Мелхиседек

бы
принимать образ человека, разрешать бить себя плетью и дубинками, а потом позволить распять
на кресте? Так прямо конечно вопрос не формируется, он прикрывается тем положением, что
Величие Бога несоизмеримо с человеческим уровнем, и такое падение для Бога не резонно ни с
какой стороны. Но, по сути, здесь чистая подмена своими собственными представлениями
возможных мотивов поступков Бога. Величайшая ошибка, во-первых, считать, что Бог должен, или может действовать, только руководствуясь соображениями внутреннего порядка, которые
должны быть обязательно понятны человеку. Многое в мире непонятно верующему человеку, но
он оставляет это промыслу Бога, а вот явление Иисуса, как Сына Бога и человека одновременно, которое человеку непонятно, как и многое другое, он промыслу Бога не оставляет, а судит сам.
Нам тоже логика Бога известна быть не может, но даже с точки зрения антропоморфизма мы
можем здесь задать простой вопрос - а почему вы так однобоко смотрите на Явление Иисуса?
Почему в этом видится только умаление Бога? Бога ничем умалить нельзя! А вот этим же
человека возвысить можно! Так почему в этом не увидеть возвышение Богом человека, а
продолжать видеть только обратное? Тем более, что за Бога не надо думать, Он хорошо за Себя
думает Сам. Давайте увидим именно это в том, что Бог принял образ человека, что нам мешает?
Мешает все то же - Личность Иисуса не воспринята. А просто логически это доказывать
бесполезно.
Ну, а что касается, так сказать, технической стороны этого дела, то есть, совмещения
человеческого и божественного на реальном плане материальной истории, то и тут, если
подумать, также все ясно. У человека под одним только ногтем располагается несколько
миллионов вирусов. Средняя продолжительность жизни человека составляет около семидесяти
лет. Средняя продолжительность жизни вируса - меньше секунды. Теперь, представьте себе, что
вам, человеку, надо осуществить некую миссию в среде вирусов, и для этого вам пришлось
принять форму вируса, его образ жизни, способ общения, мышления и в арсенале у вас только
лексикон понятий этих самых вирусов, потому что ваше человеческое знание при вас, но
передать его вирусам можно только с помощью их языка, который даже в наметках не имеет
ничего, что относилось бы к уровню человеческих понятий. Естественно, будучи облаченным в
форму существования вирусов, вы будете самым настоящим вирусом и будете заниматься тем же
самым, чем должен заниматься вирус. На первый взгляд вас никак не выделишь. Но в оковах
этого образа существования с вами остается вся мощь вашего знания (относительно знания
вирусов, естественно) и все безграничные вершины человеческого духа. То есть, вы
одновременно и человек. А теперь попробуйте за жизнь, длящуюся менее секунды донести до
вирусов истину о Спасении. Подумаем, что из этого могло бы получиться. Достаточно подумав,
624
мы придем к выводу, что, испытав определенное бессилие изменить этот мир внешними
средствами, единственное, что вам останется, это дать ему внутренние ориентиры и сказать в
конце - вы все равно ничего не поймете, вам остается только верить, что когда придет конец
света, я приду и спасу тех, кто верил в то, что я сказал. Верьте в меня и стремитесь исполнять
то, что я говорил, а остальное - за мной. Спасу каждого, кто будет пытаться сделать хотя бы это.
Это, так сказать, упрощенный вариант миссии, без взятия на себя всех грехов всех вирусов и
искупительной смерти за эти грехи. Так что с чисто логической стороны (мы тоже не хуже Канта
можем профанировать идеи) - то, что произошло, было единственным, что могло произойти при
данной постановке задачи Богом. Логике трудно сопротивляться, тем более что это перерастает
просто в упрямое сопротивление Иисусу, как истинному человеку и истинному Богу в одной
сущности. Не надо сопротивляться. Но и не надо делать вид, одновременно, что тут до конца все
понятно, ибо логикой этого понять до конца нельзя. Логика просто позволяет допустить этот
вариант, как единственно закономерный для явления Бога к людям.
Есть еще одна точка сопротивления Иисусу, которая выражается в том, что Бог - не
человек, и не должен восприниматься людьми в образе человека. Согласно этому мнению
Явление Бога к людям должно было бы иметь более величественный эффект, чем образ
галилейского плотника. Это должно было быть нечто действительно