Братство тёрна. Помощница профессора (СИ)

На это она кивнула, но согласия своего так и не дала.
* * *
Кроу внимательно слушал его доклад, постукивая карандашом по столу. Совсем юнец, если взглянуть со стороны, однако он руководил особым управлением еще в те времена, когда оно защищало интересы империи, а Хавьер носил другое имя и обучался в гимназии.
Возможно - магия, возможно - особые мази от ушедших, которые регулярно завозили из Серебрянной страны, возможно, начальник и сам не был человеком, но работал он на совесть, поэтому и это, и прошлое правительство, закрывали глаза на вечную молодость Уилфреда Кроу.
- Значит, версий у вас пока нет? - он так и не открыл официальный доклад Хавьера, где и содержались описания версий и направлений, в которых будет вестись следствие.
- Версий множество. Филипп Морено трудился в полиции больше тридцати лет, врагов у него хватало. Не стоит исключать и личные мотивы. Какой-нибудь ревнивый муж, сосед, которого измучили попытки музицировать нашего инспектора, да просто случайный маньяк.
- Который вложил ему в руку серебряную монету и соцветие терна? Сами верите в это, свогор Сото?
- Гораздо больше, чем в ревнивого мужа, если отрабатывать все версии.
Если вспомнить одутловатое лицо Морено, его толстые пальцы и усы, то версия о героических любовных похождениях проваливалась. Да и к чему ему любовницы, если к услугам инспектора были десятки бесправных девушек-вержей?
- А что ваши тайные информаторы? - поинтересовался Кроу.
- Ничего определенного. Гончая утверждает, что убийца пришел через разрыв пространства и в него же ушел. А еще у нас есть свидетель. Предположительно девушка, но с ее следа тоже сбили магией. Очень сильной и старой. Кроме того думаю, что наш инспектор был нечист на руку.
- И его мелкие махинации могли настолько разозлить кого-то из старой знати, что они решили прибегнуть к магии?
Хавьер промолчал. Будь у него стройная и непротиворечивая версия, уже бы озвучил ее. Но Кроу не торопил, он никогда никого не торопил. Этот странный человек считал, что самое страшное - неизбежность. И правосудие эффективно только тогда, когда оно неизбежно. Спустя час или десятилетия, но каждый преступник должен понести наказание. Особенно тот, что попал в поле зрения особого отдела.
- Есть мысли по делу? - снова заговорил Кроу.
- Такие артефакты редки, они хранились в очень древних родах, хочу поискать о них информацию, а после покажу самых перспективных кандидатов гончей. Если она опознает запах - буду искать улики и доказательства вины.
- Не отметая и другие версии, - Кроу махнул рукой на дверь, намекая, что дает Хавьеру полную свободу действий. Но и о результатах спросит со всей строгостью. - И поторопитесь, Сото, сейчас непростое время, тысячи земпри прибыли в город, могут начаться беспорядки.
  
* 7 * (Пак)
 
