Место, где живёт счастье (СИ)

– Я тоже умею их готовить, меня тётя Рэнди как раз сегодня научила.
– Она и меня научила, но это совсем не то. Уж поверь, совсем-совсем не то.
– Мама говорит, чтобы девочки срочно шли домой, прямо так и сказала – срочно! – оповестил всех Кевин. – И ещё сказала, что если хоть кто-то посмеет научить меня даже одному-единственному неприличному жесту, то она за себя не ручается. Хана Джереми.
Я с удивлением посмотрела на него, поскольку не было заметно, чтобы он воспользовался мобильником. Может, у него просто наушник или ещё что-то, под волосами толком не видно.
– Нет, Джереми она не тронет, он её самый любимый брат, – покачала головой Кэтти. – Но ты, Гил, его всё же предупреди, чтобы какое-то время ей на глаза не попадался.
– Не получится, – ухмыльнулся Гилберт. – Малыш увязался за Дэном и будет сегодня на свадьбе, они уже подлетают, кстати.
– Мама говорит, что Джереми огребёт от неё по-полной. Не понимаю, как она узнала…
– Кевин, ты идиот? – покачала головой Кэтти. – Ты же сам его только что сдал.
– Ой, верно! Ладно, может, мама закрутится с этой свадьбой и забудет? Девочки, она вам вот прям бежать велит, прям быстро! А то они ничего не успеют.
– Иди, Гил, я один закончу, – махнул рукой Эрик и, подтащив коробку ближе к шкафу, начал перекладывать из неё детскую обувь в нижние ящики. Гилберт кивнул и подхватил на руки Кэтти, появившийся словно бы из ниоткуда Герберт – Кристи. И все четверо исчезли. Вот только что были здесь – и исчезли. Я похлопала глазами, глядя на то место, где они только что стояли, но потом лишь пожала плечами – похоже, привыкаю.
– Пойдём, Джинни, попробуешь котлеток Рэнди, – Кристиан повёл меня к выходу из комнаты.
– Может, нужно помочь Эрику?
– Я ему помогу, – откликнулся Кевин. – Сейчас наши мамы заняты близняшками и Уорриком, так что я могу не торопиться. А вам с Кристианом нужно поесть, свадебный ужин ещё не скоро. И спасибо огромное, что выбрала платье без фаты и шлейфа.
– Это Кристиан выбрал, – пробормотала я на ходу, поскольку мой жених просто подхватил меня на руки и понёс вниз. – Знаешь, – шепнула я ему, – порой кажется, что эти дети раза в два старше своего возраста.
– Вообще-то в три, – Кристиан усадил меня на стул и, достав из холодильника стеклянную миску с котлетами, поставил её в микроволновку.
– В три?.. – Так, спокойно, Джинни, ты знала, что они не люди, знала, что старше, чем выглядят. – И им?..
– Кевину – пятнадцать, Эрику двадцать пять, близняшкам по двадцать шесть.
– Двадцать шесть… Они же старше меня… А Томасу, значит?..
– Этому клоуну пятьдесят шесть лет, Джинни, но он всё равно совсем ещё мальчишка, – Кристиан включил микроволновку, а потом присел на корточки возле меня и взял мои руки в свои. – А мне – восемьдесят шесть.
  
