Сказочное лето Миллены

 настоящей любовью, никогда не будут ругаться по ночам… Ночью они будут спать, набираться сил для жизни полной счастья и любви!",
 Но тут уши пришлось освободить для того, чтобы  нажать кнопку слива на бачке… Родительские голоса опять ворвались в сознание
 девочки:
  -  Я знаю, вы все моей смерти хотите! – и мамочка опять зашлась в рыданиях
 - Это ты моей смерти хочешь! – истерически выкрикнул папочка. – А я хочу твоей жизни!
 - Георгий, я тебя умоляю! Не ври мне… Только не ври мне…
   Милена опрометью бросилась из туалета. Пробегая мимо комнаты гостя, она услышала, что храп усилился многократно сейчас он уже
 был похож на рёв взлетающего самолёта… Дверь в её комнату была открытой, и уже из коридора она увидела в ней какую-то неясную
 фигуру в белом...
 - Ой! –  тихонько вскрикнула девочка и остановилась .
 - Не бойся! Это я, Денис…
 - Дениска? Ты чего не спишь? Ты что шпионишь за мной?
 - Я не могу заснуть… Мне кажется, ты зря всё это сегодня устроила… Наша матерь… - сбивчиво начал брат.
 - Дэн, отстань! – разозлилась сестра. – Я спать хочу. Всё! На сегодня всё! Все прения переносятся на завтра – сказала она голосом
 папочки.
 Она юркнула под одеяло. Денис неохотно поднялся.
 - И ещё я тебе хочу сказать, Дениска: если ты будешь за мной шпионить, получишь в глаз! Понял?
 Брат молча вышел, закрыв за собой дверь.
 Х*       Х*       Х*
  На следующий день  дядя Петя распрощался со всеми по очереди (даже пожал лапу Джини, которая  слегка оторопела от такой чести).
 Потом еще раз настойчиво напомнил, что через две недели он ждет их всех в Гарях, а возражения здесь не принимаются («Ты же меня
 знаешь, Михалыч!») и вышел за дверь.
  Едва он это сделал, как мамочка,  хмуро глядевшая на Милу все утро, хватила ее за ухо и прошипела:
 -Ну что, паразитка, довольна?! Опозорила нас перед гостем, про мое здоровье наговорила всякой ерунды, отца поставила в неловкое
 положение...
 -Машенька, а может не надо? – страдальчески закатил глаза папочка.
 -Не наадо? – голос мамочки сразу окреп, как впрочем, окрепла и хватка-и не скажешь, что слабая женщина. Миллена взвизгнула, Джинни
 жалобно заскулила, а братья разом подались вперед. – Я- больной человек,  мне  нужен присмотр врача и нормальные условия. А там,
 там занюханная дыра, где, я уверена, даже туалет, и тот на улице... Да я  пропаду по Вашей милости, в той глуши... И это... Это
 будет на вашей совести!-она внезапно отпустила ухо Миллы, уже горевшее огнем, и упала в кресло, слабо пробормотав:
 -Ты наказана: на все оставшееся время до отъезда лишаешься сладкого. Шура! Шура, поди сюда... – голос снова окреп удивительным
 образом.
 -Да? – добрая кухарка появилась в гостиной, утирая руки о полотенце.
 -Шура, Миле  до отъезда сладкого не давать...
 -До какого отъезда? – удивилась та.
 -Ах, ты еще не в курсе? Через две недели по милости твоей любимицы мы обязаны будем явиться в какую-то дыру и прожить там все