Не каждому выпадает честь сесть на зелёный поезд и приехать в столицу. Пак ударно трудился целых четыре года, чтобы заполучить пропуск и билет. Бескрайний шумный Эбердинг поражал, давил, манил сотнями соблазнов и зазывал остаться в нем навсегда. Но для этого нужно было поступить в одну из академий, а Пак не набрал нужного количества баллов. Зато отлично управлялся с техникой, разбирался в хитростях посадки и ухода за растениями, умел приглядывать за животными и в принципе был не против навсегда остаться в своей общине.
Но и от возможности посетить Эбердинг отказываться не стал.
Пак вместе со старшими и опытными товарищами побывал в кабаре, вдоволь насмотрелся на танцующих там девиц, потратил несколько купюр из тех, что выделил на поездку отец, и довольным возвращался в гостиничный номер, который земпри сняли на четверых.
Когда до порога оставалось всего пару минут быстрым шагом, Пака за руку схватил ушлый малый и почти силком затащил в игорный дом, даже выделил пару монет для пробной ставки.
Неприметное снаружи, внутри здание походило на дворец старых донов, как его рисовали в учебнике по истории республики. Мраморные полы, такие гладкие, что отражали настенные светильники, расписной потолок и самого Пака, пускай и немного размыто. А еще вокруг висели картины с бесстыжими девами-вержами, которые срамно задирали хвосты, а то и гладили себя по оголенным частям тела.
Во рту сразу же пересохло от такого непотребства, и тот самый малый пихнул в руки Паку бокал с вином. Оно оказалось кисловатым, светлым и непривычно шипело во рту. Пилось легко, точно виноградный сок, и в голову не ударило. Малец тут же подсунул Паку другой бокал и незаметно довел до самого игрального зала.
Здесь уже царил полумрак, пол не светился, стен не видно вовсе, зато полуобнаженные девицы с хвостами были вполне настоящие. Одна даже остановилась рядом с Паком, погладила его подбородок и шепнула на ухо, что за десять галлов покажет ему свою комнату в подвале. Но он что, комнат не видел? У них с родителями дом просторный, деревянный, в подвале никто не спит. А десять галлов - сумма солидная!
Пак покачал головой и пошел дальше. Смысл предложения дошел до него позже, но распутница уже растворилась в толпе, а самому предлагать кому-то подобное - это ж со стыда умереть можно! Да и не стал бы он тратить десять галлов! Сумма немыслимая! Целую корову купить можно, а если поторговаться - то и стельную! И вообще, пора бы уходить отсюда, поглазел - и будет, но тут Пак заметил самую невероятную из столичных диковинок: человечка, который сидел на груде монет и купюр и пил вино из наперстка.
Верж был ростом с мизинец, щеголял пышными рыжими бакенбардами и прятал руки в карманы бордового пиджака. Пак улыбнулся диковине, подошел ближе, двумя пальцами подцепил его и поднял, чтобы рассмотреть получше.
- Э-э-э! Увалень, тебе кто разрешил хватать самого Везунчика Клу?
- Что-то не похож на везунчика малый, который крысе на один зуб! - возразил Пак.
Клу закатил глаза и сложил руки на груди. Вот это самая настоящая диковина! Пак разглядывал вержа и уже предвкушал, как расскажет о встрече родным и просто знакомым земпри. До этого самыми популярными были россказни дядюшки Рауля, который еще при императоре ходил в настоящий столичный бордель и смотрел там, как крылатые девы танцуют совершенно голыми. Но крылья что? Крылья и фальшивые натянуть можно, а вот такой рост, как у Везунчика уже не подделаешь.
- Что б ты знал, деревня, перед тобой действующий чемпион Эбердинга по “пьяному гробовщику”!
- Врешь!
В карточных играх Пак разбирался, даже мог сыграть партию-другую на интерес. Дядюшка Рауль обучал его всяким премудростям, вроде того, что нужно запоминать вышедшие карты, мельчайшие детали на рубашке, считать в уме и прочее, а заодно и вдалбливал, что никогда и ни за что нельзя ничего ставить на кон. Но дядюшка был старым и мудрым, а этот верж - очередным задавакой, который решил обдурить деревенского простачка.
- Везунчик Клу не проигрывает! - кроха взмахнул руками и растворился в воздухе, чтобы появиться на груде денег. - А будешь снова хватать меня - кликну охрану!.
Пак покачал головой: проблем он не хотел, только еще немного поглазеть на чудо, созданное Девой Порочной, прародительницей всех вержей.
- Отходи-отходи, не загораживай меня! Работать надо!
- Кто же станет с тобой играть, если ты не проигрываешь? - Пак сдвинулся чуть в сторону, но надолго отойти от диковинного вержа не мог.
- Всякое самоуверенное дурачье, - отмахнулся Клу. - Я же играю на всё вот это, - он похлопал рукой по куче денег, - есть шанс уйти отсюда богачом.
Пак и приблизительно не мог посчитать, сколько в галлах здесь лежит. Сотни три, а то и пять. Хватит выкупить себе небольшую квартиру в Эбердинге и вместе с ней и статус свогора. И прощай скучная деревенская жизнь! Но дядюшка Рауль, у которого на правой руке не хватало указательного пальца, как у всех бывших мошенников, говорил, что никогда и ни за что не стоит играть на деньги. Кто бы ни предлагал это, он наверняка хочет обобрать доверчивого земпри.