Укрощение строптивых. Книга 1 (СИ)
Вот тогда он и показал мне свой истинный облик, а точнее, он принял свою боевую ипостась, и теперь передо мной стоял не магистр, а разъяренный первородный. Я обомлела от ужаса, думаю, все, Рэн, теперь точно убьет, как оказалась, снова ошиблась. Он опять принял человеческий облик и открыл портал в нашу комнату, наверное, боялся, что не устоит и вернул меня от греха подальше. Так я узнала, что магистр и первородный — одно и то же лицо, теперь даже и не знаю, как быть? — удрученно сказала Рэн.
— Что?! Магистр оказался кровососом, а точнее, живым трупом?! — с отвращением воскликнула я.
— Ирика, первородные — это другая раса, а не восставшие мертвецы, не путай, а вот по поводу, пьют ли они кровь, я не знаю. Но все равно, от одной мысли, что магистр мой почти муж, мне просто страшно, как я с ним жить—то буду? Я не выдержу этого! — чуть ли не плача, воскликнула подруга.
— А может, как—нибудь уберем твой брачный рисунок, а? — еще раз робко предложила я.
— Ирика, если бы это было возможно, я бы это сделала, поверь, я сама несколько лет искала, как избавиться от этого украшения! Но факты говорят о том, что прецедентов не было, — вздохнула печально Рэн.
— Знаете, то, что мы все попали в очень сложную ситуацию, это мне понятно, завтра нас ждут репрессии от наших мужчин, я просто уверена, что они нам устроят «райскую» жизнь. А поэтому у меня предложение: давайте сейчас ложиться спать, как говорят в моем родном мире: «утро вечера мудренее». А вот завтра и будем думать, как решить наши проблемы, и обязательно нужно с утра зайти к мадам Мэриан за зельем, а то завтра без него мы будем сонными, как мухи. Возможно, она нам сможет подсказать, как избежать влечения к этим извергам.
Глава 19
Как я и предполагала сегодня ночью, утром мы встали, а проснуться забыли, а точнее, были словно дохлые мухи, даже бодрящий душ и тренировка нас не взбодрили. Нервы были натянуты как струна, которая в любую минуту могла лопнуть от невероятного волнения. С пересмешкой, чуть ли не животным страхом мы не могли рационально мыслить, и все из—за предстоящего наказания, умеют же эти гады «интриговать»!
Единственная надежда осталась на медитацию — она всегда помогала в сложных для меня ситуациях очистить разум и найти нужное решение или, на крайний случай, успокоиться. Подруги тоже решили присоединиться ко мне, мы расположились на нашей поляне для тренировок. Я, по обыкновению, приняла позу лотоса, а вот у девчонок с этим была проблема, пришлось им объяснять, что это не обязательно, главное, чтобы спина была прямая, посему, было принято решение им это делать лежа. Объяснила, как правильно дышать, и мы приступили: вздох—выдох и снова вздох—выдох, дыхание стало ровным, я словно растворилась в окружающем меня пространстве. Больше не было тех проблем, которые рвали душу на части, только покой, умиротворение, неожиданно меня окутало странное сияние, от которого шло ощущение благоговения и невероятной красоты вокруг, я сама стала частью этой красоты. Невероятное чувство восторга заполняло меня, и тут я уловила ранее неизвестный мне аромат, который стал заполнять пространство, он был настолько невероятно приятным, что от него аж дух захватывало. Аромат?
Я тут же пришла в себя, резко открыла глаза и увидела три невероятно—красивых цветка белого цвета, от которых шло нежно—голубое сияние. Они парили в воздухе рядом с нами, видимо, мои подруги тоже из—за этого аромата пришли в себя, и с ужасом на лице уставились на столь прекрасное творение природы.
— Девчонки, что случилось, почему на вас лица нет? — тихо спросила я их.
— Нам конец, причем полный — обреченно высказала свое мнение о нашей дальнейшей судьбе Рэн.
— Это еще почему? — не разделила ее пессимизма я.
— Ты хоть знаешь, что это за цветы, и какие теперь нас ждут неприятности? — так же тихо и как—то нервно спросила Вэл.
— Разумеется, нет, если бы знала, не спрашивала у вас, — начала я уже реально злиться на подруг.
