Призрачная реальность-= Протекторат]
– Минута до прямого эфира, – произнёс оператор, не отрываясь от пульта.
К Конте быстрым шагом подошёл Лоренцо Ваккаро.
– Вы будете выступать в живую? У вас нет готовой записи?
– Запись есть, – ответил Конте. – Но я решил, что будет лучше сделать заявление в прямом эфире. Так честнее.
– Полностью согласен с вами, молодой человек, – одобрительно кивнул адмирал. – Позвольте я встану рядом с вами. Обещаю ни во что не вмешиваться. А моё молчаливое присутствие на экранах поможет избежать локальных инцидентов.
– Это будет замечательно, главнокомандующий, – ответил Конте, а в мозгу у него мелькнула заманчивая мысль: «Вот если бы он ещё и сел на моё место...»
– ...Шесть, пять, четыре, – отсчитывал оператор, – три, два, один... Вы в эфире!
Конте глубоко вдохнул:
– Дорогие сослуживцы! Офицеры, сержанты и рядовые, весь технический персонал Сицилианского Экспедиционного Корпуса. Я, вице-адмирал Марчелло Конте, первый заместитель командующего Девятым флотом, обращаюсь к вам как председатель Совета Национального Спасения Терры-Сицилии...
Он говорил заученный текст, почти не слушая себя, а перед его внутренним взором одна за другой мелькали картины того, что происходит сейчас и что должно произойти в ближайшие минуты. Вот эскадрильи челноков, отделившись от кораблей-маток, стремительно снижаются к поверхности планеты и берут под контроль воздушное пространство над всеми военными городками СЭК – благо семьи военнослужащих Корпуса предпочитали селиться компактно и не смешиваться с остальной массой соотечественников. Над всеми значительными городами Терры-Сицилии зависают на антигравах огромные неповоротливые боевые станции суборбитального класса, взяв под прицел все стратегически важные объекты. Десантные группы коммандос готовятся к штурму главных резиденций всех донов, основных административных центров Семей и крупных полицейских участков. Одновременно со всем этим свыше тысячи высокопрофессиональных сетевых взломщиков приступают к захвату всех принадлежащих Семьям телекоммуникаций, электронных банков данных и устанавливают контроль над их финансовыми и информационными потоками. Пока что всё происходило бескровно, но вот-вот прольётся первая кровь – это было неизбежно и неотвратимо. Дай-то Бог, чтобы её пролилось как можно меньше...
Когда Конте закончил свою речь, и старший оператор отключил связь, в зале повисла тишина, нарушаемая только бормотанием нескольких офицеров, которые короткими фразами подтверждали получение текущих докладов от командиров эскадрилий и десантных частей.
– Первая реакция! – громко воскликнул коммодор Валенти, склонившись над соседним пультом. – Вторая специальная десантная бригада Пятого флота готова к выполнению боевого задания и ждёт наших распоряжений.
– На связи командование орбитальной станции «Сиракуза», – тотчас послышалось из дальнего конца зала.
– Четвёртый дивизион планетарных заградителей...
– Полярная база «Энцо Тоскани»...
Сообщения посыпались, как из рога изобилия. Конте и его штаб были готовы к такому развитию событий, поэтому без промедления принялись распределять боевые задачи – работы хватало на всех.
Адмирал Ваккаро мягко положил руку на плечо Конте. Тихо, почти шёпотом он произнёс:
– Всё отлично, сынок. Ты говорил красиво и убедительно. Я бы так не смог. Потому что я не верю в то, что смогу сделать всё обещанное. А ты веришь – значит, сделаешь. И другие верят, что ты сможешь.
Конте отчаянно хотелось, чтобы это было так. Он по-прежнему сомневался в правильности своего выбора и тем не менее понимал, что дороги назад нет. А впереди были годы напряжённого и кропотливого труда, годы борьбы с инерцией погрязшего в коррупции общества, годы испытания соблазнами власти – и для него самого, и для тех людей, с которыми он разделит это тяжкое бремя.
«Чем станет Терра-Сицилия через двадцать лет? – думал Конте. – Свободным обществом достойных граждан или тем же, чем есть сейчас, только с другими вывесками? Кем стану я – человеком, который привёл свою страну к свободе и демократии, или очередным кровавым диктатором, верховным пастухом забитого стада овец?..»
Человек, который уже на следующий день будет провозглашён первым президентом Республики Терра-Сицилия, терзался сомнениями.