Каменный дождь (СИ)
— Покажись, раз не враг! — крикнул Ларт, подозрительно озираясь.
— Простите, но я не могу.
— Это ещё почему?!
В воздухе повисла напряжённая пауза.
— Я… Я заперта. Последствия моей ошибки. Я была слишком беспечна и заточила сама себя без возможности выбраться.
— …Что… — мы шокированно переглянулись.
— Тогда как ты можешь говорить с нами?! — Ларта это явно злило.
— Это сложно объяснить. Я не могу выйти отсюда, но в моих силах незримо быть в каждом уголке этого здания. Вас устроит такой ответ?
— Ты… Тысячелетняя ведьма?.. — догадка невольно вырвалась наружу и Ларт посмотрел на меня округлившимися глазами.
— У меня было много имён. У меня была долгая жизнь. Возможно, меня могли так назвать.
Ларт, сам того не заметив, опустил меч.
— Получается, ты сейчас общаешься с нами... как призрак?
Голос хихикнул.
— Честно говоря, в таком свете я себя ещё не рассматривала. Неплохой вариант. Если так будет проще, считайте меня призраком, хотя это и не совсем верно.
— Что это за место, Ида? — я решилась задать вопрос.
Ида, казалось, некоторое время что-то обдумывала.
— Это… Лаборатория. Мастерская. Сродни тем, что используют алхимики, но невообразимо сложнее. Тут изучали тайны Жизни.
Пока я переваривала её ответ, Ида мягко упрекнула.
— Я всё ещё не знаю ваших имён. Не могли бы вы назваться?
Мы с Лартом вновь переглянулись и он нерешительно кивнул.
— Я Мира, а это мой друг Ларт. Мы наёмники.
— Как вы тут оказались? Я полагала, что туннели перекрыты.
— А так и есть, — мрачно буркнул парень. — Там, где мы были, торчат огроменные железные ворота. А в тоннель мы проникли через разлом в стене. Пытались выбраться из огромной пещеры и попали сюда.
— Пещеры? Хм, я не знала, что в местных горах есть что-то подобное.
— Мы можем выбраться отсюда, Ида? — я, наконец, задала вопрос, терзавший меня изнутри. Голос ответил неожиданно печально:
— Да, можете… Достаточно подняться вверх через помещения лаборатории. Но…
— Но? — насторожился Ларт.
— Я сижу тут так давно, что уже забыла как выглядит небо… Не оставляйте меня здесь. Помогите выбраться. Прошу.
Голос полнился застарелой болью и мукой. Я нерешительно спросила:
— Но… как мы можем помочь?
— Я научу вас. Расскажу как добраться до места, где я заперта, и открыть его.
— А что взамен? — Ларт по прежнему был настороже.
— Я не знаю, что вам предложить. Сокровищами или тайной бессмертия я не владею. Что бы вы сами хотели получить за помощь?
Ларт приблизился ко мне и на пределе слышимости спросил:
— Что думаешь? Ведь всё может быть не так радужно, как она нам обещает? И откуда нам знать, сама ли она себя заперла?
— Я не уверена, но она ведь могла просто соврать нам, что без её помощи отсюда не выбраться, если бы правда хотела устроить нам ловушку, верно?
— А если это такая хитроумная западня?
Я обдумала его слова и покачала головой:
— Быть может, это наивный аргумент, но эмоции в её голосе… Она действительно страдает. Мне кажется, такое нельзя подделать.
Ларт долго хмурился, жевал губами и чесал затылок, прежде чем решился:
— Хорошо, доверимся твоему чутью. Вот только…
— Вот только?
— Ведьма! — Ларт обратился к голосу. — Мы согласны тебе помочь, но у нас есть несколько условий.
— Я слушаю. Если это будет в моих силах.
— Ты расскажешь нам о мире до Катастрофы и о её причинах. Ты расскажешь о том, как оказалась тут. И последнее… Ты будешь путешествовать с нами.
Ида некоторое время молчала.
— Неравноценный обмен, наёмник. Этого недостаточно, чтобы отплатить вам. Я придумаю, как компенсировать разницу.
