Дневник дурака
— Сейчас я тебя выставлю вон, — сердится Цено на сына. — Только и знаешь, что молоть всякий вздор! Опять притащишь целую ораву алкоголиков, позавчера вылакали три бутылки! Это тебе не ресторан «Видинская встреча», чтобы приглашать разных любителей дармовщинки. Здесь речь идет о приеме людей, которых мы постепенно подключим к реализации идеи — идеи игрового кино, а ты все сводишь к попойке.
— Ну зачем ты так, па, — вмешивается Флер. — Наверное, Джамбо прав. Тедди на своем «альфа-ромео» возит разных людей и, может статься, будет очень полезным. Он бы мог…
Записали и Тедди. Цено Колбаков как опытный руководитель уже давно убедился, что наилучший способ прекратить излишние споры — согласиться с оппонентом. А затем делать что тебе вздумается — раз уж и нож, и брынза — твоих руках.
Далее в список были внесены два деятеля искусств — живописец к скульптор-керамик, два режиссера, один из них документалист, трое завсегдатаев Клуба журналистов, не бывших журналистами, несколько начальников отделов различных министерств, две бывших супруги и одна могущественная любовница, несколько лиц свободных профессий и один генеральный директор промышленного предприятия. Были зафиксированы и вкусы гостей — виски, сливовая ракия или кампари, назначен день и уточнен график, кто кого и когда будет приглашать.
— Боже мой, как мы оплошали! — вдруг всплескивает руками Дуня Колбакова, молчавшая все время после неудачного вмешательства в разговор. — Чуть было не забыли Пройчо. А ведь дядя Пройчо…
— Верно, Дуня! — радостно подхватывает Цено. — Молодец, что напомнила! Лишь словечко скажешь — зато к месту!
— Маман — ты молоток! — хвалит родительницу и Джамбо, Флер также присоединилась к одобрительным возгласам, ибо и она знает, кем является Пройчо и кто у него дядя.
А вы не знаете, кто такие Пройчо и его дядя? Не знаете? И я не знаю. Но в одном совершенно уверен: Цено Колбаков не станет приглашать зряшного человека. Цено Колбаков разбирается в людях почище футбольного тренера. Цено Колбаков знает наверняка…
А личность сего Пройчо прояснится для меня на самом приеме. Потому что и мне отведено место среди высоких гостей, правда, в уголке, где я пристроюсь с блокнотом и карандашом, чтобы не упустить ни единого мгновенья из грандиозных дней жизни Цено Колбакова и его семейства. И буду пить только газировку и кока-колу, дабы сохранить трезвую мысль и соблюдать точность записей.
Потому что шуточное ли дело — быть хроникером такого рода?