Влюбись в меня заново (СИ)
— Вот это да! Расскажешь потом? — с горящими от любопытства глазами попросил Рон.
— Ну разумеется, Гарри расскажет, — немного раздраженно произнесла я. — Правда, Гарри?
Рон скосил на меня недовольный взгляд, а Поттер утвердительно кивнул.
— Ходят слухи, что испытания будут в подземельях, — произнес он.
— Но тогда как зрители будут наблюдать за вами? — недоуменно произнес Рон.
— Рон, вспомни второе задание! — закатив глаза, попросила я.
— Гермиона, хватит умничать! — Уизли повысил голос. — Сама-то, наверное, не имеешь никакого представления о третьем туре.
— Для чего мне напрягать мозги, если Гарри уже сегодня обо всем нам расскажет?
Рон поджал губы. Гарри был озабочен предстоящим походом и потому больше молчал, стараясь не участвовать в нашем споре.
Ближе к вечеру я оделась потеплее, чтобы незаметно проследовать за Бэгменом и четырьмя финалистами Кубка огня. Я должна была убедиться, что следующее испытание окажется лабиринтом, а не чем-то еще. Сейчас уже ни в чем нельзя было быть уверенной.
Голос Бэгмена был громким и веселым. Встретив участников Турнира возле входа в здание школы, Людо принялся размахивать руками и пустился в пространственный монолог насчет значимости предстоящего испытания.
Я незаметно двинулась за ними. Компания направилась по горной дороге, огибающей озеро. Конечно, правильнее было бы надеть на себя мантию-невидимку, но отчего-то я решила, что мне будет неудобно напрягать Гарри этой просьбой, ему ни к чему было переживать еще и обо мне; у Рона бы возникла куча вопросов, и потому я решила воспользоваться только слабыми дезолюминационными чарами. Как оказалось — напрасно. За мной всю дорогу наблюдали, о чем я узнала только позднее. Мой преследователь дал мне возможность дойти вместе с небольшой делегацией до обрыва на скале, внизу которого уже был виден каменный лабиринт, а затем грубо схватил меня за руку и оттащил в сторону, произнеся контрзаклятье. Чары невидимости тут же спали. Все это произошло в один момент, я не успела сориентироваться и была поймана врасплох. Перед собой я увидела перекошенное от злости лицо Каркарова, он все еще до боли сжимал мне руку.
— Подружка Поттера, — прошипел он и впился в меня любопытным взглядом прищуренных синих глаз. — И Снейпа. Я давно наблюдаю за тобой… Знаешь, что? Ты мне не нравишься.
— Пустите! — с отчаяньем в голосе попросила я.
Каркаров не спешил выполнять мою просьбу. Я видела, как на его смуглом лице в районе виска выступила пульсирующая жилка.
— Расскажете мне, что вы тут делаете? Ученикам не следует так далеко забредать за пределы школы — тут опасно, мисс Грейнджер… или мне стоит называть вас мисс Харпер?
Я пропустила удар сердца. Откуда он узнал? Его же не было на Чемпионате по зельям! У меня сбилось дыхание. Не в силах ничего ответить, чтобы опровергнуть его верные догадки, я лишь вырвала руку из его стальной хватки — он больше не удерживал меня.
— Я не знаю, о чем вы, — с расстановкой произнесла я. Вранье всегда давалось мне нелегко.
— Прекрасно знаете, — настойчиво сказал директор Дурмстранга. — Я как не последнее лицо здесь обязан быть в курсе всего, что творится вокруг моей школы, в моей школе и даже далеко за ее пределами. То, что ты выступила вместо другой ученицы — это факт. Давай не будем тратить время и препираться.
— Что вы хотите? — задрала подбородок я. — Что вам от меня надо? Если бы вы хотели оспорить первенство Хогвартса в Чемпионате по зельям, вы бы это уже сделали.
Каркаров подавил злую усмешку.
— Недурно, смекаешь быстро, — он отошел от меня, поглаживая свою бородку. — Я пока еще не решил, как использовать эту информацию, но… Согласись, приятно иметь козыри в рукаве? Сейчас я хочу знать, зачем ты последовала за Бэгменом и что тебя связывает со Снейпом? Почему он вместе с тобой использовал портключ?
