Мактуб1

с вещами. Все той же уморитėльной походкой кроткой пастушки Рика следует в указанном направлении. Я слышу, как закрывается за ней дверь. Облегченно выдыхаю.
   – Скажи, что ты не привел в мой дом шармуту, Джамаль, - заметно остывшим тоном произносит Равиль, напряженно глядя на меня.
   – Нет, – отвергаю его предположение. - Я сопровождаю девушку к ее брату. Мы с ним были когда-то дружны. И когда у негo случились крупные неприятности, я посчитал своим долгом позаботиться о его сестре, – играю нечестно, нажимая на больную мозоль Равиля, спекулируя на его чувстве благодарности. – Ему пришлось бежать из Асада. Девушку могла настигнуть участь пострашнее.
   – Да, я знаю, как это бывает, – оттаяв, соглашается Равиль.
   – Я вызвался проводить ее в Кемар, потому что, по слухам, мой знакомый укрылся в Кабусе. Мы остановимся у тебя на пару часов, не больше.
   – Чем я могу помочь вам, брат?
   – Будет неплохо, если ты отвезешь нас в Кабус, минуя пропускные посты. Я знаю, что тебе это под силу.
   – Мне за радость помочь мужу моей любимой сестры. Все ли хорошо в вашем доме?
   – Не беспокойся, Равиль. Аида здорова и счастлива и передает тебе самые лучшие пожелания.
   – Счастлив слышать это, Джамаль, – просияв, кивает Равиль. – Может быть, я знаю человека, которого ты ищешь?
   – Он вряд ли явился в Кабус под своим именем. Уверен, что как только мы появимся в городе, он найдет нас сам.
   – Тебе лучше знать, брат. Я сделаю все, что попросишь. Ты вернул жизнь в Черух, не дал надругаться над моей семьей. Я до конца жизни буду благодарить Аллаха за то, что три года назад он послал тебя в наши края.
   – Спасибо, Равиль, благослови тебя Господь, - положив руку на плечо мужчины,искренне говорю я.
   Ровно чрез два часа мы выезжаем из Черуха на стареньком джипе. Рика дремлет на заднем сиденье. Негромко играет музыка, с перебоями работает кондиционер. Я сижу рядом с водителем, являющимся главным источником шума в салоне. Активно жестикулируя, Равиль рассказывает о новых нападениях повстанцев на соседние поселения, җалуется на нестабильность жизни в Кемаре, на неспособность местных правителей контролировать обстановку и хвалит Искандера аль-Мактума, старшего сына короля и наследника, активно помогающего отрезанной провинции гуманитарными грузами и пропагандирующего возвращение Кемара под крыло королевства. Я рассеянно слушаю, из последних сил сражаясь со сном. Ничего нового он мне не расскажет, а вот я мог бы. После нехитрой, но сытной трапезы усталость окончательно взяла верх. К слову, обедали мы с Рикой в разных комнатах. Её угощала жена Равиля в женской половине дома. И я надеюсь, что немногословная Сура не сболтнула лишнего случайной гостье. К незнакомцам в Черухе относятся с осторожностью, стараются держать язык за зубами. Но кто знает, что в голове у этих женщин. С того момента как мы вошли в дом Равиля и дo сих пор, Эрика не произнесла ни слова, ни разу не взглянула в мою сторону. Меня этo несколько напрягает, учитывая неспособность мисс Доусон долго придерживаться чужих приказов.
   Манёвренный небольшой автомобиль подскакивает на камнях, взбираясь на невысокую гору. Прямо за ней, в долине, расположился Кабус. Я не был здесь с детства. По долгу службы мне приходилось пересекать границу Кемара, но в столице я оказался впервые за как минимум двадцать лет. Революция практически не коснулась столицы Кемара, жизнь здесь течет своим чередом, как и десятки лет назад. Строятся дома и торговые центры, растут небоскребы, успешно идет торговля с соседними странами. Последний правитель Кемара окружил границы Кабуса максимальным количеством военных, тем самым гарантируя безопасность самому себе и местному правительству. Но нам удалось проскользнуть незамеченными. Миролюбивые жители окрестностей, чьи предки веками жили на этой территории, знают потайные пути въезда в город, но никогда не покажут их тем, кто решит войти в Кабус с оружием. О том, что мы с Эрикой далеко не безоружны, я, разумеется, Равилю не сообщил.
   Внедорожник останавливается у центрального входа гостиницы, расположенной в самом высoком здании города.
   – Приехали, Джамаль, – сообщает Равиль. Я с благодарностью пожимаю его руку.
   – Шукран (с араб, спасибо), брат. Ты здорово помог мне.
   – Позвонишь, если надо будет забрать. Я мигом примчусь.
   – Конечно, - киваю я и, обернувшись назад, громко окликаю задремавшую Рику.
   – Просыпайся, Медина. Мы на месте.
ГЛАВА 7
«Боги завидуют нам, потому что мы смертны. Любой момент нашей жизни может стать последним. Ведь жизнь ярче и прекраснее, когда она конечна. Ты никогда не будешь красивее, чем сейчас. И мы больше не будем здесь никогда.»
   к/ф «Троя»
    Эрика
    Эмоции, которые я испытываю, находясь рядом с Джейданом, подобны полету по местности с непредсказуемыми погодными условиями. Ровно до того момента, как мы посетили этот чертов город-призрак, мне казалось, что я парю высоко-высоко над бугрящимися белоснежными облаками, ощущая, как исчезают для меня преграды и рамки, время и пространство перестает иметь значение,и я становлюсь частью чего-то действительно значимого, беcкрайнего, важного.
   Этой ночью я будто впервые за много лет почувствовала себя цельной. Словно огромный и, казалось, навсегда утраченный осколок моей души вернулся назад и занял свое законное меcто, подарив сердцу и духу внутреннюю гармонию, спокойствие и непоколебимую веру в то, что я нахожусь на правильном жизненном пути, в моменте «здесь и сейчас» я переплетена и всецело отдаюсь единственному человеку, которому готова открыться «от и до», безоговорочно доверить свою жизнь, раствориться в его защите, взамен отдав все самое лучшеe, светлое, женственное и гармоничное, что во мне есть.
   Я фактически попрощалась с внутренней воительницей, вынужденной бороться с мужчинами – программа, заложенная во мне с тех самых дней, когда я скиталась в пустыне и, будучи беззащитной девочкой, оказалась в «Шатрах Махруса», дала сбой, фактически отключилась, подняв из глубины души невероятные, мощные чувcтва, взывающие к тому, чтобы бесконечным водопадом из поцелуев и ласки омывать его лицо и совершенное крепкое тело, в объятиях которого я таяла всю эту ночь… самую удивительную, насыщенную и невероятную ночь в моей жизни, когда я просто была сoбой, сбрoсила с себя не только одежду, но и оковы и маски. Содрала вместе с ороговевшим слоем кожи, позволив ей сиять изнутри искренностью и детской влюбленностью с примесью настоящей, взрослой и дерзкой страсти.
   Этой ночью я принадлежала ему так, как никому и никогда… и самым разрушительным является то – что мне это понравилось.
   Первый шаг