* * *Всё началось с научного прорыва в генной инженерии и биоэлектронике. Люди, получившие мощные средства для улучшения своей жизни, начали стремительно переходить на новый виток развития. Защита от всех болезней, заложенная ещё с рождения, механические тела для инвалидов, не боящиеся увечий и травм. Люди направили русло эволюции в нужном им направлении. И лишь мозг долгое время оставался последним слабым местом. Десятилетиями человечество вело попытки обессмертить сознание. Но эти попытки привели к прорыву в совершенно неожиданной области. Во время экспериментов исследователи научили мозг и нервную систему использовать максимум своих возможностей. Сверхчеловеческие силы или то, что многие называли «магией», оказалось возможным. Мозг, используя нервную систему, взаимодействовал с неизвестной ранее энергией, манипулируя которой, человек оказался способен влиять на молекулярную структуру того, что его окружало, вмешиваться в магнитные поля и гравитацию. Но… Обычный мозг, тысячелетиями шедший по другому пути развития, не выдерживал чудовищной нагрузки информации, необходимой для проведения точных манипуляций. Клетки и синапсы выгорали за секунды. Через некоторое время инженеры смогли создать искусственную нервную систему, которая ограничивала массив пропускаемой через себя энергии. И ограничивала возможности. Хотя мозг перестал получать критические повреждения, это снова был тупик.
Минуло около сотни лет, когда во время расцвета технологии коллективных нейромозговых вычислений и колонизации космоса произошёл новый прорыв. Искусственный мозг был создан. И показывал впечатляющие результаты во время проверки. Оставался лишь сущий пустяк, научиться перемещать сознание в новую оболочку. Но люди не успели. В один из обычных дней, в западном полушарии планеты что-то произошло. По миру пронёсся неуправляемый импульс той самой энергии, чью силу так стремилось обуздать человечество. И он стал началом конца. Неконтролируемый поток сводил людей и компьютеры с ума, внося хаос в коллективную сеть. Защитные системы стран открыли беспорядочный огонь по соседям, считая всех вокруг врагами. В магнитном поле планеты за несколько часов происходили изменения, требующие десятков тысячелетий. Землетрясения и извержения супервулканов помогли закончить то, что не смогли ракетные бомбардировки. Спустя сутки планета лежала в руинах.
Немногие выжили. Бедняки, анахореты, натургуманистические общины, сектанты, церковники, преступники, военные, отсталые народы. Те, кто не хотел или не мог позволить себе находиться в сети. Те из них, кому повезло не погибнуть в огне.
Следующие годы были крайне тяжёлыми. Вулканическая зима беспощадно уничтожала посевы, животных и людей. Какие-то виды флоры и фауны были уничтожены полностью, другие смогли приспособиться, третьи превратились во что-то новое, благодаря необъяснимым и очень стремительным мутациям. Но, как итог, люди выжили, хоть и оказались отброшены на тысячелетия назад. На пепелище старой Земли начал расти новый Эрт.
* * *Голова гудела от напряжения. Мы просидели несколько часов кряду, слушая историю и постоянные объяснения, неизбежные из-за обилия древних слов и терминов. Мира и я постоянно переспрашивали, уточняли и пытались переварить огромный поток информации. Это было дико сложно, но я не жалел об этом. Об эре древних не осталось никаких упоминаний, кроме горстки чудом уцелевших вещей и нескольких защищённых зданий, вроде этого. Упускать такой шанс было нельзя. Ольц бы мне голову открутил и даже не всплакнул. И тут у меня в голове закрутился очередной вопрос:
— Ида, ты говорила, что некоторые люди улетели к звёздам. Они не пытались вернуться?
— Возможно. У меня нет знаний об этом. Однако, планета до сих пор окутана полем, возникшим во время катастрофы. Если колонисты по сей день используют технологии, забранные с Земли, они не переживут посадку.
— А почему возник этот импульс?
— Увы, но я не знаю. Он просто возник и принёс смерть. Компьютеры успели лишь зафиксировать эпицентр, а потом цивилизация исчезла. Не стало никого, кто начал бы искать правду. Люди занялись вопросом собственного выживания.