К ясному небу (ЛП)

Все были согласны и закивали.
Они сделали все, что могли сделать.
Они были готовы.
Глава 11 АРИЯ
— Итак… — Сорен дрожащей рукой указал на кресло пилота. В другой руке он крепко сжимал Смартвизор. — Я собираюсь сесть, чтобы мы могли начать и все такое.
— Действуй, — сказала Ария.
— Спасибо. — Сорен плюхнулся в кресло, и его нога начала подпрыгивать.
Прошлой ночью во время репетиции он был спокоен. Все прошло спокойно. Но теперь дождь хлестал по лобовому стеклу кабины. Снаружи, в сером раннем утре, деревья качались взад и вперед, а ветер завывал в дверях.
Это была не эфирная буря, но этого было достаточно, чтобы живот Арии скрутило от нервов.
— Давайте продолжим, — сказал Перри.
Рокот и Брук заняли свои позиции снаружи, ожидая начала операции.
Они не меняли свой план из-за бури. Ария на самом деле никогда не осознавала что такое дождь, пока не оказалась снаружи. В Мирах это было несколько поэтично. Атмосфера для проведения ночи с друзьями в горной хижине. Целый день занятий в кафе. Но в реальности дождь туманил глаза и холодил мышцы до костей. У него была кусачая сторона, и они надеялись, что стражи, прилетевшие на «Крыле дракона», будут также обескуражены из-за этого.
— Я готов, — сказал Сорен. — Все по местам. Однажды я сделал это в Грезе. Помнишь, Юп?
В другом пилотском кресле сидел Юпитер, почти выпрямившись от своей обычной сутулости.
— Да, я помню. Однажды ты вытащил нас с экзаменов по истории.
Сорен скривил губы.
— Правильно… экзамены.
Ария задалась вопросом, думал ли он о том же, что и она: как ужасно далеко они ушли от школы. От часов в залах Грезы, изучения и фракционирования в Миры.
— Как только я взломаю их систему, — сказал Сорен, — меня можно будет отследить. Я буду чинить им все препятствия, какие только смогу, но именно тогда начнется отсчет времени. — Он уже рассказал им об этом. Операция состояла из трех частей. Первая — нарушение системы безопасности «Комодо», с которым он справится в одиночку. Это приведет к ним патруль, что поможет им захватить «Крыло дракона» — вторая часть. Наконец, переодевшись стражами, они попадут на сам «Комодо».
При плохом раскладе, когда они будут внутри, спасая Уголька, может обнаружиться нарушение системы безопасности, но Сорен предсказал, что у них будет два часа, прежде чем это произойдет. Если они будут следовать плану, у них будет достаточно времени.
— Мы знаем, Сорен, — сказала Ария. — Если мы собираемся перехватить этот патруль, мы должны начать прямо сейчас.
Он кивнул, краска сошла с его лица. Ария наблюдала, как его хватка ослабла. Он с видимым усилием поднес прибор к лицу и надел прозрачную повязку на левый глаз.
Прошла секунда. Две. Три.
Сорен напрягся, его пальцы впились в подлокотники.
— Я там. — Он сел, его плечи слегка вздрогнули, а колено все еще подпрыгивало вверх-вниз. — А вот и мы. Где вы? Где я? Где ты? Где я?
Пение Сорена прекратилось, когда в воздухе перед лобовым стеклом появилось изображение.
Это был его аватар от пояса и выше, изображение было трехмерное, но полупрозрачное, полное сходство вплоть до тонкого шрама на подбородке. Вплоть до почти точной копии одежды, которую он носил — одежды, которую носили все они: бледно-серый летный костюм стража с синими отражающими полосками вдоль рукавов.
С изображением не было никакого контекста. Ни комнаты, ни кабины. Аватар Сорена парил в воздухе, как призрак.
— Да ладно тебе, — сказал Сорен, проводя рукой по голове. — Мои волосы выглядят гораздо лучше. Алгоритмы аппроксимации, используемые военными, действительно некачественны, — пробормотал он, вводя серию команд на панели управления «Белсвана».
Ария никогда не видела никого настолько сосредоточенным и маниакальным одновременно. Перри молча наблюдал за происходящим, но ей было интересно, что он почуял в характере Сорена.
— Жаль, Сорен, что ты не можешь остаться, — сказал Сорен, — но увидимся позже, красавчик.
