Заколдованное место (Совр. орф.)

«Куда это зашел дед?» — думали мы, дожидаясь часа три. Уже с хутора давно пришла мать и принесла горшок горячих галушек. Нет, да и нет деда! Стали опять вечерять сами. После вечери вымыла мать горшок и искала глазами, куда бы вылить помои, потому что вокруг все были гряды; как видит, идет прямо к ней навстречу кухва. На небе было таки темненько. Верно, кто-нибудь из хлопцев, шаля, спрятался сзади и подталкивает ее. «Вот кстати, сюда вылить помои!» — сказала и вылила горячие помои.
«Ай!» — закричало басом. Глядь — дед. Ну, кто его знает! Ей Богу, думали, что бочка лезет! Признаюсь, хоть оно и грешно немного, а, право, смешно показалось, когда седая голова деда вся была окунута в помои и обвешана корками от арбузов и дынь.
  Седая голова деда вся была окунута в помои и обвешана корками от арбузов и дынь.  
«Вишь, чертова баба!» — сказал дед, обтирая голову полою — «как опарила! Как будто свинью перед Рождеством! Ну, хлопцы, будет вам теперь на бублики! Будете, собачьи дети, ходить в золотых жупанах! Посмотрите-ка, посмотрите сюда, что я вам принес!» — сказал дед и открыл котел.
Что ж бы, вы думали, такое там было? Ну, по малой мере, подумавши хорошенько: а? Золото? Вот то-то, что не золото: сор, дрязг… стыдно сказать, что такое. Плюнул дед, кинул котел и руки после того вымыл.
И с той поры заклял дед и нас верить когда-либо порту. «И не думайте!» — говорил он часто нам — «все, что ни скажет враг Господа Христа, все солжет, собачий сын! У него правды и на копейку нет!» И, бывало, чуть только услышит старик, что в ином месте не спокойно: «А, ну-те, ребята, давайте крестить!» — закричит к нам — «так его! Так его! Хорошенько!» — и начнет класть кресты. А то проклятое место, где не вытанцывалось, загородил плетнем, велел кидать все, что ни есть непотребного, весь бурьян и сор, который выгребал из баштана.
Так вот как морочит нечистая сила человека! Я знаю хорошо эту землю: после того нанимали ее у батька под баштан соседние козаки. Земля славная, и урожай всегда бывал на диво; но на заколдованном месте никогда не было ничего доброго. Засеют, как следует, а взойдет такое, что и разобрать нельзя: арбуз — не арбуз, тыква — не тыква, огурец — не огурец… Черт знает, что такое!