с любовью, Смерть (СИ)

Я смотрела мимо него, поэтому не только слышала, но и видела. Катящийся на нас на всей скорости, огромных размеров валун. Что пытался прокричать мне мой маленький рассудок в этот момент, я не услышала. Мозг получил прямой сигнал — валить. Валить как можно быстрее и как можно дальше.
Ухватив стажера за руку, я рванула вниз по коридору.
— Что происходит? — Лиам постепенно выбивался вперед, становясь из ведомого ведущим. Боюсь, что не геройство и не гордость в нем взыграли, а настойчиво поджимающий нас камень, что летел по наклонной, все страшнее набирая скорость.
Замерцал стробоскоп, окончательно нас дезориентировав. Мы, словно слепые котята, тыкались в стены, в надежде если не увидеть, то хотя бы нащупать какой-нибудь проход.
Рассудок продолжал вопить, что все это неправда, что все это иллюзия, но сигналы мозга глушили его напрочь. Адский грохот, зловещее мерцание, чудовищный валун, готовый сравнять тебя с полом… К черту рассудок.
— Нам говорили держаться правой стороны… — прокричала я.
— Я помню, — завопил стажер в ответ.
Эмоции смешались. Одновременно с желанием орать от страха хотелось веселиться до слез от комичности ситуации и представления, как это выглядит со стороны. А ведь зрители сейчас видят весь этот наш позорный пробег на огромном экране и думают: "Что за идиоты? Ведь видно же, что все иллюзия и бояться вообще нечего"
И я понимала, что это не должно быть страшно. И Лиам понимал. Мы тут вообще все все понимали.
Но вопили и неслись куда-то, не разбирая дороги.
— Поворот, — истошно заорал Лиам. — Я вижу поворот.
— Так что ж ты так кричишь? Хочешь, чтобы валун его тоже увидел?
Едва мы влетели в дверной проем справа, как камень прокатился вперед и беззвучно исчез. Не успели мы перевести дыхание, как уткнулись чуть ли не носами в фигуру в черном балахоне, которая все из-за того же стробоскопа то исчезала, то появлялась, то приближалась, то отдалялась…
— В ней душа, — зашипел Лиам. — Выдергивай.
— Это не приглашенный актер, я надеюсь, — выпалила в ответ я и сдернула перчатку.
Даже коснуться не успела. Светящийся шарик с тихим звоном отделился от оболочки, которая тут же растворилась в воздухе.
— Чертовы маги. Не забудь мне напомнить их проклясть, когда выберемся. И не толкайся, ты…
— Это не я, — возмущенно отозвался Лиам. — Это… стена.
Не успев поставить диагноз стажеру, я оглянулась и поняла, что если он чокнулся, то и я с ним за компанию. Стена действительно наступала. Если сначала мы едва пятились, пытаясь понять, что вообще творится в этом мире и как отсюда быстрее слинять, то вскоре шагать задом наперед стало сложнее, а после — и вовсе невозможно, поэтому мы развернулись и бегом бросились куда глаза глядят. А глядели они куда-то на противоположную стену, манящую нас горящими рунами издалека…
Вернее, сначала издалека.
А потом она, видимо, тоже возжелала помочь, как можно скорее сократив проклятое расстояние между нами, и — выехала навстречу.
— Должна быть дверь, здесь должна быть какая-нибудь дверь, — приговаривал Лиам, перескакивая с медленного бега на быстрый шаг и обратно.
— Это иллюзия, обычная иллюзия. Она нас не раздавит, — попыталась успокоить себя я. — Мы просто проиграем. Всего лишь проиграем.
Дверь мы все-таки нашли. Слева.
— Может, свернем? — взмолился стажер, затравленно озираясь.
Стены останавливаться не планировали.
— Нам сказали держаться правой стороны. Хочешь зайти в тупик и потерять время? — так уверенно отозвалась я, что даже почти себе поверила.
В возникший справа проход мы влетели опять за секунду до того, как с глухим хлопком сошлись стены, перекрыв выход.
— Но здесь тоже тупик.
— Не совсем, — возразила я. И ткнула пальцем вниз.
Прямо под ногами раскинулся "колодец" метр на метр размером, ведущий в непроглядный мрак.
— Ты предлагаешь…
— А выбор есть? Здесь все, вроде, безопасно. Если, конечно, не нырнуть туда вниз головой и при приземлении не свернуть шею.
