Испытание любви. Случай в Гаване

Вскоре майор останавливается – ему предстоит выполнять роль часового; сэр Чарлз идет дальше и подходит к самой стене здания. Он ищет в темноте каменную лестницу с дверью наверху. Он знает, что она должна быть здесь.
В тот момент как он ее обнаруживает, монастырские часы своим большим колоколом и тяжелым языком начинают отбивать двенадцать – полночь. Первый удар вспугивает соловья, который перестает петь. Но почти в то же мгновение сэр Чарлз слышит другой звук, более резкий, чем птичье пение, хотя ему он кажется гораздо слаще, – скрип петлей двери. Посмотрев вверх по лестнице, он видит, как в верху ее осторожно отворяется дверь, появляется закутанная в белое фигура, заполняет отверстие и начинает неслышно спускаться. И вот сэр Чарлз, у которого сердце готово выскочить из груди, принимает в объятия свою возлюбленную Изабель. Сестры Мерседес больше нет; руки его смыкаются, и крепко, словно тигр, но осторожно, как будто девушка стеклянная, он несет ее по саду и на улицу; майор выходит следом, тщательно закрывает калитку и уносит ключ, который будет возвращен Куларесу.
Все заканчивается меньше чем за полчаса; еще через полчаса баронет вместе с невестой на борту яхты; тут же поднимают якорь, ставят паруса, и яхта выходит из Гаванской бухты. Еще не начинается рассвет, а она уже уходит от Кубы.
* * *
Стоит ли рассказывать о завершении этой маленькой драмы? Читатель без труда догадается, что заканчивается она счастливо: Изабель Мейсон становится леди Торнтон вскоре после прибытия в Англию. Иерархи Гаваны никак не могут догадаться, куда девалась монашка. В некоторой степени загадку разъясняет рассказ монаха, исповедника ее матери. Ужасное разочарование – держать почти в руках такое состояние и лишиться его! Потому что сеньора Мейсон, уступая просьбам дочери с противоположной стороны океана, вскоре продает свои кубинские владения; и, прихватив с собой деньги, присоединяется к своей единственной дочери в стране, где священники пользуются гораздо меньшим влиянием.