Глава 10
 
В горе и в радости
 
12 июня 2042 года, четверг
– Восемьдесят шесть... – прошептала я, пытаясь сопоставить это число и сидящего передо мной молодого человека. Почему-то в голове крутилась услышанная однажды шутка: «Только раз бывает в жизни восемнадцать лет. А восемьдесят пять – ещё реже». Люди, даже если и доживали до такого возраста, то выглядели дряхлыми стариками, а Кристиан...
Но ведь он-то как раз к людям и не относится. И я это знала. И догадывалась, что он старше, чем выглядит. Но это было как-то абстрактно, без каких-то конкретных чисел... Но... А столь ли важно количество календарных лет? Ведь они не превращают Кристиана в старика. Просто он взрослеет в другом темпе. Нельзя к... так и не узнала, к кому, но пусть к инопланетянам... так вот, нельзя к ним применять те же стандарты, что и к людям. И вообще, передо мной сидит Кристиан, мой Кристиан, моя половинка. Если мне всё равно, что он не человек, так неужели такая ерунда, как возраст, меня смутит? Или напугает?
– Восемьдесят шесть? – задумчиво глядя на него, повторила я. – У вас что, год за три считается?
– Вроде того, – Кристиан заметно расслабился. – Мы взрослеем в три раза медленнее человеческих детей. Так что физически мне где-то двадцать восемь. С хвостиком.
– Мне двадцать один, – зачем-то решила уточнить я. «Двадцать восемь» звучало менее пугающе, так что я решила считать настоящим именно физический возраст и игнорировать календарный, для моей психики так будет намного лучше. – Вчера исполнилось.
– Я знаю. Теперь знаю, видел твои документы. Жаль, что не знал вчера, сделал бы тебе подарок...
– Ещё один подарок? Кристиан, ты мне столько всего вчера подарил, куда уж больше-то?
– Да я тебе вчера и не дарил ничего, – вроде бы даже растерялся Кристиан. – Только игрушку, да и ту сегодня.
– Перечислить? – и я начала загибать пальцы. – Исцеление моему телу, исцеление моему брату, возможность забрать его из интерната, любящую семью и, наконец, самого себя. Это самые дорогие подарки, о которых я и мечтать не смела. А ты всё это мне дал.
– Если так рассуждать… Впрочем, никогда не поздно наверстать. Ладно, к подаркам мы ещё вернёмся, а пока, вот, попробуй-ка котлетки Рэнди. Уверен, тебе понравится.
Он был прав – мне понравилось. Очень. Я накинулась на котлеты, словно не ела со вчерашнего вечера. Кристиан от меня не отставал, и мы очень быстро опустошили довольно большую миску, из которой вместе ели. Я отвалилась от стола, поглаживая живот и блаженствуя. Секунд десять. Потом резко выпрямилась.
– Ой, Кристиан, что я наделала! Я теперь не влезу в свадебное платье.
– Влезешь, гарантирую. Пока дело дойдёт до платья, у тебя всё утрясётся.
– Не понимаю… Я никогда столько не ела, котлеты и правда волшебные.
– Это да, но дело ещё и в том, что к тебе вернулся здоровый аппетит. «Волшебная кровь» уже запустила все нужные механизмы, и твой истощённый болезнью организм пытается вернуться себе идеальную форму. Так что ближайшее время ты, действительно, будешь есть непривычно много, а потом, когда наберёшь всё потерянное, аппетит придёт в норму. Проверено на практике.
– Поверю на слово. Кстати, Рэнди, наверное, лет шестьдесят-семьдесят, да? Не удивительно, что она так чудесно готовит. Опыт у неё, наверное, огромный.
– Рэнди сорок шесть. – И, видя, как я пытаюсь подогнать её внешность и возраст под новую систему счисления, покачал головой. – Не заморачивайся. В их семье более сложная схема взросления, я тебе как-нибудь потом расскажу. Пока, думаю, тебе и того, что ты узнала, достаточно, чтобы голова кругом пошла, верно?
– Есть немного, – кивнула я, испытывая некоторое облегчение. – Лучше, действительно, потом.
– Тем более, у нас и времени-то на разговоры особо нет.
– Точно! – через перила свесился Кевин. – Мама сказала, что раз вы уже поели, то должны идти в большой дом, стилист со своей командой уже приехал, ждут только Джинни.
– А мы уже закончили, – Эрик сбежал по лестнице, – так что тоже уходим.
– Садись, подброшу, – предложил ему Кевин, подставляя спину. К моему удивлению, Эрик, который был на голову выше кузена, ловко и как-то даже привычно запрыгнул малышу на спину, тот подхватил его под коленки и... исчез, только дверь распахнулась и снова захлопнулась.
Я сидела, открыв рот, глядя на пустой холл. Ко всяким странностям в этой семье я уже вроде как привыкла, так мне казалось, но только что увиденное показало, что это совсем не так.
– А... а... как?.. – только и смогла выдавить я.
– Выпендрился, – сокрушённо покачал головой Кристиан. – Джинни, извини Кевина, ему постоянно приходится скрывать ото всех посторонних свои возможности, а ты уже не посторонняя, вот он и не удержался.
– Но он же... – да, я помнила, что ему пятнадцать, такое не скоро забудешь, но выглядел-то он на пять.
– Кевин – особенный, – объяснил Кристиан, подхватывая меня на руки и вынося из дома.
– Особенный? – неужели даже в такой удивительной семье кого-то считают особенным? – И почему ты несёшь меня, я ведь уже выздоровела?