Codename: Valkyrie (СИ)

— К слову о мучениях, вот и наша святая, — мотнула головой ван Лейден в сторону.
Из леса, еле двигая ногами, бежала Хелен. Рядом вполне бодро двигалась Мирия, изредка дуя в свисток, зажатый в зубах.
— В карты я играть люблю, потому по оврагам скачу, как кенгуру, — напевала Майер на манер военной песенки.
Поравнявшись с остальными, Норман изо всех сил дунула в свисток, выплюнув его изо рта.
— На месте стой, раз-два.
Девушка замерла.
— Ну, как вам начало дня? По-моему замечательно. Свежий воздух, лесок, птички поют. Ничто так не придает заряда бодрости, не правда ли? Главное, как дисциплинирует! Признавайтесь, Майер, будете еще в карты играть?
— Никак нет, госпожа унтер-фельдфебель! — во всю мощь легких отозвалась Хелен.
Ее соратницы, к которым она стояла спиной, конечно, не могли не заметить, как девушка тайком скрестила за спиной пальцы.
— Славно. Кстати, дамы, — обратилась Мирия к остальным, — завтрак через пять минут, не вижу энтузиазма. Ну-ка, бегом марш! — вновь зажав свисток, она пронзительно дунула.
— Не отставай, — бросила Джин опешившей Клэр, аккуратно подтолкнув ее в спину.
Обратно до столовой возвращались бегом, сопровождая весь процесс разговорами. Перед зданием, когда оставалось не более сотни метров, запыхавшаяся Хелен вдруг выдала:
— Кто последняя, та дура! — и понеслась так стремительно, словно и не было двухчасового марш-броска по пересеченной местности.
Дюваль теперь не растерялась. В подготовке к смешанным единоборствам она и так каждый день бегала, а тут после небольшой разминки и вовсе почувствовала в себе подъем сил, и, очертя голову, кинулась вперед.
Каково же было ее удивление, когда она не смогла, впрочем, как и остальные, хотя бы на пять метров приблизиться к Хелен. У самых дверей девушку и вовсе обогнали все, кроме Елены.
— Еда! Еда! Едуличка! — проорала Майер, врываясь в столовую и плюхаясь за стол.
Спустя секунду к ней присоединились и остальные. Как-то вышло, что Клэр оказалась между Джин и Флорой, а Хелен, Денев и Елена сидели напротив.
На завтрак будущие валькирии получили по порции омлета с поджаренным беконом, по стакану апельсинового сока, по два поджаренных тоста, масло, джем, фрукты, представленные грушей, бананом и яблоком. Конечно, еще был кофе, а бонусом к воскресному дню полагался десерт — зефир.
— Ого, — удивилась Дюваль, — это всегда так?
— Нет, в будние дни без десерта. Ну и меню рассчитано на двадцать дней, то есть, на неделе ни один завтрак не повторяется. Разве только фрукты, — ответила Флора. — Тебе тост с джемом или маслом? Или все вместе?
— Все вместе, — обалдела Клэр от такой заботы.
— Джин, сделай ей, пожалуйста, тост с маслом и джемом, а я пока убью одну заразу.
Хелен Майер! Думаешь, я не вижу, как ты посягаешь на мой банан?! — вдруг с мягкого тона голос Гайер стал очень грозным.
— Но люблю я бананы! — оправдалась Хелен, но попытки стащить сей фрукт прекратила.
— Возьми мой, — предложила Денев.
— Спасибо, ты настоящий друг! Не то, что некоторые.
— Клэр, твой тост, — Гуд протянула угощение Дюваль.
— Спасибо!
В это же время в столовую зашла Мирия, с порога бросив: «Вольно». Она прошла мимо, пожелав приятного аппетита, и уселась за небольшим свободным столиком.
— Сегодня выходной, и можно никуда не спешить, — объясняла ван Лейден новеньким во время трапезы, — но, обычно, старайтесь есть как можно быстрее. Времени отводится полчаса.
