Плут и чародейка (СИ)

Что-то слепит в глаза, но существо мало реагирует. Важна — табличка в первую очередь.
Вспышки продолжаются. Табличка опять меняет цвет, возвращаясь в исходное состояние. Вспышки чаще, практически рядом. Табличка вновь меняет цвет, наверное, чтобы объясниться по-английски.
Зеленое существо упорно держит в руках табличку. Ему безумно страшно и одиноко. Но выданное задание важнее, чем его возможные чувства. До него долетают отдельные обрывки фраз, пиликанье телефонов и новые вспышки. Как ему объяснили, вспышки это print screen 8, необходимый геймерам, чтобы подтвердить закрытие игры.
Зеленое существо удерживает в руках табличку. Вспышки ослепляют его на мгновение. Но показать табличку — его задание. И он это сделает, выполнит, несмотря ни на что. Табличка вновь меняет цветовую гамму. Неизвестно, сколько ему здесь стоять в полном одиночестве. Возможно, день, а, возможно, и месяцы. Беглый взгляд в сторону — его окружает чернота. Больше нет ни леса, ни персонажей, ни городов. Нет звуков. Абсолютно.
Существо храбрится, застигнутый врасплох новыми вспышками. Тишина превращается в могильную. Животные пропали. Отсутствие звуков значительно упрощает его задачу. Никто не отвлекает и не толкается, чтобы опередить его.
* * *
Борис вгляделся в экран компьютера. Уведомление не пропадало. Чуть взлохматив отросшие волосы, он вышел из игры. Стальной цилиндр, выполняющий обязанности телепорта, не дымил и не сверкал. А решение нашлось простое — мужчина выдернул шнур от цилиндра из розетки.
Он уронил голову на сомкнутые руки. Прошел всего лишь день без Алисы. На душе скребли кошки. Он с отчаянием, затаившись, ждал, что она снова без спросу вломиться в его квартиру. Однако девушка решила по-другому и не появлялась на пороге.
Мужчина хлебнул давно остывшего чая и вымученно засмеялся. В игре они провели примерно полгода, а в реальности от силы прошла неделя. Сердце, словно кольнуло иглой. Колон пропал вместе с другими неигровыми персонажами. Пусть с лисом вышло знакомство коротким, но он ему нравился. Пропало все, что он так полюбил за столь короткий срок.
Он выдвинул ящик стола, открыл красную коробочку. В наследство, доставшееся ему от родителей, которых он никогда не знал, входило обручальное кольцо. Небольшую квартиру забрали дальние родственники отца, он особо не возражал. Он с силой захлопнул коробку. Среди кое-как собранных газет обнаружилось старое свадебное фото. Скрепя сердце, Борис переборол желание взглянуть на собственных родителей и убрал фото под ворох газет.
Когда-то, давным-давно, он пообещал себе, что подарит обручальное кольцо матери лучшей девушке на свете. Кажется, он нашел такую. И потерял из-за собственной глупости и нежелания делить с кем-либо своими проблемами. Вроде, подростковый возраст давно позади, а нет, видно, не до конца переосмыслил прошлые проблемы.
Понял, что нечего делать за компьютером, и выключил его. Взял кружку и протопал на кухню. Хотелось почему-то лезть на стенку. Он практически не спал без сопения рядом с собой. Алисы не хватало.
Осмысливая чувства, он понял, что полюбил. Пожалуй, бесповоротно. Ни одна девушка не вызывала у него дикого желания постоянно находиться рядом, заботиться, защищать и спасать от чего бы то ни было. Борис опять запустил пятерню в волосы. И вздохнул.
Если бы он догадался раньше, то давно имел бы на руках ее номер телефона. Однако в игре он не предусмотрел подобное. А теперь мучился.
Будто что-то решив для себя, он сменил домашние шорты на приличные джинсы, набросил на оголенный торс футболку. Взял ключи от квартиры и по лестнице спустился вниз.
Дверь из светлого дерева возникла перед его взором. Неприметный круглый звонок прятался сбоку. Он прикоснулся к звонку, сгорая от нетерпения. Раздалась трель. Но на его звонок не раздалось шагов. Он позвонил вновь.
Наконец, в квартире началось хоть какое-то движение. Отгоняя кота, чтобы вновь не мешался под ногами и не выбежал, на пороге объявилась Алиса.
