Тайна проклятой усадьбы

Он знал что сотрудники местной милиции привыкли к различным идиотам, и сажают ни в чем не повинных людей в одну камеру вместе со всякими отбросами общества, и то что сейчас человеку плохо, их мало это интересует.
К камере быстрыми темпами подбежали Гонгешвили и Елисеев. Увидев чудовищную картину, что творилась в обезьяннике.
Елисеев просто пришел в ярость, он конечно много повидал за всю свою практику работы в милиции, но такое он видел в первый раз. Как только Гонгешвили отворил замок камеры, и они вошли в нее, Елисеев нецензурными словами, сбил бомжа с ног и начал избивать его пинками.
Гонгешвили взял под руку Питона и вывел его из камеры.
Он завел его в свой кабинет, и усадив его на диване который стоял в углу кабинета, налил ему стакан воды. После принятие стакана кипяченной воды, Питон стал немного приходить в себя, после того ужаса что он сегодня пережил, был самым неприятным моментом в его жизни.
- Рассказывай, фамилия, имя, отчество, как случилось что вы с этим психом здесь оказались. Все по порядку.
- Питон Максим Леонидович, 1975 года рождения, этой ночью мы с друзьями возвращались со дня рождения нашего друга. Было темно, когда мы проходили мимо мусорки, среди коробок я заметил силуэт, это был обычный пожилой человек, невозможно было сказать что это был бомж, одежда на нем была не такая уж поганая, словно это был не бомж, а просто обычный прохожий. Когда мы его встретили, он протянул мне руку и сказал «Помоги мне сынок меня скины избили, помоги мне добраться до отделения милиции, чтобы написать заявление на этих подонков что меня избили», я в ответ протянул ему руку. Мои друзья покосились на меня, мол что он таким людям помогает, и разошлись по своим домам.
И мы вместе с этим бомжом, пошли по ночному городу, и он даже сумел меня развести на то, что бы я ему купил хот-дог, и чай, и мне даже денег было не жалко, чувствовал себя настоящим суперменом. И как только мы вошли в отделение, этот бомж в меня вцепился, перепачкал своей кровищей мне всю куртку, оторвал карман и стал орать, что это я его избил.
 - Распишись в протоколе.
Сказал Гонгешвили, протягивая Максиму составленный протокол.
Он поставил на нем свою подпись, и Гонгешвили сказал ему.
- Все ты можешь идти, и на будущее просто знай, не делай добра, тем кого ты не знаешь.
- Спасибо вам, а то я думал что все помру, я от приступа прямо в обезьяннике, и все.
 - Да это ты не меня должен благодарить, а своего знакомого Генадия Андреевича.
- Вас наверное он по полной гоняет.
- Да бывает иногда, а так в целом неплохой начальник.
- Ну ладно всего доброго вам.
- Тебе того же.
Питон вышел из отделения милиции, и сказал вслух самому себе.
- Ну на фига, я всякой швали помогаю,
И с этими словами он зашагал, по дороге ведущей к его дому.
 ГЛАВА 7.
Ночь пролетела незаметно, на улице вовсю начинало сверкать солнце, город оживился людьми и машинами, и снова начинались трудовые будни. Генадий Андреевич, явился на работу немного не выспавшимся, но вполне в хорошем настроении. И встретив в коридоре своих подчиненных Гонгешвили и Елисеева, он приказал им.
- Через пятнадцать минут ко мне в кабинет.
- Есть!
 Одновременно донеслось в ответ.
Ребята не подозревали что за новость их ждет.
Приведя себя в порядок они постучались в дверь кабинета своего начальника. И доложив о своем присутствии в положенной форме. Они сели за длинный стол, который стоял в притык к столу их начальника.
- Поздравляю друзья, с этого момента можете считать себя старшими сержантами.
Мне только что из Москвы позвонили, и прямым текстом сказали представить вас к очередному милицейскому званию.
Приказ должен на днях прийти.
- Служу отчизне.
Одновременно, выкрикнули новоиспеченные старшие сержанты. Встав из-за стола, отдавая честь своему начальству.
 - Молодцы орлята, так Гонгешвили, протокол по поводу Питона составил?
- Да он у меня в кабинете, сейчас принесу.
- Давай, давай.
После того как Гонгешвили покинул кабинет, Генадий Андреевич обратился к Елисееву.
- Так Елисеев, что там у нас с этим бомжом, было который уже не в первый раз к нам с гастролями приезжает.
- Да выгнали его из камеры не дожидаясь утра, он нам всю камеру вчера своим дерьмом перемазал.
Пришлось вломить ему, и выгнать его к чертовой матери.
- А ты как ему сильно вмазал, если сильно то поздравляю, когда я утром на работу шел, то видел как его скорая помощь забирала, мне сказали что забили его до смерти.
- Ну так я…
- Значит так Елисеев, об этом никому ни слова. Да я и сам рад что он подох.
Надеюсь что с Толей все нормально.
- Да нормально с ним все, сначала молчал, а потом вроде бы Гонгешвили удалось с ним поговорить, он вроде и отошел немного.
- Вот Елисеев поучился бы ты у Гонгешвили, уму разуму бы набрался.
- Ну так, с годами может и наберусь от него хорошего и…
- Ну все Елисеев, хорош, сейчас вместе с Гонгешвили, поедете в сервис по техобслуживанию «Матрица», и привезете мне сюда, некого Романа для допроса.
- Вопросы есть?
- Никак нет!
 - Свободен.
Отдав честь своему начальнику, Елисеев покинул кабинет.
Немного посидев, в своих раздумьях, Генадий Андреевич снял трубку и набрал номер Сергея.
- Здорово Серега как ты?
 - Здравствуйте, Генадий Андреевич, ничего уже намного лучше.
- Твои орлы, отдыхают или на работе?
 - Да я им отгул дал.
 - Серега, там твоя Лиза уже пришла, если пришла то пусть зайдет ко мне в отделение, мне кое-что узнать от нее нужно.
 - Да она уже на работе, я скажу ей.
 - Хорошо Серега, жду.
Сказал Генадий Андреевич и положил трубку. Затем раздался стук в дверь.