— Денев, а ты яблоко будешь? — с мольбой в глазах спросила Майер.
— Нет, забирай.
— Спасибо!
Унтер-фельдфебель, краем уха уловив этот разговор, предупредила:
— Хелен, опять еду клянчишь?
— Госпожа мастер-наставник, все нормально. Она вчера мне отдала, я просто возвращаю, — нагло соврала Денев.
Завтрак подошел к концу. Девушки, в этот день предоставленные сами себе, потянулись обратно наверх. Кто, чтобы поспать, кто — почитать или посмотреть новостную ленту. Хелен, измотанная утренней пробежкой, доверительно сообщила Клэр, подбрасывая на ладони яблоко:
— Если начнешь голодать, обращайся, у меня есть запас небольшой, — ухмыльнулась она.
Дюваль присмотрелась к Майер. Из всех новых знакомых она была наиболее открытой и беззаботной, если уж не сказать простой. Ее широкая тонкогубая улыбка излучала позитив, с хитрым прищуром глаза смотрели бойко и задорно. Если-бы ее высокий лоб не был открыт, и на него спадала челка, она бы была очень похожа на саму Дюваль. Правда, лицо более узкое, и подбородок заметно острее. Нос уже и длиннее. А в остальном действительно похожа.
— Клэр, — позвала Флора, — насколько я понимаю, тебе нужна помощь в строевой подготовке? Давай мы с Джин тебе поможем.
— О Господи! Только не в казарме, идите на улицу, а то будете тут шуметь, а я поспать хочу, — запротестовала Хелен.
— Хоть до завтра спи, — отмахнулась Гайер.
— Я не могу до завтра — я же обед с ужином пропущу! — возмутилась Майер, вызвав у остальных прилив смеха.
========== Эпизод 15. Соратницы. Часть 2. ==========
We are the bold
United souls
We live to win another victory.
Our sacred scars
Show who we are
And tell the story of our memories.
(12 Stones — We Are One)
Спала Клэр плохо. На новом месте, особенно, на жесткой узкой кровати, тесно и неудобно. Одеяло слишком короткое — если накрыться с головой, то останутся голыми ноги, если стащить вниз, едва ли его хватит, чтоб натянуть до груди. Но хуже всего другое — всю ночь девушку мучили кошмары.
За последние два дня, насыщенные большим количеством событий, Дюваль младшая напрочь забыла о запрете сестры относительно службы в валькириях. Когда она шла на вербовочный пункт, то даже толком не была уверена, что ее кандидатуру пропустят. Теперь же в видениях ей чудилось, что она подписывает бесконечное количество бумажек с разными формулировками: «Я, Клэр Дюваль, соглашаюсь с добровольным заражением моего тела вирусом цверга» или «Я обязуюсь подчиняться любым приказам, исходящим от вышестоящих чинов», или же «При необходимости я обязуюсь пожертвовать своей жизнью, если такого потребует мой воинский долг». Бумаг бесконечно много, формулировки менялись, повторялись, заваливая Клэр с головы до ног, а потом они вдруг вспыхивали и начинали гореть. Дюваль горела вместе с ними, а потом вдруг увидела, что напротив стоит Тереза. Она молчит и смотрит. Но смотрит так, что лучше бы она кричала. Огонь полыхнул прямо в глаза. Клэр закричала, дернулась вверх и проснулась.
Совершенно ошарашенная, она тяжело дышала и затравленно оглядывалась. Незнакомая комната… Нет, это казарма, а Клэр сидит на жесткой койке. Из окна на подушку, на то место, где лежала ее голова, падает первый лучик восходящего солнца. Девушка тяжело вздохнула, прикрыла лицо ладонями и повалилась обратно, приходя в себя.
— Кошмар? — донесся тихий голос от кровати слева.
— Да, — Дюваль медленно повернулась, увидев, что Джин с легким беспокойством смотрит на нее.