— Эти цветы называются «Элари», они расцветают только перед истинными избранницами, — шепотом, как будто боясь спугнуть парящие в воздухе цветы, ответила Вел.
— Допустим, а почему у вас такие лица? — так же тихо спросила.
— А какие ты хочешь, чтобы у нас они были? Если эти цветочки к нашим извергам попадут, они с катушек слетят, и все, будет тебе и брачная ночь сразу, темница в придачу, так как запрут они нас, и не видать нам игр, как собственных ушей. А они к ним попадут обязательно, ведь цветочки магические, — не повышая голоса, просветила меня о масштабах катастрофы Рэн.
У меня от этой новости на нервной почве непроизвольно глаз стал дергаться, да мои подруги тоже имели не менее впечатляющие изменения во внешнем виде: Рэн стала белая как полотно, а вот Вел приобрела зеленоватый оттенок.
— Так, девочки, не делаем резких движений и ловим эти чертовы цветы, рвем их на мелкие кусочки и прикапываем от греха подальше, — предложила выход из сложившейся ситуации.
— Нет, не получиться, они восстановятся и все равно переместятся к этим гадам. — не сводя взгляда от проклятых цветков, ответила Рэн.
— Хорошо, — не сдавалась я, — ловим цветочки и прячем у нашей мадам, я просто уверена, что у нее есть что—нибудь для того, чтобы удержать их пока. А сколько времени они должны летать над нами, перед тем как попадут к ненавистным извергам?
— Минут десять где—то, — тихо ответила Вел.
— Отлично, успеем добежать до Китайской границы! Что сидим, быстро ловим и к мадам на всех парусах несемся! — дала команду девчонкам.
Мы быстро подорвались и кинулись за мерзкими цветочками, те пытались уплыть ввысь из наших ручек, но, когда женщина чего—то очень хочет, высота для нее сущий пустяк, она может и двухметровую перекладину без шеста взять и даже не заметить этого, тем более, для нас цена промаха была очень высока: свобода и магия, а для Рэн еще и жизнь, ее родителей. Так что с задачей мы быстро справились и рванули к мадам со скоростью света, по дороге невзначай чуть ли не сбив несколько адептов. Мадам открыла дверь, ей хватило одного беглого взгляда, чтобы понять, что у нас что—то страшное случилось, молча, не задавая лишних вопросов, впустила к себе. Рэн ей показала цветок, та смачно высказалась, явно использовала ненормативную лексику этого мира и рванула за каким—то сосудом.
— Быстро в сосуд цветы засовывайте! — рявкнула она, а мы, не теряя ни секунды, запихнули туда свои цветы, и как только она его закрыла, смогли облегченно вздохнуть.
— Называется помедитировали, блин! — не выдержала я, и высказала свою мысль вслух, садясь на стул. — Как они вообще появились, — недоумевала я.
— Сложно сказать, — начала мадам Мзран, — понимаете, пар много, а вот истинные — это большая редкость, даже не знаю, что и сказать, вот с Ирикой понятно, она своему тоже метку поставила, а вот кто у вас, девочки, пара, я затрудняюсь даже предположить. — немного растерянно ответила она.
— А тут предполагать не нужно, — ответила я, и стала вводить в курс дела нашу преподавательницу. После моего рассказа она опять витиевато высказалась и пошла за какими—то зельями. Девчонки смотрели на меня и ждали, когда я им расскажу, при каких обстоятельствах демона успела меткой наградить.
— Нечаянно я, при первой нашей встрече, он меня укусил, ну а я тоже решила от него не отставать, возможно, я бы его и стукнула, но только этот рогатый не позволил, пришлось кусать, кто ж знал, что безобидный на вид укус такой катастрофой обернется.
Девчонки уже с сочувствием на меня посмотрели, только хотели что—то сказать, как пришла мадам Мэриал с какими— то пузырьками и отдала их подругам, командуя: пейте. Те даже не спросили, что там выпили. Я только хотела спросить: а мне? Она меня перебила:
— Ты уже противозачаточное зелье пила, — невозмутимо ответила она, а вот подруги от услышанного ошарашено уставились на преподавательницу.
— Девочки, спокойно, это вынужденная мера, — начала успокаивать она их, — кто знает, как дела дальше пойдут, нужно быть к всему быть готовыми. Вам сейчас самое главное — нужно на игры попасть, а для этого что нужно? — испытующе уставилась она на нас.