь, так что отдай их мне.
— Не отдам, — сказала Козима. Eе зеленые глаза сузились.
— Отдашь, — настаивал он. Его зеленые глаза тоже сузились.
Бенедикт ждал в парке с растущим нетерпением. В комнате мисс Вон горела свеча. Сквозь тонкие кружевные шторы он мог видеть движущиеся тени. Что, черт возьми, она делала? Где была Черри? Была ли Черри на самом деле в доме?
Лорд Оранмор в сотый раз размышлял над унизительностью своего положения, когда внезапно свеча в окне погасла. Он подкрался ближе к воротам парка. Начался дождь, поэтому не было опасности, что его обнаружит констебль, который, без сомнений, оставался в тепле и сухости в своей сторожевой будки.
Входная дверь № 9 Верхней Камден-Плейс тихо открылась, и выскочил молодой человек. К изумлению Бенедикта, Черри побежала за ним и схватила его за руку. Не говоря ни слова, юноша так сильно отшвырнул ее, что она ударилась головой о дверную раму и упала на ступеньки. Ярость пронеслась по телу Бенедикта, как огненный столб.
— Эй, ты! — крикнул он, лихорадочно вставляя свой ключ в замок ворот.
Молодой человек побежал в направлении Лансдаун-роуд.
— Вернись, трусливый ублюдок! — крикнул Бенедикт, выбегая из парка, чтобы помочь Черри подняться. Кровь текла по ее лицу.
— Бен! — прошептала она, когда он прижал ее к себе. — Слава Богу, ты здесь. Ты должен остановить его! Он собирается сделать что-то ужасное. Он...
— Тише, — приказал Бенедикт, таща ее в дом. Оказавшись внутри, он вынул свой платок и прижал его к ее голове. В холле стояла густая, как смола, темень. Он подвинул ее к двери в гостиную.
— Мать спит, — слабо протестовала она.
Бенедикт не задавался вопросом, почему Черри называла леди Агату мамой. Он едва заметил это.