Оборотень

Еще несколько взмахов, и он поравнялся с беглецом и схватил его за рукав рубашки. Завязалась борьба. Удары сыпались с обеих сторон, но, попадая в воду, теряли свою силу… Вскидываясь порой на поверхность воды, Кузьмин слышал раздававшиеся на берегу голоса. Значит, подмога близка!… Вдруг он почувствовал, что грузное, отчаянно барахтавшееся тело врага как-то сразу ослабло, обмякло, выскользнуло из его рук и камнем пошло вниз, на дно. Очевидно, один из ударов оглушил беглеца…
«Так нет же! Не будет тебе, гаду, легкой смерти!» — не то вскрикнул, не то подумал Кузьмин и, набрав побольше воздуха, нырнул, схватил утопающего за волосы и потянул на себя, но острая боль заставила его разжать пальцы. Не понимая еще, что случилось, он инстинктивными ударами ног вытолкнул себя из воды, вздохнул и хотел было снова нырнуть, как вдруг яркий луч прожектора ударил ему в глаза, потом скользнул вправо и протянулся широкой светлой полосой через все озеро. Кузьмин увидел далеко впереди вынырнувшего из воды человека.
Он понял хитрость врага, намеревался опять пуститься в погоню, но почувствовал, что слабеет… Из правой руки, перерезанной повыше кисти, текла кровь; начался звон в ушах, перед глазами поплыли радужные круги…
Все же у него хватило сил перевернуться на спину, в таком положении легче было удержаться на поверхности…
С болью пронеслось в голове:
«Уйдет… неужели уйдет?…»
Частый, нарастающий звук мотора заставил его открыть глаза.
Мимо, приподнявшись на редане, пронеслась моторная лодка с людьми. Лучи ее фар осветили далеко вперед поверхность озера.
Кузьмин услышал голос Юрия, кричавшего что-то по-немецки. Выполняя его приказание, моторист круто повернул, и лодка, описав полукруг, пошла наперерез плывшему впереди человеку…
— Нет! Шалишь! Не уйдешь!… Теперь не уйдешь! — радостно вскрикнул Кузьмин, изо всех сил выгребая здоровой рукой.
Пенистая, сверкающая тысячами искр волна подхватила его, подняла, закачала и бережно понесла к берегу.