Мелхиседек

светлый ум, неуемное честолюбие, неиссякаемое трудолюбие, высокий талант, бесконечную одержимость, извращенную любовь к умственному труду, особые
способности к анализу и интуиции. Трудно будет кому-либо убедить нас в том, что все
человечество создано именно в такой благородной отливке этих качества, чтобы считать науку
задачей каждого. А мы ищем спасения именно каждый для себя. Если Он не создал каждого из
нас особо умным, то Он обрек нас на вечную смерть вне Своего Царства. О таком злом Боге нам
ничего неизвестно, и поэтому мы не будем приписывать науке спасительных для человечества
назначений.
Кроме того, объединяя все сказанное, можно сказать, что никакой своей особой роли
человек в науке не имеет. Он вовлечен в нее, но не направляет ее процессов. Если ученые
захотят с нами об этом поспорить, то мы им предложим следующий вариант - остановите это
безумие, когда наша цивилизация пожирает сама себя, оставьте нам цветной телевизор, достижения медицины, искусственных блондинок, а остального нам не надо - хотим пить воду, а
не отраву, жить размеренно и без стрессов, дышать чистым воздухом, иметь время и место
общаться с природой, есть натуральную пищу, ходить пешком, купаться в чистых реках и по
вечерам собирать полевые цветы прямо у дома. Что нам ответит наука, если запретить ей путь
нашей переагитации? Она ответит - это невозможно, я не властна, все происходит через меня, но
без меня. О какой особой роли человека тут приходится говорить?
Однако если программа научного любопытства вложена в нас в качестве одной из
определяющих, и если даже действует Его План и Его График удовлетворения этого
любопытства, а мы, несмотря на это, не находим в науке своей особой роли, то мы должны
сделать вывод о том, что, в таком случае, наука должна иметь обязательно какую-то
вспомогательную роль, иначе было бы совершенно непонятно Его такое действенное участие в
ее судьбе.
Чтобы отыскать это вспомогательное значение науки, следует определить для себя - что
происходит в результате развития науки? Чтобы не утомляться пустым перечислением
регламентных вариантов, скажем сразу - наука творит историю. Именно наука на протяжении
всей истории меняет формы взаимодействия людей от отношений человека с человеком в
пределах семьи или племени, до отношений все больших и больших масс людей между собой.
Развивая возможности человека по удовлетворению своих потребностей, наука заставляет
человека проникать в новые среды обитания (пещера, лес, степь, море, воздух, космос, впереди
- глубины океана), она выводит на арену истории не одного человека или его род, а большие
коллективы, оснащенные все более и более широкими возможностями взаимодействия, противодействия и сообщения. Не будь науки, человек так и жил бы племенами, родами или
отдельными регионами обитания. Наука сделала историю отдельных племен, затем историю
297
народов, затем историю государств, затем историю регионов, затем историю континентов
общечеловеческой историей. Это произошло в 20 веке после научно-технической революции.
Для того чтобы до конца не сомневаться в том, что наука развивалась по Его Плану
именно для этого, надо сравнить развитие знаний, способствовавших оформлению истории
человечества, с теми знаниями, от которых истории ни жарко, ни холодно. В отличие от знаний
первого значения, эти знания должны быть заброшены Им и предоставлены человеку на откуп.
Естественно, что в этой области должен царить разительный хаос и беспорядок. Есть ли такие
знания? Есть. Это наша одежда и наш быт. Ведь ничего не изменилось бы в настоящем времени, если бы мы стали одеваться в тоги или в туники, как в античные времена? Конечно, же, нет!
Даже останься мы до сего дня в набедренных повязках - ничего в истории нашего времени не
изменилось бы. Для истории это совершенно неважно. Так давайте посмотрим, как работала
мысль человека самостоятельно в этой области.
Причем следует сразу отметить, что уж насущнее потребности, чем одеться удобно или
обуться добротно - ничего не может быть. Это - ближе всего к человеку после покушать. Ну и что
же? Да все так, как мы и предполагали. Обуться не догадывались несколько тысяч лет и сбивали
себе ноги о камни и горячие пески. Даже жена фараона ходила босой, а сандалии фараон носил
в качестве украшения, которое к тому же добавляет росту. Причем он их не столько носил сам, сколько их за ним носил специальный носильщик сандалий. Не по всякому банальному