— Как вы уже сказали, — медленно начала я, стараясь скрыть дрожь в голосе, — Гарри — мой друг. И я хочу ему помочь. Именно поэтому тоже отправилась смотреть на лабиринт. С профессором Снейпом у нас сугубо деловые отношения, как у ученицы и преподавателя.
Каркаров недобро и отрывисто засмеялся.
— Я не спрашивал, какие у вас отношения, я спрашивал, что вас связывает! — директор поправил свои серебристые меха и внимательно посмотрел на меня. — Куда вы отлучались? Портключ не игрушка, его используют только в самых редких и важных случаях…
— Вот и спросите у профессора Снейпа, раз вам так интересно! — перешла я в наступление. — Знаете ли вы, что я лучшая ученица Хогвартса? Естественно, у меня много дел и обязанностей в школе. Профессор Снейп в курсе… И Дамблдор тоже, — добавила я.
Каркаров поджал губы и недоверчиво окинул меня взглядом. В этот момент раздались голоса, возвещавшие о том, что Бэгмен и остальные возвращаются.
— Держись подальше от Виктора, не пудри парню мозги и не выведывай информацию. Я буду следить за тобой, — перед тем, как аппарировать, сказал он.
Я не успела ему ничего ответить. Мне пришлось делать ноги, чтобы меня не застукали.
Странный разговор у нас вышел и очень, очень нехороший. Он думает, что я втираюсь к Виктору в доверие, чтобы вывести его из строя перед финальным туром. Кроме того, Каркаров знает правду (откуда только?) о соревнованиях по зельеварению и теперь вознамерился меня этим шантажировать, возможно, он использует эту информацию и против Северуса, если тот перейдет ему дорогу. Мне нужно было в срочном порядке предупредить об этом профессора.
***
На тренировке по квиддичу было зябко. Пока я сидела, как и некоторые из девчонок, и наблюдала за игроками, сильно околела. Мне пришлось наколдовать согревающие чары вопреки правилу — не использовать никакую магию на поле для квиддича. В Дурмстранге тренировались только лучшие, не было никаких матчей и соперничества, как у нас в Хогвартсе. Парни все занятия упорно тренировались, наверное, именно поэтому Болгария была одной из лучших стран в мире по квиддичу.
Поле было поделено на три части — чтобы все школы могли тренироваться. Гарри летал на самом верху, оттачивая навыки ловца. Я видела, как Анджелина Джонсон, сидящая неподалеку от меня, с завистью смотрит на парней. Ей тоже хотелось как игроку в квиддич показать болгарскому тренеру на что она способна, но тот категорически запрещал выходить на поле девочкам. Зато Рон, вне себя от счастья, катался внизу с битой в руке.
Крам красовался, и я подозревала, что это он делает ради меня. Он выполнял сложные приемы, и все чаще «залетал» на хогвартскую половину поля, чтобы я могла полюбоваться на него вдоволь. Я тайно улыбнулась, глядя, как он старается. У нас непременно был бы роман, если случай в прошлой жизни закинул бы меня в Дурмстранг. Но все сложилось иначе. Я искренне надеялась, что у парня интерес ко мне быстро спадет. По крайне мере, в прошлый раз из-за расстояния, нашего нечастого общения и Рона все так и произошло.
***
Все разрушилось в какой-то миг, в какую-то секунду. Ничего не подозревающие участники Турнира стали жертвами четко спланированных действий пожирателя смерти. Как я ошибалась, полагая и надеясь, что все пройдет гладко, в особенности теперь, когда в моей команде был профессор Снейп. В этот раз против меня было всё и все — время, пожиратели, Дамблдор… и даже он, Северус.
Я неслась по узкому проходу, оглушенная всполохами заклинаний. Они трещали, словно раскат грома, отдавая в моей голове дикой болью. Я спасалась в груде камней, хотя пришла в лабиринт, чтобы спасать.
Очередная вспышка пронеслась в каких-то считанных сантиметрах от меня, и я инстинктивно пригнула голову, закрыв ее руками. Я не успела добраться до Гарри Поттера, Виктор Крам, находящийся под Империусом, встал преградой между нами. Меня поймал Барти Крауч-младший и с остервенением погнал по лабиринту. В одном из проходов я с ужасом увидела Флер Делакур — она лежала на земле без сознания. Но останавливаться и смотреть, все ли с ней в порядке, не было времени. Я скрывалась от преследователя, кидая слабые боевые заклинания, не вызывающие особых усилий, себе за спину.