Шестеро против Шекспира. Печальные комедии современности
Часть 15 из 18 Информация о книге
. Ух, ты! А можно и я с тобой? Чего здесь делать? Надоело!Натан. Ладно. Отпустят – поедем вместе!Орлов-мальчик. А не отпустят?Натан. Не отпустят – сбежим!Орлов-мальчикМальчики уходят. Появляется пожилой человек – Арон. Садится за швейную машинку и шьет. К шьющему старику подходят два офицера-деникинца.
. Здравствуйте, господин Орлов!1-й деникинец. Добрый день, господа офицеры! Чем могу?Арон. Нам сказали, что вы шьете?2-й деникинец. Интересно, почему только я? У меня в доме все шьют: жена шьет, сын шьет и даже внук неплохо шьет, но я не уверен, что он пойдет по этой линии. Он мне недавно заявил: «Дед, ты ничего не понимаешь! Сейчас все только строится, и у меня есть шанс!» А, когда я смотрю вокруг – мне кажется, что все как раз наоборот – разваливается. А как вы считаете, господа?Арон. Никак не считаем!.. Нам сказали, что вы отлично шьете мужские костюмы.1-й деникинец. Ой, кто вам такое сказал? Депутат Государственной думы Родзянко или сахарозаводчик Терещенко?.. Я лично шил им костюмы… Но это, господа, было еще до революции.Арон. Мы хотим заказать у вас новые мундиры.1-й деникинец. Хотеть не вредно!.. Вы извините, но когда мой внук говорит мне: «Дед, я хочу это!», он немедленно именно это – и не получает. Потому что – не «я хочу!», а – «дед, можно»? Почувствуйте разницу.Арон. Господин Орлов, вы отчетливо понимаете, кто перед вами?1-й деникинец. Ой, что тут понимать, господа офицеры, я говорю и одновременно думаю головой! Как ваш начальник Деникин, он же тоже, наверное, иногда думает. А на когда вам нужны ваши мундиры?Арон. Вчера! Идет война, и мы не знаем, что будет с нами завтра.2-й деникинец. Завтра… Ну, что будет с нами завтра, знает только Господь Бог… А вот что будет послезавтра, кажется, знаю я.Арон. Что вы имеете в виду?1-й деникинец. Послезавтра вечером вы оба зайдете до меня и заберете свои новенькие мундиры. Прямо с моей иголочки!Арон(зовет со двора). Арон! Выйди!РиваАрон встает.
. В чем дело?2-й деникинец. Одну минутку, господа офицеры. У вас Деникин – главнокомандующий, а у меня уже сорок лет – моя Рива, чтоб она жила еще сто лет и один год!.. Иду, дорогая!Арон. А нельзя ли снять сперва мерку? Мы очень торопимся.1-й деникинец. Эх, если бы Господь не так торопился, возможно, наш мир был бы хоть немного лучше. Через пять минут, господа, вы будете свободны и сможете отдыхать, как еврей в субботу! (Выходит к Риве.) Что, моя радость?Арон. Арон! Возьми с них аванс!Рива. Рива, что ты такое говоришь? Это же офицеры – благородные люди!Арон. Тогда тем более, Арон! Возьми аванс пятьдесят процентов. Если они такие благородные, так ты уже таким благородным можешь не быть.Рива. Хорошо, иди, мое счастье! Я все понял.Арон. Арон, ты меня слышал?Рива. Рива, даже когда ты молчишь, я тебя тоже прекрасно слышу! (Возвращается обратно.)АронВо двор выходят одетые в новые мундиры деникинцы. За ними выбегает Арон.
Пардон, господа, а деньги?
. Господин Орлов, не смешите нас! Какие деньги?!1-й деникинец. Как это – какие? А за работу!Арон. Послушайте, уважаемый, мы, по-моему, оставили вам расписку, что вам еще от нас надо?!2-й деникинец. Если вы умеете читать по-русски, там все ясно написано!.. Что за народ?!1-й деникинецДеникинцы уходят. Арон возвращается в дом. Рива лежит в постели.
Арон ложится рядом, начинает крутиться и кряхтеть.
. Рива, где эта расписка?Арон. В столе.Рива. Ты ее читала?Арон. А что же!Рива. И как?Арон. Двадцать.Рива. Что – «двадцать»?Арон. А что – «и как»? Они пообещали, что полностью расплатятся, но только после окончательной победы над большевиками. Правда они забыли уточнить, когда будет эта победа: на йом кипур или на пурим?!РиваАрон крутится, вздыхает…
Арон, что ты крутишься уже целую неделю, будто у тебя в одном месте пропеллер?! Я же тебе говорила – возьми аванс!
. Ты знаешь, Рива, для чего евреям еще в детстве делают обрезание?Арон. Знаю.Рива. Чтобы потом, когда у них будут постоянно что-то обрезать или отнимать, они к этому немного привыкли.Арон. При чем здесь евреи, если так устроен мир: хорошему человеку – везде не особенно хорошо, а плохому – везде не особенно плохо. Ладно, Арон, забудь! Чтобы это был их последний мундир!Рива. Не надо так говорить, Ривочка, не надо, это – грех! Пока у меня есть швейная машинка, чтоб этот Зингер на том свете был счастлив, мы всегда проживем! Просто обидно! Похоже, они нас за людей не сильно считают.Арон. Что делать?! Когда у человека в кармане болтается пистолет, он начинает меньше считаться с другими… Ну, все! Спи, Арон! Уже светает.Рива(вскакивает и начинает одеваться). Нет! Я решил! Рива, собери мне вещи. Я еду в Киев, мне срочно нужно к Деникину! (Начинает решительно одеваться.)Арон. Скажи, Арон, что ты шутишь!Рива. Когда я последний раз шутил, Рива?! Еще до революции!Арон(встает и хватает его за рукав). Арон, нет! Подумай: где – ты, и где – Деникин?!Рива. Рива, да! И ты знаешь, дорогая, если я сказал – да, то это таки – да, а не таки – нет!АронРива плачет, пытаясь его остановить.
. Геволд! Мишигинэр, вус титсты! (Плачет и рвет на себе волосы.)Рива