Обмен убийствами

Прежде чем явиться к мисс Тэннер, мы заехали в жилой комплекс Прайори-Грин, чтобы показать ее фото соседям Мэттьюза и выяснить, не та ли это блондинка, которую они не раз видели входящей к нему за последние несколько недель. По крайней мере это хоть что-то дало бы нам для разговора с ней, если бы она не захотела отвечать.
Этот комплекс, состоящий из квартала невысоких домов из красного и серого кирпича к северу от башни Нэт-Уэст на Пентонвиль-роуд, был зеленым, тихим и более или менее ухоженным. Несколько лет назад на приведение его в порядок Национальный фонд культурного наследия выделил солидные средства, и в некоторых домах все еще велись ремонтные работы. До сих пор денежки, по-видимому, расходовались довольно честно и по назначению, что со строительными проектами бывает далеко не всегда. В противовес зловещей угрюмости, свойственной большинству муниципальных районов Лондона шестидесятых и семидесятых годов (изрисованных граффити крепостей с лабиринтами темных проходных, так полюбившихся грабителям и где полисмен всегда чувствовал себя как на вражеской территории), Прайори-Грин выглядел намного приятнее. Если здесь и происходили какие-то жуткие вещи, то в довольно красивой обстановке.
С самого начала все сложилось как нельзя лучше. Мы застали дома обоих свидетелей – молодую черную женщину с толстым малышом на руках и с кучей столпившихся у нее за спиной ребятишек, восхищенно глазевших на нас, а также старика который сразу стал жаловаться на всякие проблемы в комплексе, – подтвердивших, будто видели, как девушка, изображенная на фотографии, несколько раз входила или выходила из квартиры Мэттьюза, хотя и не в последние две недели. Старик считал, что видел ее раза три, но не был в этом очень уверен. Мы постучались еще в несколько квартир в надежде освежить воспоминания их обитателей, но даже если кто и брал на себя труд открыть нам дверь, все равно оказывал прием, обычно предназначавшийся назойливым «Свидетелям Иеговы». Никто больше не пожелал нам помочь.
Я не был уверен, облегчит ли нам задачу тот факт, что Джин Тэннер. бывшая или настоящая проститутка, не раз заходила к известному наркодилеру, пусть даже и на кофе, но все-таки это было хоть что-то. Однако наша так называемая удача длилась недолго. По пути к Джин на Каледониэн-роуд случилась какая-то авария, и нам пришлось почти полчаса торчать в пробке под палящими лучами солнца. Затем из-за Беррина, который уточнял маршрут нашего движения по карте, поскольку в его состоянии я не доверил ему вести машину, мы заблудились в закоулках Ист-Финчли. В результате мы добрались до нужного нам места – ультрасовременного четырехэтажного дома, оборудованного солидной системой охраны, который торчал как бельмо на глазу между окружавшими его строениями в георгианском стиле, – только в половине двенадцатого. В довершение ко всему Джин не оказалось дома.
В тот день нам предстояло навестить еще шесть адресов, где жили швейцары, иногда работавшие в «Аркадии». Этот список передал нам владелец охранной фирмы «Элит-А», некий мистер Уоррен Кейз, сам бывший охранник. Накануне днем мы побывали у Кейза, в неряшливой квартире на третьем этаже дома в Барнсбери, которая одновременно служила офисом «Элит-А». Кейз предъявил нам свидетельство о регистрации его фирмы и квитанцию об уплате налогов, выписанные на его имя, и дал список адресов девяти охранников. Двоих уже допрашивали за время расследования, еще один за месяц до убийства уехал в Австралию и, по сведениям Кейза, до сих пор там пребывал. Он указал адреса всех остальных, после чего мы его покинули. Но перед уходом я спросил, хорошо ли он знает Роя Фаулера.
– Достаточно, чтобы считать его скользким гадом, – спокойно ответил Кейз.
Вероятно, это была верная характеристика, но я подумал, если уж такой человек, как Кейз, говорит о тебе подобное, значит, у тебя действительно проблемы. Хотя, конечно, в тот момент я и половины всего не знал.
