Леди чародейка (СИ)
Я не сразу нашлась с ответом.
– Мое тело? Эмм… а зачем оно вам? – не придумав ничего лучше, спросила я.
Старушка терпеливо вздохнула.
– Ты меня видела? Наказали меня за провинность. Лишили и молодости, и возможности ее вернуть. Единственное, что я могу – присвоить себе чужое тело, и то ненадолго, и с согласия его хозяина.
– Это что-то вроде проклятия?
– Проклятие и есть.
– Ламьель? – предположила я.
Старушка ничего не ответила, но по ее враз помрачневшему лицу я поняла, что попала в точку. Сколько же судеб успела исковеркать чертова колдунья?
– Ты не бойся, это не больно, – заверила меня незнакомка. – Твоя душа просто… заснет – на то время, пока я побуду в твоем теле. Я просто хочу вспомнить, каково это – быть молодой. Хоть на несколько часов, но вернуть себе года, что у меня отобрали.
Предложение помощи от проклятой, наверняка обладающей мощной магией, было заманчивым… если бы не такая высокая плата. Отдать свое тело чужой душе! Тяжело вздохнув, я помотала головой.
– Извините. Я не могу.
Старушка кивнула, словно бы ждала от меня подобного ответа. Развернулась и пошла прочь.
– Звериный рынок в другой стороне, – донесся до меня ее приглушенный голос.
Не оборачиваясь, она махнула мне рукой в нужном направлении, и я незамедлительно направилась туда.
Проклятая колдуньей женщина не обманула – я действительно попала в ту часть ярмарки, где продавались различные существа. Тут были и ездовые животные, и милые зверюшки, выполняющие исключительно умилительно-декоративную функцию. Я прошла мимо нечто, представляющего собой идеально круглый комочек песочного цвета шерсти с блестящими глазками-пуговками, торчащими посередине. Существо издавало возбужденно-радостные звуки, отдаленно напоминающие тонкий лай и беспрестанно скакало мячиком по клетке, стоило мне приблизиться. В который уже раз за ярмарку я пожалела, что мне нечего предложить торговцам.
Наткнувшись взглядом на очередную клетку, я не поверила самой себе – неужели я наконец нашла Ари?
Хранительница выглядела неважно. Осунувшаяся мордочка испачкана, в потрясающих зеленых глазах – тоска и усталость. Я бросилась было к клетке, но остановилась, вовремя сообразив: кто бы ни продавал Ари на этой странной ярмарке, но сказать мне ему было нечего. Средств, чтобы выкупить красавицу-метаморфа, у меня не было, а отобрать ее силой просто не получится.
Я замерла на расстоянии нескольких шагов от клетки, выжидая подходящий момент. Торговец за уставленным клетками прилавком, прежде стоявший ко мне спиной, наконец повернулся. Лицо – немолодое, угрюмое, принадлежало, конечно же, не шаату, а человеку. То ли шааты работали на него, то ли просто продавали ему краденое… кто их разберет. Как бы то ни было, но Ари оказалась у него в руках, а я понятия не имела, как ее вызволить.
Мне нужен был хороший план, но… времени на раздумья не осталось. К лавке торговца зверьми подъехало нечто, отдаленно напоминающее двухместную карету без крыши и запряженное огромными гусеницами серебристого цвета. Гусеницы – невероятно подвижные и бойкие – переговаривались между собой странными щелкающими звуками.
Представительного вида мужчина в темных одеждах спрыгнул на землю. Неторопливой походкой уверенного в себе человека направился к торговцу. Почуяв потенциального клиента, тот воспрял духом и поспешно натянул на лицо фальшивую улыбку, обнажившую кривоватые зубы.
Они негромко переговаривались друг с другом, поглядывая на страдающую в клетке Ари, а я лихорадочно размышляла, что предпринять. Приблизилась, чтобы расслышать, о чем говорят мужчины, и тут же отскочила в сторону: одна из гусениц, завидев меня, с шипением раззявила рот, продемонстрировав четыре ряда острых зубов.
Значит, эти скользкие серебристые твари исполняли роль не только ездовых животных, но и своеобразных стражей? Мило.
