Кокон (СИ)

– Физическое? – Акаши снова стиснул пальцы в кулак и хотел разбить этому ублюдку нос, как вдруг за их спинами появился психолог. Чихиро тут же вытянулся по струнке, почувствовав его запах, а Сейджуро невольно расслабил руку.
– Чихиро-кун, тебе лучше оставить в покое этого бету, – мягко произнёс омега, положив руку на плечо парня. Сейджуро заметил в серых глазах Маюзуми странную вспышку, которая однако быстро погасла и утонула в его серебре.
– Уже оставил, – буркнул обескураженный альфа и, сбросив его руку, подобрал удобрения и отправился наверх.
– Что ж, мне тоже пора, – посмотрев на часы, Акаши снова поклонился и вышел из этого дома.
========== Испытание ==========
Вбежав в дом, Куроко захлопнул за собой дверь и, прижавшись к ней спиной, медленно сполз на пол. Сердце колотилось в груди и отдавалось в ушах, жар разливался по всему телу. Действие препарата, как обычно, к концу дня заканчивалось. Хуже того – он чувствовал сильное желание, которое пробудил в нём Аомине. Тецуя до сих пор ощущал его запах, будто Дайки продолжал находиться рядом, и это ощущение сводило с ума.
Бросив всё, он побежал в ванную и, скинув одежду, встал под холодный душ. Тело пылало неудовлетворенным желанием, утолить которое был способен лишь альфа.
«Почему… настолько сильно? – Тецуя в отчаянии прижался к стенке душевой. – Ведь до этого я переносил течку гораздо легче, даже находясь рядом с Аомине-куном. Что же изменилось? Может быть, это из-за того, что случилось с Акаши-куном…» – от воспоминаний спину Куроко вновь обдало жаром и, закрыв глаза, он подставил лицо под бьющие струи воды. Стараясь ни о чем не думать и не вспоминать, Тецуя простоял так несколько минут. И лишь когда почувствовал, что пальцы на руках и ногах начинают замерзать, вышел из душа.
«Похоже, снова придётся принимать таблетки, иначе не усну всю ночь», – обреченно подумал Тецуя, спускаясь на кухню и суша на ходу волосы полотенцем. Препарат был очень сильным и часто принимать его не рекомендовалось, но когда Куроко оказывался в безвыходной ситуации, делать было нечего.
– Хотя бы не на голодный желудок, – вздохнул Тецуя, перемещая полотенце с головы на шею. Однако не успел он дойти до столовой, как в нос ударил знакомый и очень приятный запах. Куроко застыл посреди гостиной, глядя на то, как его брат выходит из кухни, держа в руках стакан с водой.
– Акаши-кун?.. – неровно выдохнул Тецуя, чувствуя, что не может сдвинуться с места. Услышав его голос и почувствовав запах, Сейджуро тоже замер на месте, а его лицо побледнело. – Ты же сказал, что вернёшься поздно…
– Один… семинар отменили, поэтому пришёл раньше, – коряво ответил тот, сильнее сжимая стакан пальцами.
– Вот как… – Куроко опустошенно смотрел перед собой, не зная, что и делать. Правильнее всего будет подняться наверх и запереться в своей комнате, как он делал раньше, однако юноша не мог двинуться с места. Сейджуро тоже неподвижно стоял, глядя на его покрасневшее лицо и прикрытые глаза. Запах омеги окутывал с невероятной силой и пригвождал к месту, делая разум бессильным, а тело безвольным. После того раза он впервые ощущает его течку, и кажется, что сопротивляться инстинкту, как удавалось раньше, теперь совершенно бесполезно.
«А мы хотели забыть об этом, словно ничего не было…» – сделав судорожный вдох, Акаши прикрыл глаза и кое-как поставил стакан на старинный комод, рядом с которым стоял, понимая, что ещё чуть-чуть, и тот треснет у него в руке.
– Наверное, нам лучше разойтись по своим комнатам, – через силу произнёс он, продолжая смотреть на Куроко. Тецуя, опустив глаза, кивнул. Он повернулся к лестнице, однако не сделал и шага, чувствуя, что брат находится всего в паре метров от него и тоже не шевелится. Как он может совладать с собой? Даже Аомине не мог, хотя Тецуя подавил свой запах. А здесь он открыт, как никогда. Или это потому что Сейджуро – бета?
