Холодная война

И, кроме того, никто ей все равно не поверит. Монстры-пришельцы, потерпевшие аварию в Сибири? Кто такое станет слушать?
Она горько улыбнулась Шеферу и его другу. Они знают, что такое правда и чего она стоит. Шефер уже пробовал растолковать ей это. Знают и понимают, но увезут свое понимание с собой.
Раше ответил ей улыбкой, хотя и не был уверен, что она хорошо видела его лицо на таком расстоянии в темноте, потом спросил Шефера:
— О какой чертовщине шла там речь? Я слышал, что посол планирует замять это дело, но о чем говорили девушка и генерал?
— Он угрожал ей, а она послала его ко всем чертям, — довольно вольно перевел Шефер содержание перебранки Лигачевой и Пономаренко. — Этот ребенок учится быстро. Если она больше не нужна русским, наверное, мы сможем подыскать ей местечко в Управлении полиции Нью-Йорка.
Раше дружелюбно фыркнул:
— Ты всерьез собираешься устроить это для нее? Значит, я вправе думать, что она тебе понравилась.
Шефер улыбнулся:
— Можешь зубоскалить, Раше, но мне кажется, да.