Реакция гусеницы для ее владельца не осталась незамеченной. Обернувшись, он с подозрением уставился на меня. Я с ужасом заметила в его руках браслет из странного синего металла и ворох шкурок среброгрисса – очевидно, они с торговцем договорились о цене. Подняла взгляд и оторопела. На меня уставились узкие холодные глаза странного желтоватого цвета. На щеке алело что-то, что я сначала приняла за свежий ожог. Казалось, что кожа на щеке и лбу незнакомца была разъедена кислотой.
Я заставила себя отвести взгляд от жуткой раны и заглянуть в золотистые глаза.
– Вы совершаете ошибку, – на одном дыхании выпалила я. – Это не кошка, а метаморф!
– Правда? – выгнул бровь мужчина в темном. Заинтересованно взглянул на Ари, затем на торговца. – Странно, что вы ничего не сказали мне об этом.
На лице того явственно читалась досада – если бы он знал об этом факте, то наверняка накинул бы цену.
Глядя, как мужчина в темном берется за ручку клетки, я вскипела.
– Она же – почти человек! Вы не можете просто взять и купить человека!
– Кто сказал, что не могу? – с ленцой отозвался он. – Кажется, я только что это сделал. – Незнакомец направился к «карете», роняя слова: – Во-первых, она человек лишь частично – вы сами только что это сказали, во-вторых, я не могу целиком и полностью полагаться на ваши слова. Ну а в-третьих – я не вижу, чтобы метаморф перевоплотилась, чтобы как-то их доказать.
– Она в клетке, – процедила я, с ненавистью глядя на мужчину в темном. – Как она может перевоплотиться, не сломав себе при этом все конечности? К тому же, Ари наверняка обессилена. Вы бы поинтересовались у продавца, каким именно образом она к нему попала.
– А зачем? – Незнакомец равнодушно пожал плечами. Забрался в карету, поставил клетку рядом с собой.
Я заскрипела зубами от бессильной ярости, наблюдая, как гусеницы уползают прочь. Наблюдая, как отдаляется от меня Ари. Прильнув пушистой мордочкой к прутьям клетки, она неотрывно глядела на меня.
Итак, я выдала себя и упустила Ари. Что теперь делать?
Я бросилась вслед за каретой, предусмотрительно скрывшись за стеной деревьев, окружающих дорогу. Мне нужно было знать, куда мужчина в темном везет Хранительницу.
К счастью, как бы ни были быстры гусеницы, до лошадей им было далеко. Правда, чтобы поспеть за ними, мне приходилось буквально бежать. Я с боем прорывалась через ветки деревьев, норовящие хлестнуть по лицу, перескакивала через пни, валуны и упавшие деревья, но все же не отставала от кареты.
Спустя час бесконечной гонки мне выпал шанс немного прийти в себя и отдохнуть. Гусеницы мчались все медленнее и в конце концов их скорость упала до черепашьего шага. Недовольный незнакомец выскочил из кареты, держа в руках какой-то мешок. Я разглядела, как он доставал из мешка извивающихся мясистых червей, которых затем кидал в голодно ощерившиеся пасти гусениц.
Меня всю передернуло от этой мерзкой картины.
Насытившись, довольные гусеницы помчались вперед. Едва я восстановила дыхание, как пришлось вновь пускаться в погоню.
Уже смеркалось, когда карета въехала на территорию, обнесенную высоким забором. Ворота закрылись – то ли повинуясь мысленному приказу хозяина, то ли кому-то извне. Спрятавшись за деревьями, я бессильно наблюдала за тем, как незнакомец, держа в руках клетку с Ари, скрывается в трехэтажном особняке. Гусеницы расползлись по внутреннему двору, улеглись на землю и, кажется, задремали. Щелкающие звуки, с помощью которых они общались между собой, смолкли.
Я критично оглядела забор. Можно, конечно, попытаться перелезть через него, но велик шанс эпично упасть, разбудив тем самым плотоядных гусениц. По коже пробежал холодок, стоило мне только вспомнить червей, исчезающих в их мерзких, полных острых зубов, пастях. Да и что дальше? Особняк наверняка заперт изнутри…
И вот тут мне стал очевиден смысл брошенных старушкой слов. Она знала, с какой трудностью мне предстоит столкнуться, и предложила выход.
Закрыв глаза, я застонала от отчаяния. Отдать свое тело в руки странной незнакомке – то ли ведьме, то ли ясновидице… Обречь свою душу на… что? Сон? Покорное блуждание вне тела?