Молитва о Рейн

магазина, чтобы украсть металлоискатель, который поможет найти скрытое бомбоубежище, потому что четыре всадника апокалипсиса придут через два дня, согласно необъяснимому сну, который мы все видим.
Я снова слышу гром, только на этот раз он доносится изнутри здания.
– Грох!
Мое сердце выскакивает из груди, когда звуки борьбы – приглушенное мычание, удары дерущихся людей, грохот падения человеческого тела на пол, шум рассыпавшегося на пол товара – вырываются наружу через отверстие в двери. Я не думаю – просто реагирую.
Дергаю за ручку свободной рукой и врываюсь внутрь, мой гигантский рюкзак толкает меня при каждом шаге. Это место не было разграблено, как «Хаккаби Фудз», но в левой части магазина опрокинут торцовый стеллаж с удобрениями, и повсюду валяются пластиковые контейнеры и маленькие круглые гранулы.
Я бегу в том направлении и еще никого не вижу, но слышу голос Уэса, доносящийся из глубины магазина:
– Рейн, убирайся отсюда нахер.
– Рейн? – спрашивает другой мужской голос.
Сразу узнаю его.
– Квинт? – я чуть не поскользнулась на рассыпанном удобрении, когда повернула за угол и увидела Квинтона Джонса, моего приятеля с детского сада, стоящего в конце прохода с охотничьим ружьем его отца, направленным на Уэса.
Красавчик стоит спиной ко мне и, кажется, держит Ламара Джонса, младшего брата Квинта, как живой щит. Отсюда я ничего не могу сказать, но судя по тому, где находится рука Уэса, догадываюсь, что к горлу Ламара прижат карманный нож.
– Квинт! – кричу. – Я не знала, что вы все еще в городе!
Мой одноклассник держит пистолет направленным на Уэса, но его мрачное лицо расплываются в широкой улыбке, когда он видит меня.
– Рэйнбоу Уильямс! Черт тебя дери! Где ты была, подруга?
Я направляюсь прямиком к своему приятелю, но как только оказываюсь на расстоянии вытянутой руки от Уэса, он толкает Ламара к своему брату и хватает меня, чтобы использовать вместо щита. Даже не осознаю, что мой спутник забирает пистолет обратно, пока не вижу, что он вытянут перед нами и нацелен на Квинта.
Теплое дыхание Уэса касается моей щеки, когда он говорит:
– Ты можешь сказать ему «привет» отсюда.
Я удивленно смеюсь и машу рукой парню, с которым когда-то играла в могучих рейнджеров на детской площадке.
– Привет, Квинт, – хихикаю я. – Это мой новый друг Уэс. Уэс, это Квинт и Ламар. Квинт учился со мной в одном классе в школе, – поворачиваю голову к своему новому приятелю и шепчу достаточно громко, чтобы все услышали. – Он лайфер.
Квинт закатывает свои черно-карие глаза и толкает локтем брата.
– И вот, мы снова в дерьме.
Ламар разминает свою челюсть, которая, как я теперь вижу, слегка распухла, и сердито смотрит на Уэса. Он отрастил волосы с тех пор, как мы виделись в последний раз. Верхняя часть теперь в коротких дредах. Мне это нравится.
Уэс убирает пистолет в кобуру, но левой рукой крепко обнимает меня за плечи. Мне это тоже нравится.
– Значит, ты не веришь в эти кошмары? – спрашивает он Квинта. Его тон стал более легким и дружелюбным.
Я знаю, что он делает. И это, кажется, работает.
Квинт опускает винтовку, втыкает ее в землю, как трость, и пускается в одну из своих многочисленных теорий заговора:
– Все, что тебе нужно сделать, это посмотреть на то, кто умирает, а кто становится богатым, чтобы понять, что творится какое-то дерьмо. Если вы спросите меня, я думаю, что все это – кошмары и все такое, было спланировано правительством, чтобы заставить всех людей – бедных и темнокожих убить друг друга. Пусть мусор сам себя выносит, понимаешь?
– Да, и генеральный директор «Бургер Пэлас» тоже в этом замешан, – вмешался Ламар.
Его голос звучит грубее, чем я помню. Не знаю, то ли это из-за полового созревания, то ли потому, что он пытается казаться жестче перед Уэсом. В любом случае, это довольно забавно.
Уэс фыркает в знак согласия.
– Этот ублюдок совершает убийство.
Я смеюсь.
– Действительно! Вчера они пытались взять с меня восемьдесят семь долларов за Апокалипсис! (в шутку преувеличивает на 40 баксов)
– Вот видишь! – Ламар направляет руку в мою сторону. – О чем я говорил!
Квинт опускает руку Ламара обратно вниз.
– Итак, что же привело вас в этот прекрасный день в этот замечательный магазин? – спрашивает он, разглядывая нас чуть более подозрительно.
Уэс поворачивает голову в сторону входной двери.
– У моего байка спустило колесо.
– И нам нужен металлодетектор, – выпаливаю я.
Уэс злобно глянул на меня и крепко сжал плечо.
Упс.
– Металлодетектор? – повторяет Квинт, поднимая бровь.
– Вы че, ищете сокровища? – прыснул Ламар и, поморщившись, обхватил свою распухшую челюсть.
– Да. Я почти уверена, что у моего отца такого добра навалом, закопанного на заднем дворе. Ну, вы все его знаете.
Квинт и Ламар ухмыляются и многозначительно переглядываются. Все в этом городе считают Фила Уильямса сумасшедшим, старым пьяницей и затворником. Они не особо-то и ошибаются.
– А что вас привело? – спрашиваю я, стараясь как можно быстрее увести разговор от темы моего отца.
– Зашли взять моторного масла, – Квинт бросает на Ламара тот же взгляд, что и Уэс на меня. Ламар его игнорирует.
– Мы убираемся отсюда.
– Правда? Как? – спрашиваю я. – Дороги так плохи, что нам даже из чертова ресторана не удалось добраться сюда, не проколов шину.
Ламар улыбается:
– Нам не нужно волновать о шинах.
Квинт свирепо смотрит на своего брата, который не понимает намека, а затем переводит свое внимание на меня:
– Ну что ж, лучше мы пойдем, – его темные глаза перебегают с меня на Уэса и обратно. – Ты в порядке?
Что-то в тоне Квинта подсказывает мне, что он без колебаний всадит пулю в этого белого парня, если я попрошу об этом. Люблю его за это.
Оглядываюсь на Уэса и улыбаюсь.
– Да, я в порядке.
Уэс не отпускает меня, пока за Квинтом и Ламаром не захлопывается дверь. Затем он разворачивает меня и сжимает мои плечи так сильно, будто собирается раздавить их голыми руками.
Я вздрагиваю и готовлюсь к лекции, которая, как понимаю, скоро последует: «Бла-бла-бла, ты никогда не слушаешь, бла-бла-бла, что бы я тебе не сказал», – но вместо этого слышу, как Уэс делает глубокий вдох и тяжело выдыхает. Я открываю один глаз и смотрю на него. Его челюсти сжаты, глаза прищурены, но он не кричит. Пока не кричит.
Приподнимаю второе веко и слегка улыбаюсь ему.
– Не сердись на меня. Я знаю, ты сказал...
Но прежде, чем успеваю закончить свои извинения, Уэс притягивает меня к себе и с силой прижимается