Туристка

Бен улыбнулся Мэри.
— Чудесный ужин. Спасибо.
— Очень отличается от разогретого в микроволновке полуфабриката, — добавил Нил. — Мы куда-нибудь пойдем после этого?
— Было бы хорошо, — сказала Ванесса. — В «Империал», например.
Эми наблюдала за Ли. Интересно, понимает ли Бен, сколько проблем он вызывает. Я попыталась перехватить взгляд Ванессы, но она была целиком занята Беном. Мое мнение о ней изменилось не в ее пользу. Мне никогда не нравилось, когда таким образом привлекают к себе внимание, и я считала, что Ли будет абсолютно прав, если подойдет и даст ей пощечину.
Эми предложила Ли еще вина. Он пожал плечами. Она наполнила его фужер. Бутылка пошла по кругу. Ванесса придвинулась ближе к Бену.
— Ты еще не пьян? — спросила она.
Он выглядел смущенным. Я поняла, что у Ли терпение на исходе. Он докурил сигарету и затушил ее о свою тарелку.
— Ванесса, — сказал он. — Выйди со мной.
Она уставилась на него.
— Зачем?
— Мне нужно тебе кое-что сказать.
— Тогда говори. Я не хочу никуда выходить.
— Только на минуту, Ванесса. Не позорь меня.
Ванесса встала и швырнула свою салфетку в тарелку. Она прихватила с собой фужер, и они оба вышли на лестничную площадку. Мэри беспомощно посмотрела на меня, а я просто пожала плечами, как бы говоря, что все в порядке, хотя вообще-то перепугалась.
— Черт возьми, — хмыкнула Эми.
Я взглянула на нее.
— Это серьезно?
— Не знаю, может быть, — вздохнула она.
— Что случилось? — спросил Бен неуверенным голосом. — Я что-то не так сделал?
— Не переживай, — сказала ему Эми. — Ты тут ни при чем.
— Они оба вообще-то довольно взбалмошные, — объяснила я.
Все забыли про еду, поэтому я сделала знак Мэри, и мы убрали со стола. Я еще раньше уговорила ее не возиться с десертом, поэтому сейчас мы принесли сыр и две новые бутылки вина. Напиток «20/20», который принес Ли, все еще стоял на столе.
— Кто-нибудь будет это пить? — спросила Мэри. — А то я вылью его в раковину.
— Оставь для Ли, — предложила Эми. — Думаю, что он с удовольствием его выпьет.
Я села за стол. Дужки очков Минни Мауса впились мне в бок. Бен был единственным, кто хоть как-то пробовал поесть. Он потянулся за тарелкой с крекерами. Я ощущала какой-то импульс, исходящий от Нила, и, по-моему, случившееся его как-то расшевелило. Мы все молча ждали, пока дверь не открылась. Вошел Ли, держа у горла руку, и медленно сел за стол с бледным лицом. Взяв салфетку, он приложил ее к шее, прикрыв красные пятна.
— Что случилось? — спросила Эми.
— Она взбрыкнула и порезала меня стеклом фужера.
— Как ты себя чувствуешь? — спросила Мэри. — Может, нужен врач?
— Ничего, все нормально. Порез неглубокий.
— А где Ванесса?
— Не знаю. Она завопила и, ругаясь, выскочила на улицу. Ничего, вернется.
— Пойду поищу ее, — объявила я.
— Она вернется, — повторил Ли.
Не слушая его, я поднялась. Бен и Эми переглянулись. Я пошла к двери, но не успела сделать и пяти шагов, как Нил проговорил:
— Я пойду с тобой.
Сработало.
 СУББОТА 
 
Моя мама предупреждала меня о горьком шоколаде. Каждый месяц, за несколько дней до начала месячных, я находила вечером на подушке плитку горького шоколада. Раньше я думала, что его нужно есть, чтобы уменьшить болезненные ощущения, вроде как положить за щеку леденец, чтобы было не страшно въезжать на поезде в темный тоннель. Теперь страстное желание съесть шоколадку срослось в предчувствие любой наступающей боли. И, как только мне не захочется больше шоколаду, я буду точно знать, что забеременела.
