Вещь. Империя Терон (СИ)
Амаэль отступила еще — ее пальцы выскользнули из его ладони. Теперь до перехода оставалась всего пара шагов.
На втором этаже дома распахнулось окно, белую занавеску шевелил ветер. Рядом с калиткой зачирикала сеттис — птичка, по поверьям, сообщающая о скором прибытии гостей. Нальяс улыбнулся этому совпадению, Амаэль снова шмыгнула носом, опять отступила. Магу казалось, волшебное окно тянет к девочке перламутровые нити, окутывает фигуру сиянием.
Еще один удар сердца, полшага — девочка пропала, переход разрушился. Бесследно. Вместе с ним исчезло и уютное, теплое видение родного дома.
Нальяс долго смотрел на то место, где был портал. Знал, что поступил правильно, и знал, зачем.
Чтобы защитить самое дорогое — дом и близких. От Вещи, иномирных ритуалов и непонятных существ.
Несколькими часами позже Вороны ушли в другой из сопряженных миров. Все трое выглядели сосредоточенными и решительными. Как они объяснили, нужно было попытаться заблокировать спонтанные порталы, перебрасывающие чудовищ из Далира в империю. Успокаивали только заверения Воронов в том, что миры снова находятся в равновесии, хоть возвращение к исходной расстановке сил стало невозможным.
Наблюдая за прощанием драконов с Воронами, Нальяс ненадолго провалился в новое видение. В нем лорд Саркани и госпожа Среффа стояли на песчаном побережье. Они рассматривали далекие острова, казавшиеся с берега миражом в море. Юношу не покидало ощущение, что это не острова вовсе, а змея.
Лорд Старенс и леди Диала в видении Нальяса оказались рядом с госпожой Зариттой в северных землях. Ветер доносил соленые брызги, под ногами пружинил торф, сладковато пахли незнакомые красные цветы. Название этому красивому и исключительно важному для драконов месту нашлось сразу, будто земля сама себя назвала: Айкюрера.
Портал за последним Вороном разрушился — видение исчезло. Нальяс снова оказался в империи, чувствовал тяжесть Вещи и драгоценных камней. Впереди было расставание с драконами, долгое путешествие по уничтоженной магией стране. Но мысль о будущих трудностях не расхолаживала и не пугала Нальяса. Молодой Пророк был готов выполнить свое предназначение.
КОНЕЦ