Как обычно во время расследования убийства, мы не стали заранее предупреждать этих охранников о нашем приезде Вряд ли кто-нибудь из них мог знать что-либо существенное, но если они владели какой-то информацией и не собирались сообщать об этом нам, то, застав их врасплох, мы помешали бы ям с ходу придумать правдоподобную ложь. Зато был риск, что как и Джин Тэннер, их не окажется дома, тем более в такой жаркий лень. Мы не очень удивились, действительно не застав на месте первых двоих из нашего списка, а третий как раз выходил, когда мы подъехали. Он работал с Мэттьюзом всего несколько раз и заявил, будто мало что о нем знал.
– Помню только, он был порядочной сволочью. – сказал он, что нас нисколько не поразило.
Видно, Мэттьюз с Фаулером подходили друг другу.
Покинув этого охранника и почувствовав чертовский голод, мы заехали в маленькое кафе, принадлежащее одному греку, недалеко от Финчли-роуд, где уничтожили несколько сандвичей. почти не разговаривая, – настолько устали от этой нудной работы.
– Не поймите меня неверно, Джон, – произнес Беррин, набивая рот багетом с индейкой, салатом и майонезом, – ноя считал расследование убийства более интересным делом. Я, конечно, не думал, будто это весело или что-то вроде, но это кажется такой же монотонной работой, как и служба обычного полицейского.
Размышляя о его высказывании, я жевал свои сандвич с ветчиной и солеными огурцами. Он был очень вкусным, только ветчина оказалась жирноватой.
– Дэйв, если бы она была такой, какой ее показывают в «Суини»,  [4]то люди не увольнялись бы из полиции, понимаешь?
– Понимаю. Только противно, что мы так никуда и не продвинулись.
Я и сам так думал. Хорошо бы сейчас сидеть в салу с интересной книжкой, греться на солнышке и лениво посматривать по сторонам. Или свозить куда-нибудь дочку, пользуясь тем, что она еще маленькая и не смущается моего общества. Но я давно уже понял: ты идешь в полицию не для развлечения, а потому что тобой владеет желание избавить общество от преступников чтобы когда-нибудь профессия полицейского перестала существовать. В отличие от меня Беррин, будучи еще новичком и представляя себе службу в полиции более захватывающей, поник духом и нуждался во встряске.
– А эта Джин Тэннер подобрала себе уютное гнездышко, – заметил я, глотнув минералки, которую вынужденно пил вместо пива. – Как думаешь, сколько может стоить квартира в этом доме?
– Да уж недешево. Но мы же не знаем, какая у нее квартира.
– Ну, скорее всего с одной спальней. В таком роскошном районе, как Финчли, она должна стоить… Черт, я же не агент по недвижимости, помоги прикинуть.
– Две сотни штук, может, даже больше.
– А может, там и не одна спальня. Думаю, мы не ошибемся, если назовем две с половиной сотни. Для проститутки, которая шляется к небогатым клиентам вроде Шона Мэттьюза, это большие деньги. Тем более если к тому же она наркоманка.
– Что вы хотите этим сказать?
Но больше мне нечем было его заинтересовать.
– Сам не знаю. Просто это кажется мне подозрительным.
Четвертый охранник, Макбрайд, жил в районе, застроенном старыми домами из белого кирпича, меньше чем в миле от стадиона «Хайбери». Мы с трудом добрались туда к половине второго. Так как сегодня на стадионе играл «Арсенал», машины шли сплошным потоком, к тому же температура поднялась до девяноста градусов.  [5]Наконец мы остановились напротив низкого одноэтажного дома Крейга Макбрайда. По словам Кейза, «Элит-A» регулярно приглашала его поработать в течение года.
Этот парень двадцати семи лет уже имел судимости за хулиганские поступки, воровство и хранение наркотиков; все это мы выяснили, когда ввели его имя в компьютер. По закону его больше нельзя было привлекать на работу охранником, если только ему не удалось убедить муниципалитет, будто он исправился, в чем лично я сильно сомневался. Но в принципе такое бывает, поэтому я считал, что сейчас не стоит ловить на этом Уоррена Кейза.