И не дожидаясь благословения Лиама, я сделала шаг в темноту.
В полете даже успела подумать о том, что не столько верила в успех мероприятия, сколько надеялась, что так все быстрее закончится.
Вязкое желе приняло меня со всем гостеприимством. Я ушла в него почти по макушку, но успела поднять лицо вверх и крикнуть Лиаму, чтобы не боялся, но и пока не прыгал — мне нужно было время отгрести куда-нибудь в сторону. Мысль о стажере, с воплем летящем прямо на мою воздетую ввысь физиономию, меня не очень воодушевила.
Из желе я выпала на маты. Стряхнула хлюпающие куски, с благодарностью к организаторам отметила, что желе у них не липкое и безвкусное, и только тогда велела стажеру шагать. Прошла, наверное, минута, прежде чем до меня долетел желейный всплеск и тихий выдох облегчения Лиама.
— Ты чего так долго? С жизнью, что ли, прощался?
— Завещание писал, — слабым голосом отозвался стажер.
— Любимую кружку — Рану, любимую ручку — Тиан?..
— Да…
— А мне? Руку и сердце в банке с формалином? — ляпнула я и скривилась. Плохая шутка. Плохая Арис.
Но ответить Лиам не успел. Желе возмутилось нашим вторжением в свои владения и… восстало.
— Не знаю, как ты, — пробормотала я, — но я вижу свет — и я побегу на свет. И ничто меня не остановит.
Договаривала фразу я уже на бегу. А вскоре Лиам тремя прыжками обогнал меня, едва не перепахался на повороте, куда-то нырнул щучкой, выругался где-то вдалеке…
Желе бежало за нами, хлюпая своими гигантскими подошвами. Я уже терялась, проклинать мне магов, что это все сооружали или же руки пожать за впечатляющие масштабы и реалистичность?
— Арис, сюда.
Я повторила прыжок Лиама, оказавшись по самые плечи в бассейне разноцветных шариков.
— Слева, — проверещал стажер. — Там душа. Слева.
— В пластике? — ошалела я.
— Да. Не спрашивай, просто лови.
Сказать, что эти "купания красного коня" в попытке поймать невидимую мне душу выглядели странно — ничего не сказать. А ощущение, что вот-вот тебя раскатает по полу желейный человечек, только добавляло восторгов.
Человечек, кстати, пропал. Видимо, не вписался в поворот и исчез, как любая иллюзия. Но выяснила я это запоздало — когда уже отловила душу и вместо оной нащупала в руке… пластиковую карту.
— Расскажи мне, что курили разработчики? — проворчала я, выбираясь на берег к Лиаму.
— Желе? — осторожно предположил стажер.
Возразить было нечем.
Мы пробежали еще по одному коридору, взяли пару препятствий и оказались перед большой закрытой дверью. С электронным замком. Не очень долго думая, я всунула в него найденную в куче шариков карту, красный огонек пикнул и, сменившись на зеленый, отворил нам дверь.
В глаза ударил солнечный свет, мы, щурясь, поднялись по лестнице… и вышли на площадку рядом с трибунами.
— Четыре минуты и тридцать восемь секунд. Неплохой результат, — провозгласил ведущий, а нас тут же подцепили под руки и утащили в сторону.
— Умнички. Пока что ваше время — одно из лучших, — протараторила Сиала, одновременно обняв нас с Лиамом и едва не стукнув лбами.
— Они будут высчитывать общий результат трех команд, — пробасил Дервик. — Парни из восьмого отдела говорят, что отсев будет суровый. До полуфинала дойдут четыре Департамента, где уже начнется состязание непосредственно между парами. Но вы, ребят, просто взорвали трибуны своими комментариями.
— А, то есть, комментарии тут тоже было слышно? Миленько.
Ничего не миленько. Я не помню, какими именно словами покрывала магов, это создавших, и людей, это придумавших, но то, что старательно песочила их, знала точно. А сколько всего компрометирующего я могла ввернуть по пути на эмоциях в принципе.
И — да. Мне определенно было стыдно. Мы вели себя там как дети в каком-нибудь "Лабиринте ужаса". Бегали, визжали, суетились, пугались… Хотя, с другой стороны, мы дошли до конца. И наша команда все еще в игре. И результаты у нас далеко не самые плохие. Так что…