Мелхиседек

называет эти
законы напрямую идиотизмом, но не осуждает и Галаху. В общем, все тот же разброд.
Но это никого не смущает. Каждый настаивает на своем. Галаха требует, чтобы и посуда
и раковины для молока и для мяса были абсолютно отдельными, и без улыбки настаивает на том, что в доме должно быть две раковины. Иначе - грех. Реформаты морщатся - мясо и молоко есть
нельзя вместе, это правда, но посуда для их приготовления и хранения может быть общей, да и
раковины достаточно одной. Ничего это и не грех.
Галаха грозит сухим пальцем - пить вино можно только тогда, когда оно приготовлено
особым образом и без неевреев, а из соседнего кабачка раздается веселый клич реформатов:
"Ребята, пить можно все, проверено!"
Галаха мрачно предупреждает, что еврей не должен есть в нееврейском доме, ибо это его
оскверняет, а также не должен подавать гостям-неевреям в своем доме пищу, которую сам есть
не должен по иудейским законам. Ортодоксы более сочувственно относятся к положению гостя-
еврея в доме нееврея - можно выпить молока и поесть вегетарианской пищи, сохраняя
достоинство (если это есть на столе, а если нет?). Реформаторы считают, что два приема пищи -
один по типу Кашрута дома, а другой в мирской жизни - только путает детей, и надо выбрать
что-то одно. То есть, принимать пищу или только дома, или только в миру? Однако здесь уже
просвечивает некое понятие выбора, которое вполне оформляется Консервативным Иудаизмом
до конца - каждый еврей пусть сам выбирает себе форму исполнения законов о пище. Кстати
сказать - соединение понятия "закон" и права выбрать себе форму его исполнения является еще
одним достижением логики данной религии. Что это за закон, который не подчиняет себе, а
предлагает избрать тот вид своего исполнения, который устроит подпадающего под закон
595
субъекта? Это уже не закон. Представим себе, что было бы, если бы уголовный закон мы
исполняли в удобной для себя форме - кто назвал бы это законом вообще?
Но зачастую человека отвлекает от молитв, секса и пищи еще одно жизненное
обстоятельство, которое нарушает этот привычный ритм - он умирает и его надо похоронить.
Здесь тоже есть куда обратиться, чтобы сделать из похорон диспут-клуб. Ортодоксы, например, считают, что кремировать тело нельзя, ибо оно тогда уже никогда не воскреснет. Поэтому несите
покойничка на кладбище и зарывайте в землю, но без гроба, в гробе нельзя, не положено, и не
слушайте этих реформаторов, который говорят, что скромный гроб допускается и кремация не
мешает дальнейшему воскрешению, если при кремации из крематория убрать все христианские
символы. Покойнику хорошо - он умер и все, а нам тут решать не перерешать, как и что с ним
теперь делать.
Однако до смерти еще дожить надо. И здесь тоже головной боли не избежать, потому что
хасиды, к примеру, настаивают, что надо не только полностью соблюдать все предписания
Талмуда, но еще и восстановить систему жертвоприношений. Есть чем заняться. Но
митнагдимиаты (есть и такие), полагают, что соблюдение всех мелочей Талмуда не обязательно, главное - образование и благочестие. Образование на первом месте? Питсбургская платформа
облегчает дело - по ней евреи больше не священная нация и не должны вести жизнь, полностью
отличающуюся от жизни других наций; обязательны только моральные законы, а все остальные
церемонии и талмуд - пережиток далекого прошлого, приносящий только вред, как и идея
возрождения государства Израиль, потому что в Питсбурге жить не хуже. В Колумбии, очевидно, не так комфортно, как в Питсбурге, потому что эта платформа положительно воспринимает
задачу возрождения государства Израиль. А евреи Сан-Франциско считают службы и ритуалы
обязательными, образование засчитывает только на иврите, а главным определяют создание
еврейского дома каждым евреем, изучение Библии, молитвы и богослужение в синагоге, соблюдение субботы и святых дней. Их пытаются поправить представители Реконструкционизма, которые ликвидируют понятия "избранный народ" и "Мессия еврейского народа", а ритуалы
вообще считают делом второстепенным. Это, наверное, немало раздражает Консервативный
Иудаизм, который главной задачей считает восстановление храма и жертвоприношений, попутно
декларируя, что все неевреи - неполноценные люди, а женщины вообще хуже мужчин. Чем-то
насолили.
В общем - все очень несерьезно. Даже в таких вопросах, как основные религиозные
догматы. Например, вопрос мессианства. Ортодоксы здесь предполагают, что Мессия еще не
пришел, и придет он только для евреев, восстановит храм (такой трудяга!) и возобновит
жертвоприношения. Мессианские же иудаисты считают, что Иисус был Мессия и мир уже спасен, а неортодоксы уверены, что