Девушка, закутываясь в полотенце, скакала на одной ноге. Ее мокрые локоны лежали на плечах. Капли, двинувшись вниз, спустились к ложбинке между грудей. Борис с трудом оторвал взгляд от прелестного зрелища, заставив себя посмотреть в ее глаза.
— Чего тебе? — буркнула она, поправляя полотенце.
— Хотел убедиться, что ты в порядке, — проговорил мужчина.
— Я в порядке, — произнесла Алиса, тряхнув гривой рыжих волос.
— В игре висит уведомление. «Арлекин» ушел на доработку, доступ к нему закрыт, — на одном дыхании выпалил мужчина.
— Ну, я рада, — сказала девушка, ногой отгоняя кота вглубь квартиры.
— Наш общий друг, — начал говорить Борис, — чародей Элифас сидит за решеткой.
— Чего? — удивилась она. — Значит, новой главе конец?
— Вовсе нет, — сказал мужчина, входя внутрь и закрывая за собой дверь. — Мы сами вполне можем сделать первоначальную разработку, чтобы прописать эпоху, сеттинг и так далее.
— Когда преступим? — поинтересовалась Алиса.
— Прямо сейчас.
Борис двинулся на нее, как охотник на жертву. Девушка ойкнула. Он впился поцелуем в ее губы. Полотенце очутилось на полу.
Не прерываясь, они дошли до спальни. Срывая с мужчины одежду, она позволяла ему многое. В конце концов, избавившись от мешающийся ткани, они сплелись в танце страсти.
Утомленные, но довольные, они лежали на кровати. Алиса уставилась в потолок. Ее щеки покрывал румянец. Борис вытащил руку из-под ее головы, приводя дыхание в норму. Голова слегка кружилась от нагрянувшего счастья.
— Думаю, яичница нам не помешает, — проговорила девушка, накрываясь простыней.
— Полежи, я приготовлю, — сказал Борис, вставая с постели. Натягивая боксеры, он приметил, что она вновь покраснела. Потянувшись к ней для поцелуя, он вновь встретил страстный ответ. — Если ты меня не отпустишь, получишь второе нападение.
— Хорошо, — согласилась Алиса, не скрывая улыбку. — И покорми Герцога, пожалуйста. Он громко мяукает, когда хочет есть.
Борис прошествовал на кухню. Корм для кота обнаружился быстро. Насыпав сухих шариков продолжающему мяукать животному, он достал сковороду и яйца. Добавил масло, разогрел его и с легкостью разбил яйца. На сковороде зашипело и заскворчало. Он поставил пузатый чайник на печку.
Девушка, теперь обмотанная простыней до шеи, появилась на кухне, учуяв аромат. Он разложил яичницу по тарелкам и набросился на порцию. Она не произнесла ни слова, пока наслаждалась едой. Когда они покончили с трапезой, Алиса задала мучивший ее вопрос:
— И что теперь?
— Ты о чем? — переспросил Борис.
— Что будет с нами? — сказала она.
— Я официально прошу тебя стать моей девушкой, — произнес мужчина серьезно.
— По-моему, ответ очевиден, — усмехнулась Алиса. — А что ты намерен делать с долгом Алексею?
— Найду хорошую работу с приличным заработком, — проговорил он, — и лет через пять-десять выплачу нужную сумму.
— За это время тебя убьют.
— Я разве не говорил, что депутат местной думы? У меня неприкосновенность.
В приподнятом настроении прошел и вечер. Они вместе посмотрели фильм, приготовили ужин, и Борис вновь уволок девушку в постель. Алиса не сопротивлялась. Потому что сбылось то, о чем твердили классики разных времен и эпох. Ее настигла настоящая любовь.
Проснувшись утром, чтобы не разбудить Бориса, она прошла в ванную. Раскрасневшаяся, улыбающаяся, словно наевшийся сметаны кот, она включила воду и умылась. Но водные процедуры не стерли с ее лица улыбку Чешира.
Ей вскоре предстояло идти на работу. Но одна мысль о работе не в силах перебить ночных американских горок и внутренней раскованности. Чтобы не сглазить нагрянувшую к ней фортуну, она временно отложила звонок родителям. Потом, все потом.
— Доброе утро, лисенок. Завтрак готов, — сказал Борис. — Я тебя жду.