Мир будущего (СИ)

— Через неделю, когда все улеглось, — продолжал он, — опять пришли данные из Атлантиса: концентрация эфира в одном месте так резко и сильно выросла, что это могло означать только одно: в этом месте образовался проход в кротовую нору. Честно говоря, я не придал этому особого значения, решил, что родилась обычная региональная дыра, или, в случае очень большой удачи — еще один проход в Набил. Я даже не представлял, что реальность окажется лучше самых смелых моих ожиданий…
Не представлял, как же. Лицо Ника дрогнуло, и секунду мне казалось, что он вот-вот рассмеется своим ненормальным смехом. Я скривилась, ожидая выслушать тираду самовосхваления, но ее не последовало. Он сложил руки на груди и, подняв голову к замершей над нами голограмме расположения миров, начал медленно идти вокруг нее. От вчерашнего взрывного Никеля не осталось ни следа, сегодня он был сосредоточен и задумчив.
— Предчувствие не оставляло меня. Я решил не поднимать пока шума, и лично съездить в Атлантис, чтобы все проверить, — Ник на миг замялся. — Буду откровенен: изменения произошли на довольно большом участке, поэтому я не могу назвать конкретного места возникновения прохода; как раз для этого мне нужны сны-образы… Но направленность импульса излучения, энергия, колебания эфира и остальной спектр показаний, которые мне удалось снять, ясно указывают на то, что это не региональная нора, и даже не нора, ведущая в Набил. Это нора в ту, неисследованную, лежащую за Атлантисом вселенную.
Мне снова вспомнился мой недавний сон. Слишком яркий и пугающий, чтобы назвать его просто сном. Впервые за утро я посмотрела Никелю прямо в глаза и поняла: он уже давным-давно всё решил, и никакие доводы не смогут поколебать эту фанатичную уверенность. Если я расскажу о том сне, он с готовностью проглотит информацию, и уже никакая сила не поможет мне в ближайшее время вернуться на Землю..
— То есть ты сделал вывод о том, что это проход в новый мир, лишь на основании показаний приборов? И не прибегал к помощи других странников? — Наконец спросила я.
— Конечно, нет, — Ник нахмурился. — О дыре знает всего несколько человек из самых доверенных. Стоит информации просочится, и в Атлантис мгновенно слетятся сотни профессоров, иных и журналистов, — он приподнял брови и улыбнулся. — Ты сама удостоверишься в этом, когда мы пребудем в водный мир.
Он замолчал и повернулся ко мне, ожидая реакции, я же сделала вид, что внимание без остатка занято едой. Этот мерзавец прекрасно знал: даже после обещания щедрого вознаграждения, я все еще колебалась, готовясь в любой момент передумать.
А также он знал, какое предложение поможет склонить странницу на свою сторону. Столько раз врываясь в самую душу, он лучше, чем кто-либо, знал мои слабые места и танцевал на них чечетку. В то время как неисправимые карьеристы и романтики вроде него мечтали о новых, неизвестных ранее мирах, я мечтала всего лишь об Атлантисе. Раса атлантов опережала Землю развитием на две с лишним тысячи лет; они путешествовали между мирами и делились с нами опытом тогда, когда мы только осваивали железо и приходили к вере в единого бога. Они фактического были теми, кто раскачивал колыбель человеческой цивилизации на Земле и в Набиле.
Как не велик соблазн побывать на планете атлантов, я не торопилась отвечать. Древний, загадочный Атлантис. Мне правда хотелось верить Нику, но это было сложно. Открытие нового мира — это мечта, лелеемая не только им. Это очередная веха, столь необходимая человечеству Сопредельных миров; цель, которая двигала тысячами ученых, политиков и даже простых людей. Имя странника, первым ступившего на его землю, навсегда впишется в историю межмировых перемещений. И это может быть мое имя.
Я попыталась скрыть охватившее меня возбуждение и быть скептичной до конца.
— Но почему ты… — я запнулась и бросила взгляд в сторону меланхоличного атланта. — почему вы думаете, что из всех возможных точек новой вселенной эта дыра приведет вас именно на обитаемую планету? Мало того — в ее безопасное место? Это всего одна дыра за неизвестно сколько тысяч лет.
— Стопроцентной гарантии нет, ты права. Но я почти уверен, что так и есть. Представь, — Ник поддался вперед, его глаза блестели. — Одна дыра. За неизвестно сколько тысяч лет.
Я выдержала этот магнетический взгляд. Почему бы и нет? Во всех, порой непонятных и загадочных явлениях природы всегда имеется глубинный смысл. Одно из таких явлений называют "вспышкой человечности". Наука Сопредельных миров пока не нашла ему объяснения, но факт остается фактом: во всех известных на данный момент мирах самозарождение жизни и ее последовательное развитие, с некоторыми несущественными различиями, привело к появлению человеческой расы как высшей формы эволюции. Ник озвучил мои мысли.
— Вселенная создала нас, таких разных и в то же время похожих. Она дала нам способ добраться друг до друга, в одночасье преодолев гигантские — да что там! — невообразимые расстояния. И Она дала некоторым из нас удивительные возможности — усмирять негостеприимные миры, путешествовать сквозь кротовые норы и, — он выразительно поднял вверх ладони. — понимать друг друга без слов. Так зачем же?
Он все еще смотрел на меня, и я, под взглядом его карих, горящих вдохновением и убежденностью глаз, решила оставить без внимания факт, что столь красивые слова произнес не кто либо, а Никель. Человек, известный мне весьма нетолерантным отношением к менее развитым мирам.
— Зачем? — Спросила я.
— Зачем? — Я услыхала незнакомый высокий голос и обернулась. Атлант впервые за все время раскрыл рот.
Ник вроде как слегка смутился.
— Пока не знаю. Но если ты еще не вполне убеждена, то у меня есть еще кое-что. Знаешь, где конкретно на Атлантисе возникла новая дыра?
Я мрачно уставилась на него. Конечно же, не знаю.
Глаза Ника победно блеснули. Он был готов сразить меня своей новостью.
— На его последнем материке, — сказал он.
Вопреки его ожиданиям, я не грохнулась в обморок, не охнула и даже не раскрыла от удивления рта. Хотя в груди все же что-то екнуло. Подумайте сами. Размеры планеты Атлантис сопоставимы с размерами планеты Земля, вот только площадь её океанов составляет все 97 процентов поверхности. И новая дыра возникла не где-либо, а именно на оставшихся клочке суши.
— Почему? — снова спросила я.
Удивительно, как многое может изменить одно правильно подобранное местоимение. Скажи Никель "нас", и я, возможно, еще смогла бы противостоять этой хитроумно расставленной ловушке из грандиозных планов, неудавшихся амбиций и остатков былых чувств. Но вместо этого он сказал:
— Да потому что новый мир ждет тебя, глупышка.
  
