Полный привод, или Километры вдоль нормальности
Квартира тоже не разочаровала. Везде прибрано и уютно, как и в прошлый раз. Женская рука чувствовалась здесь очень явственно и повсеместно. В квартире имелось две спальни и комната для гостей на втором этаже, и холл с кухней, кабинетом и большой кладовой – на первом. Большая кладовая, дверь которую переоборудовали для входа прямо в кабинет, а не в коридор, как при покупке, послужила решающим доводом при приобретении квартиры мистером Фортескью – эта кладовка своими размерами была призвана нанести сокрушительный удар заносчивой площади возле бывшего Форума в Риме.
Хозяин хлопотал вокруг своей гостьи, пока та выставляла гостинцы на кухне, и очень обрадовался своему любимому мясу на косточке и бутылке «Teacher’s».
Они поговорили об общих знакомых из Штатов и Франции, которые не забывали мистера Фортескью и периодически позванивали ему, чтобы проконсультироваться или просто узнать, как дела, и часто передавали приветы и его любимой племяннице. Дядюшка рассказал о некоторых студентах Университета в Глазго, диссертации которых он курировал на данный момент. Жак рассказала о Чарльзе и передала дядюшке от своего мужа привет.
- Тебе ведь Эшли говорила, что сегодня у неё в кафе будет вечером ужин в твою честь? – проговорил дядюшка, как только они поделились друг с другом первостепенными новостями. - Так вот. Марго заедет за нами с тобой в шесть. Осталось, кстати, двадцать минут. Я пойду переоденусь. – И поднялся с кресла.
- А я? – заморгала ошарашено Жак. - Мне ведь тоже нужно принять душ и переодеться. - Она поднялась на ноги.
- Да, пожалуйста! – воскликнул гостеприимный хозяин. - Комната для гостей и ванная в твоём распоряжении. Хотя, как по мне, так ты отлично выглядишь. – И ринулся за своими приготовлениям. Для дядюшки, как для археолога, перерывшего половину земного шара, любой человек, включая его самого, не припорошенный трёхсантиметровым слоем земли и пыли, мог смело претендовать на звание «отлично выглядящего» и преспокойно отправляться, да хоть на приём к самой Елизавете.
Гостья, прекрасно знавшая квартиру, без колебаний поднялась на второй этаж. Войдя в комнату для гостей, последнюю от лестницы, она нашла её в отличном состоянии – воздух был свежим, постель, судя по всему, тоже, везде чисто и опрятно, и девушка с воодушевлением принялась распаковывать вещи и обустраиваться.
Как оказалось парой минут позже, душ тоже работал. Ополоснувшись, Жак надела джинсы и тонкий свитерок тёмно-синего цвета и, расчесав свои роскошные вьющиеся кудри длинною до плеч, спустилась вниз.
Мистер Фортескью разговаривал с кем-то по телефону.
- Она будет через три минуты, – нажал он кнопку окончания вызова на телефоне. И Жак поняла, что речь идет о Марго.
- Тогда, если позволишь, я хотела бы позвонить Чарльзу и сказать ему, что благополучно доехала. – Племянница направилась на кухню.
- Передавай ему привет от меня и поблагодари, что отпустил тебя погостить, - почти прокричал дядюшка на ходу, устремляясь в свой кабинет.
Когда она вернулась, в гостиной, на диване сидела Марго с ключами от машины в руках. Увидев Жаклин, она тут же вскочила и бросилась поприветствовать и обнять её.
- Здравствуй, дорогая. Как хорошо, что ты приехала. Мы очень рады тебя видеть и хотим пообщаться побольше. В прошлый раз всё прошло очень сумбурно и быстро, не успели, как следует, насладиться твоим обществом, – Марго доброжелательно улыбалась.
Она была энергичной, позитивной молодой женщиной, с кем никогда не соскучишься, потому что они всегда найдут о чем поговорить, и с которыми можно расслабиться, потому что они никогда не лезут не в свои дела. А еще Маргарет, без преувеличения сказать, родилась красавицей. Невысокого роста и достаточно миниатюрна. В прошлый раз её волосы были светло-каштанового цвета, но сейчас там местами отливали, довольно крупные блондинистые пряди, что сделало её статус брюнетка/блондинка пограничным 50/50, что ей, как и большинству красивых людей, опять же шло. Глаза у Марго были зелёно–карие, небольшие, можно даже сказать узкие, как будто с постоянным прищуром, но с такими загнутыми ресницами, что делало их очень привлекательными. Носик походил на нос Эшли - прямой, правильный, аккуратный, с довольно узкими ноздрями. Но добрую долю красоты лицу Марго придавал чувственный рот с одинаковой величины и верхней, и нижней припухлыми губами. Если говорить в общем, то Марго была чем-то похожа или на Ким Бесинджер, или на Дженифер Энистон, со скидкой на двоих сыновей.
- Здравствуй, Марго! – засияла Жак в ответ. Ей очень импонировала эта молодая женщина. – Я тоже очень рада, что наконец-то выбралась к вам. Соскучилась, – Жак ответила на объятия.
- На этот раз, я надеюсь, ты побудешь подольше. И это не обсуждается – мы просто тебя раньше не отпустим. – Глаза Марго зажглись лукавством.
- Да. В этот раз у меня времени немного больше. Надеюсь, мне его хватит, чтобы уговорить вас всех приехать ко мне в гости в Оксфорд. – Засмеялась Жак.
- Спасибо за приглашение. Оно принято. Но сейчас, пока ты здесь, ты в полном нашем распоряжении, и мы сейчас будем тебя чествовать. – Женщина направилась к двери. – Поехали? – спросила она, оборачиваясь к Жак и, уже появившемуся в дверях кабинета, дядюшке Ламу.
- Да-да, дорогая, я готов. Жак тоже. Поехали. – Дядюшка стал торопливо искать в прихожей свою походную куртку, которую племянница помнила еще по частной школе в Дэрби. Кажется, что эта куртка уже стала дядюшкиным Alterego. Или наоборот.
Пока они ехали, Жаклин смотрела на Глазго в окно машины. Ей нравился этот город. Он был эклектичен, как никакой другой. Местами напоминал Лондон, местами Эдинбург, местами Нью-Йорк или даже Париж – во всех этих городах Жак жила, и все эти города стали частью её детства и юности.
Поэтому, засмотревшись и погрузившись в воспоминания и размышления, девушка не заметила, как они приехали. Когда машина прижалась к обочине, и Марго заглушила мотор, Жак осмотрелась и увидела обычную одностороннюю улицу, которая окаймляла довольно большой и просторный парк. Кафе тоже выглядело довольно рядовым, но и вместе с тем функциональным: в таких местах можно закусить и выпить кофе вкусно и недорого. Оно называлось «C.I.C.» и располагалось на первом этаже жилого дома. Довольно старого дома. Окна были большие, витринные, сквозь них виднелось, что в заведении сейчас не очень многолюдно.