Звено цепи (СИ)

Сокольский нажал кнопку под столешницей.
— Уведите задержанного, — приказал он вошедшему на его зов охраннику.
* * *
— Я до последнего боялся, что вы подсунете фальшивку и он об этом догадается, — признался Марк.
— Даже если бы ему удалось удрать, это ничего бы не изменило, — проговорил Сокольский, задумчиво разглядывая полупустой Литейный проспект. Пять утра — прекрасное время суток! Светло, прохладно…
— Почему? — удивился Лисовской, притормаживая свой старый-верный "Вольво" перед перекрёстком.
— Марк! — Сокольский мягко усмехнулся. — Я тебя огорчу. Образцы нужно было хранить в активированном виде, или в специальной питательной жидкости, в запаянных контейнерах, без доступа воздуха. И уж никак не в ящике, замурованном в стену старого дома. Органика разложилась, металл окислился… Они чисто внешне остались теми самыми образцами, но из них уже никто ничего бы не сделал.
Лисовской хотел было обидеться, но передумал.
— Мог бы предупредить, — проворчал он. — В общем, и образцы — не образцы, и деньги уплыли, — пошутил он.
— Ну почему уплыли? Деньги поступили на государственный счёт и пойдут на благо нашей с тобой родины. На наше счастье, господин Юрков-Стражински был не самый крутой специалист, иначе бы заподозрил, что штучки, которые он видел тогда в лаборатории на Летнем берегу, уже не совсем такие красивые и блестящие. Но точный анализ можно провести только в специальной лаборатории, а её на утлую лодочку с собой не потащишь. Притормози за переходом, я выскочу.
Марк повернул машину к тротуару. Сокольский кивнул ему, выбрался наружу и направился к главному входу Большого Дома. Его работа ещё не была закончена…
Эпилог
— Входи, Игорёк! — опередил генерал Сокольского, махнув рукой. — Давай без церемоний. Представлять вас друг-другу не надо?
Энергичный брюнет, что поднялся навстречу Сокольскому, действительно был ему хорошо знаком.
— Моё почтение, Всеслав Михайлович! — Игорь пожал протянутую ему руку и ощутил в ответ крепкое пожатие. — Давно вас не было видно в наших краях.
— Меня подключили к делу, едва получили отчёты вашей группы. Игорь Сергеевич! Вы хорошо поработали!
Мужчины расположились по обе стороны стола, поближе к генералу.
— Я докладывал Дмитрию Ивановичу, что нам удалось разговорить Юркова, — пояснил Всеслав Михайлович. — Впрочем, и без его признаний можно было обойтись. Теперь мы точно знаем его хозяев. Но ты, Игорёк, наверняка готов задать кучу вопросов?
Сокольский криво усмехнулся и покачал головой.
— Только один, — признался он. — Откуда взялось это таинственное вещество? Кстати, ваш отдел затребовал у Бердниковой все её наработки и отчёты, вместе с останками имплантатов и приборами, которые мы изъяли. Я так понял, что мы больше этим делом не занимаемся?
Всеслав Михайлович смотрел на него с мягким интересом и даже улыбнулся.
— Ты всё понимаешь, Игорь, — начал он. — На твой вопрос я отвечу, но информация не должна уйти дальше этого кабинета. Вы позволите, генерал? — вспомнил он про Чёрного. Тот махнул пухлой ладонью. — Это вещество было частью экспериментальной программы. В девяностые годы от Военного ведомства отделилась организация, которая ухитрилась получить коммерческий статус. Идея была такова: "Что будет, если мы отдадим часть военных исследований в предприимчивые руки, которые будут работать на свою родину, но при этом соблюдать собственный меркантильный интерес?" Она, кстати, обанкротилась.
— Вы говорите про идею, или про организацию? — уточнил Сокольский.
— И про то, и про другое. — Всеслав Михайлович налил себе воды в прозрачный стакан и сделал пару глотков. Видимо, хотел сосредоточиться. — Коммерция перевесила, они начали сотрудничать с одной из заграничных спецслужб. Это долгая история, я сейчас не стану её рассказывать. Суть в том, что когда их прижали к ногтю — они взорвали свою лабораторию. Образцы вещества, над которым они работали, уцелели и часть их в законсервированном виде передали на хранение, скрыли за семью печатями и временно забыли за недостатком финансирования. Три обломка пропали и чудесным образом обнаружились у твоего хорошего знакомого, Марка Лисовского. Не будем выяснять, как именно он стал их обладателем, это сейчас уже не важно. Да и парень заслужил, чтобы его наконец оставили в покое.
