Жизнь — это судьба

— Хорошо, — проговорила я неуверенно, — но где же он сейчас, Джульетта?
— Коннор вышел из больницы вчера и должен посещать различные процедуры. Они обучают его пользоваться протезом. Ежедневно за ним присылают санитарную машину, которая отвозит его в клинику. Ходит он уже довольно сносно, но нуждается в специальных упражнениях для укрепления мускулов. Вот увидите, как он переменился. Сильно переменился.
— Он заметит перемены и во мне, — сказала я. Не ответив, Джульетта прошла в меньшую из двух спален и вернулась с запечатанным конвертом в руке.
— Вот это письмо, Вики.
Взглянув на письмо, я, возвращая его Джульетте, заметила:
— Мне оно не нужно, я все поняла, не читая его. Кроме того, должна была получить письмо только в случае... смерти Коннора, не так ли? Едва ли он захочет, чтобы я его теперь читала. Ведь он не собирается умирать. А я здесь, с ним.
Обняв за плечи, Джульетта прижала меня к себе, прильнув мокрой от слез щекой к моей щеке.
— Слава Богу, — проговорила она, — смерть больше не подстерегает Коннора. И вы, дорогая Вики, вернулись к нему, милостью Божьей, в целости и сохранности. Вы оба будете жить, и мне кажется, мы можем теперь сжечь письмо. Пожалуй, это будет самым разумным.
Мы вместе сожгли письмо. Оно превратилось в тончайший серый пепел как раз в тот момент, когда мы услышали, как щелкнул замок входной двери.
— Это он, — прошептала Джульетта, поднимаясь. — Пойду позабочусь о чае и оставлю вас пока вдвоем.
Внезапно мне сделалось страшно.
— Но он не знает, что я здесь. Не будет ли для него потрясением вдруг увидеть меня в комнате? Быть может, вам стоит предупредить его?
Она отрицательно покачала головой и подтолкнула меня к двери.
— Я не стану портить счастливейший момент в его жизни, дорогая. Он не лгал мне, рассказывая о своих чувствах к вам... Не было в этом надобности. Я знаю, что он любит вас, Вики. Вот почему я не отступила, когда вы упорно отказывались встретиться со мной, вот почему я передала вам сегодня утром настойчивое устное послание. Я знаю, он нуждается в вас больше, чем в ком бы то ни было в своей жизни. Идите к нему, Вики.
И когда дверь открылась и я увидела Коннора, я поняла, что Джульетта права. Его глаза сказали мне все, что я так страстно хотела знать, еще до того, как он выразил это словами. Его глаза убедили меня в его беспредельной любви, и я шагнула навстречу его объятиям. Я не заметила в нем никаких перемен. Он был прежним Коннором, моим мужем и всем-всем на свете, чего я себе желала.
— О Вики, — сказал он очень спокойно, и я почувствовала, как его губы прижались к моим.
Наконец-то для нас обоих одиночество кончилось.