5. Ксана
 
— На этом всё, — Никель прислушался к чему-то, а потом взмахом руки убрал голограмму расположения миров.
— Образец ткани готов. Съездишь со мной в лабораторию? — обратился он к атланту. — Нужны еще тесты.
— Если это необходимо, то да, — Парень явно не горел желанием ехать за тридевять земель, но все-таки поднялся навстречу. Молчаливый помощник Никеля последовал его примеру, и все трое направились к выходу из зала, словно забыв о моем существовании.
— А что делать в это время мне? — смена действий произошла так неожиданно, что я так и осталась сидеть за столом, глядя в их спины.
— Да что хочешь, — Ник даже не притормозил. — Погуляй по уровням, не выходя за пределы Города, естественно. Найди себе любовника. Сходи в салон красоты, в конце концов!
Последние слова он почти прокричал, будучи уже у дверей.
— Подожди! — отчаяние в моем голосе остановило Никеля. Склонив голову набок, он смотрел, как я быстрым шагом догоняю их, стараясь не сорваться на бег.
Поравнявшись с мужчинами, я посмотрела Никелю в глаза.
— Ты ведь не обманул насчет письма?
— Конечно, нет. Я когда-нибудь обманывал? — он залез рукой во внутренний карман пиджака и достал оттуда маленький черный конверт.