Думай!

– И я могу ввести себя в заблуждение. Нужен контроль.
– Что значит «контроль»?
– Замкни накоротко источник мыслей. Никаких животных. Ни мартышек, ни людей. пусть Орсино послушает металл, стекло и лазерный луч, и если он и тогда что-то услышит, то значит мы все обманываемся.
– А если он ничего не услышит?
– Тогда я буду слушать, и если не глядя – из другой комнаты – смогу сказать, подключились вы цепи, или нет, вот тогда я подумаю, присоединяться к вам, или нет.
– Ну что же, – сказала Реншоу, – попробуем контрольный опыт. Я его не проводила, но это нетрудно устроить. – Она взялась за висящие над ее головой провода и начала соединять их между собой. – А теперь, Джим, если вы продолжаете…
Но не успела она закончить фразу, как раздался холодный чистый звук, такой же чистый и ясный, как звон бьющейся льдинки:
– Наконец-то!
– Что? – спросила Реншоу.
– Кто это сказал… – удивился Орсино.
– Кто-нибудь произносил «наконец-то»? – спросил Берковиц.
– Это был не звук, – сказала побледневшая Реншоу. – Слова раздались в моей… и вы оба тоже…
Чистый звук послышался снова:
– Я ма…
Реншоу разорвала соединенные провода, и наступила тишина.
– По-моему, – еле слышно произнесла она, – это мой компьютер. Майк.
– То есть, по-вашему, он думает ? – почти таким же шепотом отозвался Орсино.
Реншоу ответила каким-то незнакомым голосом, который постепенно обрел громкость:
– Я же говорила , что он достаточно сложен, чтобы… как вам кажется… он всегда автоматически настраивался на кривую абстрактной мысли, чей бы мозг ни был подключен. Не кажется ли вам, что в отсутствие такого мозга он настроился на самого себя?
Наступила тишина, потом Берковиц сказал:
– Ты пытаешься утверждать, что этот компьютер думает, но он не может выражать свои мысли, пока вынужден выполнять программу. И если ему дать возможность использовать ЛЭГ-установку…
– Но такого не может быть, – пискнул Орсино. – Никто ведь не был подключен на прием. Это совсем разные вещи.
– Работающий компьютер, – сказала реншоу, – потребляет гораздо большую мощность, чем человеческий мозг. Наверное, он способен усилить свои сигналы до такой степени, что мы в состоянии уловить их безо всяких приспособлений. Иначе как можно объяснить…
– Ну что же, – резко произнес Берковиц, – в таком случае ты изобрела новое применение лазера. Оно позволяет нам разговаривать с компьютером как с независимым разумом, лицом к лицу.
– О боже, – сказала Реншоу, – что же нам теперь делать?