Сокольский мысленно выдохнул, только сейчас осознав, что волновался за Марка: вдруг кто-то наверху придёт к выводу, что нужно вытрясти из него подробности происшествия с вертолётом Большого Ивана…
— Дальнейшее происходило на твоих глазах, — продолжил Всеслав Михайлович. — А теперь о главном. Игорь Сергеевич! Ты понимаешь, что секрет должен остаться секретом, поэтому скажу прямо: вы провели серьёзную работу и сделали это на высоком профессиональном уровне. Теперь тебе и твоим подчинённым нужно сделать ещё один важный шаг: забыть о том, что им довелось узнать в процессе расследования. В данном случае, самым правильным будет сказать: "По предварительным данным, образцы являются субстанцией внеземного происхождения, но дальнейшее их исследование невозможно по причине распада основных компонентов". Придумай что-нибудь. Пусть все поверят в то, что это были куски упавшего метеорита, или НЛО.
— Не думаю, что мои люди поверят в НЛО, — признался Сокольский.
— А ты сделай так, чтобы поверили. Объясни. Мы рассчитываем на благоразумие твоей группы и умение держать языки за зубами. Руководство оценило заслуги, твои сотрудники — Брестова и Капустин — получат внеочередное повышение. Лейтенанта Ольгина отметят по достоинству, Лисовской получит премию за добровольную помощь ФСБ. Уверен, ты справишься. Ты — из тех людей, кто знает, или интуитивно чувствует, какое решение пойдёт во благо государству.
Сокольский согласно кивнул, хотя радоваться не торопился.
— В чём дело, Игорёк? — спросил генерал, предвидя, что именно сейчас последует. И он не ошибся в своём подчинённом.
— Так, подумалось… — протянул Сокольский, а потом посмотрел на контрразведчика своими прозрачно-серыми глазами. — Это ещё не конец. Не люблю останавливаться на полдороге.
— Поясни! — потребовал Всеслав Михайлович.
— Всего один вопрос, — пообещал Сокольский. — Какой объём сохранившегося в рабочем состоянии вещества был похищен из секретного хранилища? Мне не нужны точные цифры, можешь руками показать.
Всеслав Михайлович прищурился, но через пару секунд ответил:
— Объёмом примерно с толстую книгу.
Сокольский кивнул.
— Какова цель преступников? — спросил он, логично забыв, что пообещал всего один вопрос.
— По предварительным данным, они готовились изменить результаты выборов в следующем году, — ответил Всеслав Михайлович, решив не чиниться.
— Хорошо! — оживился Сокольский. — Для того, чтобы работал имплантат, нужна часть образца примерно в кубический миллиметр, — начал он рассуждать вслух. — Если прикинуть по показаниям задержанных, они успели обработать не так много людей и истратили не более пары кубических сантиметров. Часть этого объёма пропала из-за неудачных экспериментов. Ещё часть не сработала, как положено. И у них закончилось вещество, так что они были вынуждены вычислять человека, который потенциально мог знать, где три пропавшие обломка, которые прошли через руки Большого Ивана. — Он поднял голову и посмотрел на Всеслава Михайловича. — Или я чего-то не знаю?
— Пока нам неизвестно местонахождение оставшейся части похищенного из хранилища образца, — вынужден был признать тот.
Сокольский полез в карман куртки и достал сложенную в несколько раз газету.
— Это — местная пресса Выборгского района, — сообщил он, развернул лист и прочитал: — "Необъяснимое явление наблюдалось в 23:00 по Московскому времени в районе посёлков…" Дальше список из пяти названий. Вот: "Внезапное затемнение атмосферы и сильная гроза, которую не могли предсказать синоптики. Явление продолжалось 12 минут, не работала беспроводная связь: телефония, Интернет, рации ГИБДД и полиции…" — Сокольский положил газету на стол. — Из тех документов, которые передал мне покойный Астафеев, я сделал вывод, что для внешнего воздействия на каналы связи, управления погодой или дистанционное перепрограммирование бортовых компьютеров самолётов и военной техники, достаточно создать объект величиной с квадрокоптер. Отсюда вопрос: могло наблюдаемое в Выборгском районе двенадцатиминутное явление быть испытанием оружия, которое восемнадцать лет назад получило кодовое название — "Стихия"?