Двенадцать шагов. Книга 1 (СИ)

       — Не, — сказал Алекс Року, — ну, я-то этот мир уже давно обманываю. Но причём тут лорд Сакар? И причём к нему я? Почему он вообще мне пишет? Ему поговорить есть с кем, у него там под боком куча народу... И вообще — он лорд! Да не толкайся ты! Ладно, читаю... "Я совершил ошибку, которая может стоить мне слишком дорого. Ты ведь совершал ошибки, Алекс? Ты кому-нибудь о них говорил? Бывает трудно их признавать, но я — признаю. Правда, только в письме тебе. Я не могу сказать об этом моим людям, им нельзя этого знаит. И не могу сказать Рамору — он знает и так. Он знает меня слишком близко. Что ты делал с теми, кто знал тебя слишком близко? Герою не положено иметь права на ошибку, но мы совершаем их в любом случае. Мы, люди. А я видел, что ты — человек, что бы о тебе ни говорили.
       Это всё, что мне было нужно тогда: увидеть, что ты — тоже человек. Увидеть, какой человек может быть легендой. Понять, как ею быть. А теперь получается, что всё зря. Может быть, ты всё-таки исключение из правил. И всему, чему я мог у тебя научиться, это вовремя уходить?"
       Кажется, лорд пребывал в расстроенных чувствах. И почему-то считал, что Алекс может чем-то помочь. Чем поможет известие о том, что он жив? Если это дитя неразумное наломало дров, Алекс-то какое отношение имеет к его дровам? Вовремя уходить — это мысль. Только вот никуда Сакар не уйдёт. Напишет еще пару-тройку писем любимым героям из легенд, погрустит, может, даже поплачет в шёлковую подушку, а потом включит свой голодный взгляд и пойдёт воевать дальше. И так — пока не растеряет всю армию и сам не погибнет. Пока Сакар изучал его самого, Алекс тоже успел насмотреться на это явление и понять его, явления, логику мышления. Логику существования.
       — Вот я не понял, — пробормотал он, вновь обернувшись к Року, — я что, опять виноват? На этот раз, что он что-то не уяснил или уяснил не так? У тебя нет ощущения, Рок, что все дети этого мира так и норовят забраться нам на шею и заставить решать свои проблемы? Дети, лорды, князья… И Император, как без него... Я к чему? Ну, допустим, есть у тебя проблема, да? Так расскажи. Есть вопрос? Спроси! Почему нужно изучать исподтишка, обязательно при этом натравив на какую-нибудь злобную древнюю пакость? Не-ет, лорды у нас гордые и умные, лорды независимые, зачем лордам просить совета? А когда уже совсем припечет, тогда сразу бегут с криками: "Помогите!", со всякими там "дорогой друг"... Даже когда ты уже, блин, помер!
       Рок покосился задумчиво. Будто хотел спросить: "Ты чего злой такой?"
       Алекс знал, чего. Потому что Сакар неожиданно ударил в больное место: "Что ты делал с теми, кто знал тебя слишком близко?"
       Не хотел, наверное, но, судя по всему, Сакар подсознательно умел бить по болевым точкам. Интересно, кому и куда ударил так, что теперь приходится писать письма почившим героям? Неужели успел уже и до Императора добраться? Так-то ему бояться некого. Только Горных и Императора. Соседей он не боится — это ясно. Он их живьём сожрёт. По глазам видно. А ошибись он с Горными, то письма уже вряд ли писал бы. Выходит — Император.
       Глупый ребёнок. Действительно не знает, на чьи на мозоли нельзя наступать. Никогда. Никому. Ну, разве что немного Алексу. По большому блату.
       Император — единственный, кому хватило смелости спрашивать его, Алекса, мнения и просить совета. Не постесняться. Умный мужик, у него достаточно мозгов, чтобы в экстренных случаях не выёживаться, а поговорить откровенно. Ну, как откровенно... Настолько, насколько откровенно может говорить Император.