– Акаши-кун… – едва слышно прошептал тот, зажмурив глаза и стиснув пальцы в кулаки.
– Почему ты не сделал это с Аомине? – напряженно спросил тот, почти не сдерживая дрожь в голосе. – Тогда бы не мучился ни ты, ни я, в опасении того, что мы снова совершим ошибку.
– Я хотел провести эту ночь один, как раньше. И не мог сделать это с Аомине-куном, потому что предал бы тебя, – признался Куроко, чувствуя, как ноги подкашиваются, а голова идёт кругом. Ещё немного – и он сам набросится на Акаши…
– Со мной ты можешь делать что угодно, – Тецуя почувствовал, как Сейджуро приближается к нему. – Предать, обмануть, солгать. Я вытерплю всё, лишь бы ты был счастлив… – он остановился всего в паре сантиметрах, и Куроко ощутил, как его дыхание касается волос. Тело обдало мелкой дрожью, и юноша слабо улыбнулся, понимая, что проиграл.
– Разве я могу быть после этого счастлив? – он медленно развернулся лицом к брату и обвил руками его шею, запустив пальцы в волосы.
– Акаши-кун… – потянувшись, Тецуя прикоснулся к его губам, ощущая, как в следующую секунду Сейджуро стиснул его в объятьях, которые оказались гораздо крепче собственных. Куроко покачнулся, не в силах стоять прямо: если бы рядом с ними была кровать, он бы рухнул на неё и потянул Сейджуро за собой. Однако, чтобы добраться до комнаты, необходимо было подняться на второй этаж, а сейчас это казалось непреодолимым испытанием.
- Акаши-кун… - страстно повторил Тецуя, запрокинув голову и с шумом вдыхая воздух. Губы брата жадно целовали кожу на его шее, а пальцы вытаскивали футболку из шорт. Покачнувшись, Куроко прижался к стене и поднял руки, чтобы брат избавил его от одежды. Не успела футболка упасть на пол, как ещё влажного после душа тела коснулись обжигающие ладони, и Куроко содрогнулся, объятый возбуждением. Не в силах устоять от сжигающего желания, парень начал опускаться на ступеньки лестницы, и Акаши последовал за ним, не отрываясь от его тела ни на секунду. Он даже не знал, чего ему хотелось больше: продолжать поглощать тело Куроко руками и губами, либо овладеть им и сожрать целиком.
Тецуя тоже пребывал в растерянности и в нетерпении: он стоял на коленях, цепляясь правой рукой за перила лестницы, а левой придерживаясь за стену. Акаши, прижимавшийся к нему сзади, скользил ладонями по груди, а губами по плечам и давил на тело брата, заставляя того опуститься ещё ниже. Тецуе пришлось опереться ладонями в лестничную ступеньку.
- Акаши-кун… - задыхаясь, прошептал он и, повернув голову, посмотрел на Сейджуро. Тот, расстегнув рубашку и ремень на брюках, снова прижался к нему.
- Что, прямо на лестнице?.. – чувствуя, как его плоть скользит между его ягодиц, дрожащим голосом спросил Тецуя.
- У меня нет сил добираться до комнаты или до дивана в гостиной, Куроко, - на одном дыхании прошептал Акаши, толкаясь членом между его ног. Тецуя, согнув руки, оперся предплечьями в ступеньку и расставил колени пошире.
- Хорошо… У меня тоже нет на это сил. Тогда не медли, пожалуйста… - попросил он настолько соблазнительно, что Сейджуро, даже забыв о подготовке, тут же вошёл в него. Однако ему можно было даже не беспокоиться: Куроко, как и в прошлый раз, с жадностью принял любовника, а их тела беспрепятственно соединились. Акаши, склонившись над юношей, тоже оперся ладонями в лестницу, только на ступеньку выше. Его тело двигалось само по себе и хотелось лишь прижиматься к Тецуе как можно плотнее, чтобы в полной мере прочувствовать его жар на своей коже. Лишь изредка его губы прикасались к шее и плечам Куроко, потому что парням не хотелось нежности и ласки: желание было слишком необъятным и даже болезненным.