Мне все еще не удалось переспать с Нилом, и я опасалась, что в его возрасте он может быть слишком щепетилен. В тот раз мы обнаружили Ванессу в пабе, за три улицы от квартиры Мэри. Она сидела там, пугая завсегдатаев своими рыданиями. Мы потратили остаток вечера, чтобы добиться от нее хоть какого-то вразумительного объяснения, и после потраченных усилий нам обоим уже не хотелось больше ничего. Мы расстались по-старомодному романтично. Меня удивила его галантная вежливость. Сначала я планировала быть практичной в вопросе нашего совокупления, не желая, чтобы Нил придавал какое-то особенное значение возможности несколько раз трахнуться во время летних каникул, но теперь я вошла во вкус медленного развития событий. И, когда Нил спросил, когда он увидит меня в следующий раз, субботний вечер показался самым подходящим временем для свидания. К тому же у меня тогда оставалось четыре безопасных дня до начала месячных.
На этот раз на Ниле не было костюма, а его жесткие рыжие волосы были тщательно вымыты. Когда он поцеловал меня, я с удовольствием вдохнула лекарственный запах его шампуня, который мне понравился своей свежестью, в отличие от масла для волос Генри и «мокрого» геля Пола. Однако к аромату свежести примешивался привычный подростковый запах дезодоранта «Линкс», того самого, которым я когда-то опрыскивала свою постель. Этот запах напомнил мне о вечерах, проведенных на автобусных остановках с обжиманиями и пожатием рук. Нил предложил мне пластинку жевательной резинки. Я покачала головой, тогда он положил ее себе в рот и начал жевать.
— Ты видела передачу «Подстроенное свидание»? — спросил он.
— У меня нет телевизора.
— А ты не ходишь в телевизионную комнату?
— Там ужасно по субботам. Целые семьи осаждают телевизор с пяти часов и до полуночи.
— Я люблю субботние телепрограммы. Особенно «Подстроенное свидание». Правда, сегодня программа была не такой интересной, как обычно, но когда сам идешь на свидание, то стоит ее посмотреть. Куда ты хотела бы пойти?
— Мне все равно.
— В «Звезду»? — предложил он.
— Ты серьезно?
Он улыбнулся.
— А почему бы нет?
Однажды Пол сказал мне, что может пойти в любой паб Вестона, кроме «Звезды». Такое заявление мне запомнилось, учитывая, что вообще трудно представить себе место, куда Пол побоялся бы пойти. Я даже подумывала отправиться туда одной и посмотреть, что там такое, справедливо полагая, что для женщин там может оказаться безопаснее, чем для мужчин. Я посмотрела на Нила и подумала: что это — наивность или смелость?
— А ты раньше там был?
— Конечно.
— Я считала, что это притон.
— «Звезда»? Может, по пятницам, но у меня никогда не было проблем. Ты хочешь пойти куда-нибудь еще?
— Нет, — ответила я. — Пошли туда.
Что до Ванессы, так диагноз ее состоянию поставить было легко. Ее мозг хотел избавиться от Ли, а тело противилось этому. Как потом выяснилось, это уже в четвертый раз она начинала заигрывать с кем-нибудь на глазах у Ли, а он терпеливо выжидал, когда она перебесится и вернется к нему. Она не могла понять, почему все у них так сложно. До Ли у нее было много разных мужчин и она не боялась случайных связей. Но сознание того, что, как только она заведет себе кого-нибудь другого, Ли будет для нее потерян, делало такой разрыв невозможным. Тот эпизод с бокалом в среду, во время вечеринки, — это было все, на что она смогла отважиться. И она хорошо осознавала, что все это выглядело неубедительно.
Два года тому назад Пол решил расширить свой рынок, попытавшись продавать пабам неоновые вывески. Он отправил меня с образцами по адресам, но мне ничего не удалось продать. Я не могла наладить такое же взаимопонимание с владельцами пабов, какое имела с владельцами ресторанов. Эта порода людей оказалась недоступна моему пониманию, мне не удавалось взять их на крючок. Когда Нил познакомил меня с владельцем «Звезды», я сразу поняла по суровому выражению его лица и по тому, как, наливая «Тиа Мария», он избегал смотреть мне в глаза, что он принадлежит к славной братии владельцев пабов.
Мы отыскали столик у игрового автомата. Я все еще нервничала, опасаясь, что завсегдатаи только делают вид, что принимают Нила за своего, оставляя разборку с ним напоследок, чтобы развеять скуку. Нил окликнул мужчину с бледным лицом, светлыми волосами до плеч и крысиными усами.