       "Когда снова свидимся, надо будет замолвить за Сакара слово, — подумал Алекс. — Пусть поживёт пока. Это если, конечно, доживет. И если свидимся. И если я буду в хорошем настроении, и меня покормят".
       — "Но я не могу уйти, — продолжил читать письмо. — Остаться — тоже. Что делать, когда ничего не можешь изменить? Я знаю, что ты не поможешь, я не прошу тебя о помощи. Здесь даже ты ничего не изменишь. В тебе много силы и веры, но ты всё равно остаёшься всего лишь человеком…"
       Алекс доверительно шепнул Року:
       — Давит на жалость и берет на "слабо". Ха. Нашел, кого брать.
       И подумал: "Есть во мне вера, нет во мне веры, человек я или не человек… Люди этого мира, разберитесь в определениях, а? А то вы меня запутаете. А меня путать не надо. Я сам запутанный. И сам никак не могу понять, кто я такой. Что я такое. И где я, чёрт возьми, нахожусь. И что-то мне подсказывает, что всем будет только хуже, если я вдруг пойму что-то не так".
       — "Я даже не прошу совета..." Ага, значит, совета мы не просим до сих пор… "Я знаю, что в моей ситуации советовать нечего. Манёвры бесполезны. Можно выиграть немного времени. Можно менять позицию. Но я проиграю в любом случае. Я очень хочу ошибаться. Хоть раз ошибиться, чтобы порадоваться своей ошибке. Я хочу верить, что выход есть. Быть может, мне сейчас просто не хватает веры. Помоги мне вернуть ее.
       Верни птицу.
       Сакар".
       — Заладил, — вздохнул Алекс. — "Верни птицу, верни птицу…" Веры ему не хватает. Конечно, не хватает! Оно ж там все храмы сожгло!... Опять?! Опять ты на меня так смотришь?! Ну ладно, ну да, это я сказал сжечь храмы. Но я ж не знал, что у лорда кризис веры грядет. Что там у него происходит? С Императором поцапались? Горные обижают? Но меня нет, Рок! Ты же помнишь? Меня больше нет! И какое отношение я имею к Императору или Горным? Я спасал людей от монстров. Император, конечно, сволочь знатная, но монстром его не назовёшь. Хотя многие тут поспорили бы... А даже если и Горные — они же, вроде как, тоже люди. Или нет?
       Алекс вопросительно уставился на Рока и вдруг понял, что на самом деле ждёт от него ответа. Тот мотнул головой. Ну да. Откуда ему знать? Он вообще конь.
       Алекс хмыкнул и бросил пергамент в кучу дров, которая вскоре станет костром. Что он знал о Горных? Как всегда — только слухи. Что законы у них нечеловеческие. Что жестокость считается добродетелью, что магия — чёрная, замешанная на костях и крови, что договориться с ними невозможно, потому что даже если они разберут человеческий язык, понятийный аппарат, система ценностей — совсем иная. Своя.
       Горные — это отдельная цивилизация. Класс разумных существ, живущих по своим законам и вере. Приносят богам кровавые жертвы, едят врагов, а может, и друзей, убивают друг друга ради забавы. Но они здесь есть. Они живут. И если им суждено напасть, на Сакара ли, на всю ли Империю, то кто Алекс такой, чтобы им помешать?
       Да и — Сакар прав — если захотят, им не помешаешь. Тем более — Алекс.
       Тем более, что Алекса уже нет. И не будет. Потому что Алекс не в состоянии отличить добро и зло, монстров от людей, а всё туда же — решать судьбы мира. Мира который даже не принадлежит ему. И которому не принадлежит он.
       "Оставь этих людей в покое, Алекс, — строго сказал он себе. — Оставь их в покое наедине с их монстрами. До тебя их тут как-то побеждали. Победят и после тебя. За тобой и так всё горит. Хватит с них и пожаров, которые устроят Горные".