Трехмерный аватар расплылся и расплющился, словно его зажали между стеклами. Еще одна фигура расширилась и заострилась перед ними: Гесс, безжизненно, смотрел прямо перед собой.
Гесс был полнее Сорена, с точеным лицом и гладкими, зачесанными назад волосами. Только его глаза, тусклые и запавшие, выдавали разницу между ним и сыном.
Сорен неподвижно сидел в кресле пилота, глядя на аватар своего отца. Гесс оставил его в Грезе. Об этом он должен был думать сейчас.
Ария облизала губы. Ее желудок уже скрутило в узел, а они только начали.
Перри поймал ее взгляд и слегка кивнул, словно знал слова, вертевшиеся у нее на языке.
— Продолжай, Сорен, — тихо произнесла Ария. — Ты прекрасно справляешься.
Сорен, казалось, взял себя в руки.
— Знаю, — сказал он, хотя в его голосе не было обычной бравады.
Аватар Гесса ожил. Его плечи приподнялись — та же легкая дрожь, что и у Сорена несколько мгновений назад. Теперь его контролировал Сорен. Он будет использовать аватар как марионетку, направляя его через Смартвизор.
— Я всегда хотел быть таким, как ты, папа, — пробормотал он себе под нос. — Я подключаюсь к системе «Комодо».
Его пальцы скользили по панели управления «Белсвана» без особых усилий управляя аватаром и приборами наведения аэрохода. Это его язык, подумала Ария, что так же верно, как и ее пение.
Перед лобовым стеклом вспыхнул прозрачный экран, разделенный на три сегмента. Гесс занял центр. Экран справа содержал комбинацию карт, координат и прокручивающихся планов полета, освещенных неоновым, синим светом. Левый экран показывал кабину, похожую на «Белсван», только поменьше. Это была внутренняя часть патрульного «Крыла дракона», который они намеревались захватить.
Четыре стража в летных костюмах и шлемах сидели в два ряда.
Гесс… или, скорее, Сорен в качестве Гесса, заговорил сразу, аватар внезапно наполнился властностью, которую Ария хорошо знала.
— Патруль Альфа-Один-Девять, говорит Командир-Один, прием.
Он замолчал, ожидая, когда информация дойдет.
И это произошло.
В «Крыле дракона» команда обменялись волнующимися взглядами. Командиром-Один был консул Гесс. Они получали прямое сообщение с самого верха.
Страж отозвался.
— Альфа-Один-Девять вас понял. Прием.
Они купились. Ария выдохнула и почувствовала, как Перри расслабился рядом с ней.
— Альфа-Один-Девять, — продолжил Гесс-аватар, — мы получили сообщение о бедствии со сбитого аэрохода, три… нет, четыре минуты назад на вашем пути. Кто-нибудь хочет сказать мне, почему вы не ответили?
Сорен прекрасно сыграл роль отца, произнося эти слова с едва сдерживаемой враждебностью и едва сдерживаемой снисходительностью.
— Сообщение отрицательное, сэр. Мы его не получили. Прием.
— Будьте наготове, Один-Девять, — сказал Гесс. Сорен включил передачу, позволив стражам наблюдать за тем, как Гесс поворачивается, крича в диспетчерской, которой там не было, что было не более чем плодом воображения каждого. — Кто-нибудь, дайте им координаты. Народ, быстрее. Мой сын на этом корабле!
— Ваш сын, сэр? — спросил пилот «Крыла Дракона». Конечно, он знал, что Сорен остался в Грезе, когда все рухнуло, но это не означало, что Сорен не выжил… или что Гесс не будет рад его возвращению.
Гесс повернулся к воображаемому человеку и сказал:
— Проверь его слух, когда он вернется. И если эти координаты не совпадают…
Экран с планами полетов мигнул. Просачивалась новая информация — карты, схемы «Белсвана», координаты. И все это, словно флуоресцентные капли дождя, текло сверху вниз.
Гесс наклонился вперед, глядя в глазок камеры.
— Слушайте внимательно. Я хочу, чтобы все на этом корабле были здесь через час. Если вы подведете меня, не трудитесь возвращаться. Подтверждаю, Альфа-Один-Девять. Прием.
Ария едва услышала «Подтверждаю, сэр», прежде чем образ Гесса исчез.