Избранное

РЕЛИКВИИ СТРАНЫ
Скажи мне: что с тобой, моя страна?
К какой сползать нам новой преисподней,
Когда на рынках продают сегодня
Знамёна, и кресты, и ордена?!
Неважно, как реликвию зовут:
Георгиевский крест иль орден Ленина,
Они высокой славою овеяны,
За ними кровь, бесстрашие и труд!
Ответьте мне: в какой ещё стране
Вы слышали иль где-нибудь встречали,
Чтоб доблесть и отвагу на войне
На джинсы с водкой запросто меняли!
В каком, скажите, царстве-государстве
Посмели бы об армии сказать
Не как о самом доблестном богатстве,
А как о зле иль нравственном распадстве,
Кого не жаль хоть в пекло посылать?!
Не наши ли великие знамёна,
Что вскинуты в дыму пороховом
Рукой Петра, рукой Багратиона
И Жукова! — без чести и закона
Мы на базарах нынче продаём!
Пусть эти стяги разными бывали:
Андреевский, трехцветный или красный,
Не в этом суть, а в том, над чем сияли,
Какие чувства люди в них влагали
И что жило в них пламенно и властно!
Так повелось, что в битве, в окруженье,
Когда живому не уйти без боя,
Последний вомн защищал в сраженье
Не жизнь свою, а знамя полковое.
Так как же мы доныне допускали,
Чтоб сопляки ту дедовскую славу,
Честь Родины, без совести и права,
Глумясь, на рынках запросто спускали!
Любой народ на свете бережёт
Реликвии свои, свои святыни.
Так почему же только наш народ
Толкают нынче к нравственной трясине?!
Ну как же докричаться? Как сказать,
Что от обиды и знамёна плачут!
И продавать их — значит предавать
Страну свою и собственную мать
Да и себя, конечно же, в придачу!
Вставайте ж, люди, подлость обуздать!
Не ждать же вправду гибели и тризны,
Не позволяйте дряни торговать
Ни славою, ни совестью Отчизны!
1992 г.
ПЕРЕКРОЙКА
Сдвинув вместе для удобства парты,
Две «учебно-творческие музы»
Разложили красочную карту
Бывшего Советского Союза.
Молодость к новаторству стремится,
И, рождая новые привычки,
Полная идей географичка
Режет карту с бойкой ученицей.
Всё летит со скоростью предельной,
Жить, как встарь, — сегодня не резон!
Каждую республику отдельно
С шуточками клеят на картон.
Гордую, великую державу,
Что крепчала сотни лет подряд,
Беспощадно ножницы кроят,
И — прощай величие и слава!
От былых дискуссий и мытарств
Не осталось даже и подобья:
Будет в школе новое пособье —
«Карты иностранных государств».
И, свершая жутковатый «труд»,
Со времён Хмельницкого впервые
Ножницы напористо стригут
И бегут, безжалостно бегут
Между Украиной и Россией.
Из-за тучи вырвался закат,
Стала ярко-розовою стенка.
А со стенки классики глядят:
Гоголь, Пушкин. Чехов и Шевченко.
Луч исчез и появился вновь.
Стал багрянцем наливаться свет.
Показалось вдруг, что это кровь
Капнула из карты на паркет…
Где-то глухо громыхают грозы,
Ветер зябко шелестит в ветвях,
И блестят у классиков в глазах
Тихо навернувшиеся слёзы…
17 февраля 1992 г. Москва
ОДНО ПИСЬМО
Как мало всё же человеку надо!
Одно письмо. Всего-то лишь одно.
И нет уже дождя над мокрым садом,
И за окошком больше не темно…
Зажглись рябин весёлые костры,
И всё вокруг вишнёво-золотое…
И больше нет ни нервов, ни хандры,
А есть лишь сердце радостно-хмельное!
И я теперь богаче, чем банкир.
Мне подарили птиц, рассвет и реку, Тайгу и звёзды, море и Памир.
Твоё письмо, в котором целый мир.
Как много всё же надо человеку!
1965 г.
ЧТО ТАКОЕ СЧАСТЬЕ?
Что же такое счастье?
Одни говорят: «Это страсти:
Карты, вино, увлеченья —
Все острые ощущенья».
Другие верят, что счастье —
В окладе большом и власти,
В глазах секретарш пленённых
И трепете подчинённых.
Третьи считают, что счастье —
Это большое участье:
Забота, тепло, внимание
И общность переживания.
По мненью четвёртых, это —
С милой сидеть до рассвета,
Однажды в любви признаться
И больше не расставаться.
Ещё есть такое мнение,
Что счастье — это горение:
Поиск, мечта, работа
И дерзкие крылья взлёта.
А счастье, по-моему, просто
Бывает разного роста:
От кочки и до Казбека,—
В зависимости от человека!
1966 г.